Провидица и дракон
Шрифт:
Глава 8.2 (28.10)
***
Уильям
Смотреть как кто-то фривольно хватает сантринийку оказалось более, чем неприятно. Тем более Джеймс. И когда успели проснуться собственнические драконьи инстинкты? Уильям был совсем не рад, когда внутри все вспыхнуло от ярости, появившейся при виде управляющего, к которому он всегда относился хорошо, почти по-дружески. А тут за одно мгновение захотелось свернуть тонкую шею услышать хруст, прекращающий жизнь и лишающий возможности еще хоть раз коснуться
Уильям попытался вытряхнуть из головы наваждение, но оно никуда не делось, только спряталось в глубине, ожидая возможности поглотить целиком.
В то же время сила крови будто поднималась из этих самых глубин, и это дракону нравилось. Не сравниться ли с великими предками он хотел? Так значит и в остальном нужно соответствовать, заявлять о своем праве показывая силу и не давая никому шанса его оспорить.
– Прошу прощения Ваша Светлость, - управляющий поклонился и направился в другую сторону быстро скрывшись за углом.
Только сейчас Уильям заметил, как вцепился в запястья Магдалины. Не так безжалостно сдавливая хрупкое тело, как это делал Раферти, почти нежно, и закрывая собой хрупкую фигуру.
– Вы явно любите искать неприятности, - удалось выдавить из себя Уильяму. Говорить совсем не хотелось. Но нужно же как-то объяснить свои действия, почему он снова так близко?
– Неудивительно, что вы оказались в моем доме.
Необходимо взять себя в руки, эти желания не приведут ни к чему хорошему.
Если бы Магдалина вырвалась, сама отпрянула от него, он бы не стал ее держать. Но она не шевелилась. Кажется, ее дыхание сбилось, и глубоко вдохнув, она шагнула назад, теперь касаясь спиной груди дракона. И только сейчас Уильям заметил, что девушка дрожит.
– Вы замерзли?
– Нет... Обними меня крепче.
Тихий шепот в ночи словно голоса древних фей - такой же нереальный. Он не ослышался?
Магдалина чуть шевельнулась, сильней вжавшись в спину мужчины. Уильям теперь еще отчетливее почувствовал, как напряженная плоть упирается ей в бедра. Желание растекалось по телу слишком стремительно.
Сильнее сжав плечи девушки, Уильям уткнулся носом в нежную кожу на затылке. Из собранных в прическу волос выбился волнистый локон, щекотавший ему лицо. Он как настоящее животное втянул запах, впитывая его в себя со всей силой.
Руки дракона зажили своей жизнью. Медленно они опустились к ключицам, изучая острые косточки, к вырезу платья, где проступали молочно-белые груди. К затянутой в корсет талии. Собственное дыхание дракона стало прерывистым, хриплым, будто вот-вот из груди вырвется настоящее рычание, в прошлом громом сотрясающее небо и землю.
Уильяму казалось, что его уже не остановить, когда Магдалина тихонько застонала, откидывая голову назад. Но потом вдруг замерла и напряглась как натянутая струна.
Дракон, как никогда, был близок к своей первобытной сути. Провидица сходила с ума от собственной магии, требующей слишком много. Отравляла
Уильям же не желал отпускать свою добычу, но расслабил хватку, позволяя девушке развернуться к нему лицом.
– Я...
– взгляд Магдалины был затуманен той же страстью, что сжигала и герцога. Черный зрачки затопили зелень глаз.
Что она хотела сказать, Уильям так и не узнал. Взгляд сантринийки застыл на собственных ладонях, что она опустила на его грудь. В мгновение лицо ее переменилось. Словно она увидела там ядовитую змею. Но кроме простых тонких перчаток, герцог ничего необычного не заметил.
– Нет, - прошептала Магдалина, и вяло оттолкнулась. Но Уильям не хотел отпускать девушку от себя. Несмотря на бледность и усталый, почти болезненный вид, она казалась ему слишком красивой, слишком ценной и желанной.
Но Магдалина вырвалась. Она так и сверлила взглядом свои руки, точно те покрылись язвами неизлечимой болезни.
Стоило разорвать контакт, как наваждение чуть спало. Мысли Уильяма стали проясняться. Девушка явно не в себе. Да и сам он непонятно о чем думал.
– Не целуйте!
– воскликнула Магдалина, взглянув герцогу в глаза.
– Никогда меня не целуйте.
Глава 8.3 (29.10)
Последнее провидица почти прошептала, глаза ее закатились, и Уильям уже подумал, что ее настигло очередное видение, но она тут же их закрыла, заваливаясь на землю.
– Магдалина!
– прокричал Уильям, когда девушка лишилась чувств, а он едва успел поймать ее.
К счастью, они уже остались одни. И никто не видел, как герцог подхватил сантринийку на руки и понес в дом.
Хрупкая фигурка совсем ничего не весила, а глаза, прикрытые веками, беспокойно подрагивали.
Ну вот, еще обмороков ему не хватало.
Какая же она странная. “Не целуйте”. Тут и провидицей быть не нужно, чтобы почувствовать охватившую обоих страсть. От поцелуя их разделяло мгновение. Но что в этом такого страшного? Она и сама его поцеловала тогда в карете... Чтобы вызвать видение, осенило герцога. Но это мало что меняло. Правящие более стойкие к воздействию магии. И магия провидиц не исключение.
– Что же вы задумали, княжна Соленская?
– прошептал он, пока нес девушку на руках в дом. Медные локоны упали ей на лицо, пряча приоткрытые пухлые губы, о которых, в последнее время, он слишком часто думал.
– Какие тайны вас гложут?
Как и надеялся Уильям, по пути к покоям княжны, им никто не встретился. Лучше не привлекать к ней внимание в таком свете. Завтра он все же пригласит лекаря. Не дело так падать в обмороки. Чтобы там она не говорила.
Стоило им оказаться в покоях княжны, как опасения герцога нашли свое подтверждение. Из состояния беспамятства Магдалина выходить не спешила. Может, платье Арианы слишком тесное и корсаж сдавил грудь затруднив дыхание?
Герцог боролся с противоречивыми желаниями - самому раздеть девушку и отправиться за целителем немедленно, и позвать Флори, служанку, которую он приставил к ней, чтобы та переодела Магдалину.