Проверяя Сенатора
Шрифт:
– Мисс Кеннеди, – говорит он, обращаясь с жестом ко мне. – Знакомьтесь, Оливер Прайс.
Он поможет вам здесь обустроиться.
Я шагаю вперед.
– Привет, Оливер.
– Рад знакомству и добро пожаловать в Вашингтон. Новый стажер Конгресса? – В голосе
Прайса слышаться южные нотки штата Джорджия и он снова расплывается в широкой
улыбке.
– Да. Бостонский Колледж, – говорит Беннетт сухо, беря в руку сумку с ноутбуком и кивая
Оливеру. – Этот парень мой помощник–конгрессмена–номер–один
менеджер для проведения выборочной кампании – он тут как тут. Мы давно вместе.
– Впечатляет, – я гляжу на них.
Беннетт смотрит на меня, и на секунду я замираю, глядя в зеленые омуты. Те, что
заставляли меня сдаваться, делали меня покорной пленницей, когда он трахал меня часами
напролет в течение той недели и еще один раз сегодня утром. Он вколачивался в меня так
сильно и глубоко, клянусь я до сих пор чувствую его двигающегося в и из меня, как будто
он пробил брешь в стене моей души – вот так яростно все было у нас.
– Начиная с Афин… (город в штате Джорджия) и даже за пределами Атланты, – Оливер
фыркает, возвращая меня из мыслей. – Мисс Кеннеди, были когда–нибудь в южных
штатах?
– Конечно, да. Жила когда–то недолго. Я больше люблю Атланту. Пожалуйста, зови меня
Ксавия.
– Ксавия, – повторяет он мое имя и протягивает руку. – Нора рассказала мне о тебе. Не
беспокойся.
– Великолепно, – Я пожимаю ему руку и пока мы обмениваемся рукопожатиями, я
бормочу что–то на вроде – рада познакомиться. – находясь в замешательстве.
Он отпускает мою руку и продолжает собирать вещи своего начальника. Обе сумки.
Я отступаю, беспокоясь, что помешаюсь ему. Беннетт усмехается. Это напоминает мне,
как мы с ним встретились впервые – я прогуливалась и не знала, чем заняться. Мы
говорили об этом. Я знаю план, а еще у меня в руках проклятая бумажка. Почему же я
медлю и не отдаю ее ему?
Черт, я не могу стоять здесь так просто и страстно желать Бена.
– Увидимся, – быстро сказала я. – С обоими. Завтра. – Я заставляю себя улыбнуться, как
будто так же легко, как познакомиться с кем–то – без проблем. Никто, кроме меня сейчас
не знает, что мое сердце бьется так сильно, как будто готово выскочить.
– По пятницам – свободный день, – отвечает Оливер. – Я не знаю, сколько Нора
запланировала.
– Много всего, жду с нетерпением случая. Окей. Ни свет ни заря. Я лучше пойду, – Я
бормочу, беря свою сумку. Закидываю сумку на плечо и разворачиваюсь, улавливая звук,
как будто я задела что–то. Оглянувшись, я вижу удивленный взгляд Беннетта. Дерьмо, я
задела его за руку или грудь.
– Где твоя соседка по комнате? – Он всего лишь приподнял бровь, и я уже горю. Мое лицо,
возможно,
– Она должна была ехать на занятия, а я поймаю такси. – Я стараюсь скрыть свою
реакцию, пытаясь сохранить вежливое выражение лица. Беннетт – мой начальник.
Человек, у которого я буду учиться. Умелый учитель. Убедительный. Повторяю еще раз!
– Мы довезем тебя, – отвечает он, как всегда командным тоном и я сглатываю, борясь с
желанием чтобы доказать, что это не просто жест вежливости с его стороны.
– Спасибо. Это более чем… – Я выпускаю ручку сумки, затем разжимаю ладонь, открывая
бумажку с адресом. Я так нервничаю, что не могу вспомнить адрес. Я смотрю на бумажку
и выдавливаю: – Logan Circle.
– Это потрясающее место, – говорит Оливер, наклоняясь вперед. – Постой, дай помогу
тебе с багажом. Помню свой первый день в Вашингтоне. Кажется, прошла целая вечность.
– Я сама. – Берусь за ручку чемодана, крепко держа его, как будто я храню в нем какие–то
тайны.
– Оливер, заканчивай с ее чемоданами, а я разберусь со своими, – приказывает Бен своему
помощнику.
– Но… – замолчав на полуслове, вижу, как он смотрит на меня своим тяжелым взглядом.
– Да? – Его зрачки расширяются. Уголок губ слегка поднимается вверх.
Как будто мы в Бостоне. Любое возражение с моей стороны будет встречено
предупреждением с его стороны и последующей умелой поркой моей задницы. Меня
бросает в жар от представленного. Я не свожу с него глаз. Оливер стоит за ним и вероятно
видит нашу с ним игру взглядов. Все и вся должно быть без сучка и задоринки между
нами, я борюсь со своим выражением лица.
Глаза спокойные.
Челюсть не падает на пол.
Не слишком ли наклоняю голову?
Господи, мои щеки горят, в то время как я пытаюсь изображать спокойствие – даже мысли
об этом становятся опасными. Мои внутренности стянуло узлом, а я нахожусь в
Вашингтоне всего менее часа. Святые небеса – если это всего десятая часть того, что будет
происходить в офисе Бена, то я готова к гонке всей моей жизни!
Поднимая взгляд на тележки, которые стоят у стены, я напоминаю себе не забывать
дышать.
– Нам нужна тележка, – говорю я фальшиво спокойным голосом и смотрю в лицо
Беннетта. – Там есть несколько свободных.
– Сейчас возьмем, – говорит он, забирая мою сумку у меня с плеча и я застываю в то
время, как его пальцы касаются меня.
До того как он касается меня, я снимаю сумку и отдаю ее в его протянутую руку. На долю