Провидение
Шрифт:
Глядя вниз, я изучала зажатый в руках некролог с похорон. На титульной стороне, напечатанные изящным шрифтом и разделенные коротким штрихом тире, — даты рождения и смерти. Крошечная черточка типографской краски означала жизнь отца. Эта мысль заставила меня поморщиться.
Карточку я засунула во внутренний карман пальто, она пришлась как раз по размеру. Подъехал автобус; прошлепал мокрыми шинами, замедлил движение и остановился прямо передо мной.
Дверь открылась, но я не подняла
— Мисс?
Водитель откашлялся, чтобы привлечь мое внимание. Я не отреагировала, и дверь затворилась. Вздохнули, отпуская колеса, пневматические тормоза. Автобус медленно отчалил от поребрика. Я старалась не думать о событиях прошедшего дня, но память полнилась мучительными воспоминаниями.
Чтобы успокоиться, я раскачивалась взад-вперед, как делала в детстве. Теплый персиковый оттенок давно сошел с моих пальцев; теперь они цветом напоминали сложенные на груди руки отца, когда тот лежал в гробу.
Легкие наполнились холодным воздухом, грудь поднялась, давая выход плачу, который уже давно прокладывал себе путь наружу. За мгновение до этого я подумала: наверное, из моих глаз больше не выкатится ни слезинки, никогда. Теперь пришлось удивляться, сколько еще слез способен выжать из себя мой организм, пока не истощится до предела.
— Прохладный вечер, да?
Я всхлипнула и бросила раздраженный взгляд на мужчину, который возник из ниоткуда. Как он подошел, я не заметила. Незнакомец подышал на руки, потер их и улыбнулся, ища поддержки.
— Вроде того, — ответила я.
Мужчина посмотрел на часы и вздохнул.
— Черт возьми, — пробормотал он чуть слышно. — Похоже, мы упустили последний автобус.
Он вытащил мобильный телефон из кармана куртки, какие носят мотоциклисты, и стал набирать номер. Поприветствовав кого-то, заказал такси.
— Хотите составить мне компанию? — спросил незнакомец.
Я вгляделась в него пристально, тут же заподозрив неладное. Моя реакция вызвала удивление: незнакомец приподнял одну бровь, а потом прищурил серо-голубые глаза. Должно быть, вид у меня был как у помешанной, и незнакомец задумался, не погорячился ли он с предложением.
Внезапно я ощутила, что на улице все-таки зима: холод пронизывал насквозь — пролезал под одежду, впивался в кожу и добирался до самых костей; я обхватила себя руками. Надо было вернуться в колледж: мне еще предстояло дописать курсовик.
— Да, спасибо, — сказала я дрожащим голосом.
Поколебавшись какое-то мгновение, мужчина продолжил:
— Вы тут работаете?
— Нет. — Я засомневалась, стоит ли поддерживать беседу, но обнаружила, что мне самой любопытно узнать больше. — А вы?
— Да.
Вот как.
— Чем вы занимаетесь?
Незнакомец помедлил с ответом.
— Я… имею отношение к охране домов. — И он кивнул как бы в подтверждение собственных слов.
— А я учусь, — подкинула я тему, стараясь унять постыдное дрожание голоса.
Мужчина устремил на меня взгляд, значение которого я не смогла расшифровать, а потом уставился вдаль. Он был старше меня, но всего лет на пять или шесть, не больше. Я подумала: интересно, а знает ли он, кто я? В его глазах читался намек на узнавание, хотя я не была в этом уверена.
Зажужжал мобильник моего нежданного компаньона, и тот откинул крышку, чтобы прочесть сообщение. Он постарался не выдать эмоций и захлопнул телефон, оставив эсэмэску без ответа; пока не приехало такси, мужчина больше не проронил ни слова.
Он открыл для меня дверцу, и я забилась в дальний угол, а мой спутник устроился рядом с водителем.
— Куда едем? — прохрипел таксист.
— Университет имени Брауна, — распорядилась я и добавила: — Пожалуйста.
— Угу. И все?
— Нет, — сказал мой случайный попутчик.
Я отметила, что он не хотел называть при мне свой адрес, и это показалось мне странным. Может, ничего особенного в этом и не было; вероятно, незнакомец вызвал во мне большее любопытство, чем я сама готова была признать. Удивительно, но в тот момент я обращала внимание на любые мелочи; хорошо, что подвернулся этот парень и помог мне отвлечься, сам о том не помышляя.
— Кстати, меня зовут Джаред. — Новый знакомый широко улыбнулся и протянул мне руку.
— Нина.
— Ой, у вас руки ледяные! — сказал он, накрывая ладонью мою кисть.
Я отдернула руку, отметив про себя: а ладони-то у него теплые, и посмотрела на попутчика внимательно, прислушиваясь к внутреннему голосу, не предупредит ли об опасности? Однако единственным несомненным чувством оставалось любопытство.
Поняв, что проявил бестактность, мой спутник виновато улыбнулся. Я заправила волосы за уши и уставилась в окно. На улице задувал ветер, он сгребал с дороги снежинки и нес их вперед змеящейся поземкой. От этого зрелища я поежилась и поплотнее запахнула полы пальто.
— «Браун», значит? — спросил Джаред.
У него в кармане снова завибрировал телефон, и он опять откинул крышку.
Я кивнула:
— «Браун». — Джаред продолжал смотреть на меня, поэтому я добавила: — Экономический факультет.
Как только наши глаза встретились, остаток раздражения, вызванного у Джареда нежеланным звонком, развеялся. Кажется, только сейчас он заметил, что я плакала.
— Что-то случилось?
Я принялась разглядывать свои ногти:
— Сегодня похоронили моего отца.