Проверка

Ищенко Геннадий Владимирович

– Вы правы, - согласился слуга.
– Я проеду вперед и подожду за тем лесом.

Он пришпорил коня и галопом помчался по дороге, а Настя свернула влево к небольшой березовой роще. Выбрав приметное место, она аккуратно сняла кинжалом дерн, выкопала нужных размеров яму, разбрасывая повсюду ненужную землю, а потом положила в нее одну из сумок с золотом, добавив туда же почти все драгоценности. После этого уложила на место дерн и пометила его тремя камнями. Конь, которого она до сих пор немного побаивалась, ждал привязанный к одной из берез. Она хотела купить что-нибудь поменьше, но у сына старосты был только этот зверюга. Жеребец сразу почувствовал ее

страх и забавлялся, делая вид, что хочет ее укусить. Сын старосты сказал, что это игра, да она и сама так думала, но все-таки было боязно. Его зубами ничего не стоило отхватить пальцы. Отвязав повод, она со второй попытки забралась в седло. Хорошо, что конь стоял на месте, иначе ничего не получилось бы. Разобрав поводья, девочка начала колотить пятками по лошадиным бокам. Она немного перестаралась и, сама того не желая, перевела коня в галоп. Хорошо, что он выбежал на дорогу и понесся по ней в нужную сторону. Управлять Настя не могла: она бросила поводья и вцепилась руками в конскую гриву. Промелькнул лес, за которым ее должен был ждать Верн. Может, и ждал, но она этого не увидела, потому что боялась поднять голову. Вскоре послышался приближающийся конский топот. Нагнавшему ее слуге удалось схватить поводья и успокоить коня.

– Напугали вы меня, - сказал он Насте.
– Уже думал, что лишусь службы.

– Забрал бы тогда золото, - не подумав, ответила еще не до конца отошедшая от страха девочка.
– Сам бы потом нанимал себе слуг.

Потом она сообразила, что такое не стоило говорить, и почувствовала себя неловко, а Верн обиделся, поэтому до самого города ехали молча. У города не было стен, поэтому не было и ворот, но здесь додумались до шлагбаума, которым наряд из пяти стражников перегораживал дорогу. Плату за въезд в столицу взимали только с крестьян и купцов, с каждого воза по мелкой серебряной монете, которую все называли половинкой. Всадники, чтобы не мешать обозам, объезжали шлагбаум по обочине. То же сделали и они и очутились в Верте - стольном граде королевства Вардаг.

– Где будем менять золото?
– спросила Настя.
– Извини за грубые слова, ты их не заслужил. Я тогда сильно испугалась и сказала не подумав.

– Лучше всего в одном из купеческих домов, - ответил он.
– Они за плату меняют деньги соседей на наши и не откажутся купить монеты империи. Купеческие кварталы не очень далеко отсюда.

Пока ехали к купцам, девочка во все глаза рассматривала город. В любой книге о европейском средневековье писалось об узких улочках городов и текущих по ним нечистотах. Так вот, ничего этого она не увидела. На улицах могли разъехаться два экипажа, повсюду было много зелени и ничем не воняло. На площадях возвышались скульптуры каких-то героев обязательно верхом на коне. За день одетый в камень город нагрелся, и было немного душно. Кое-где пахло навозом, но не сильно.

– Это имперский город, - объяснил ей Верн.
– Вся центральная часть была построена тысячу лет назад, и с тех пор здесь ничего не меняли, только проводили ремонт. Дома достраивали в сторону реки, так там улицы будут уже, хотя канализацию сделали. У нас без нее нет ни одного города, а вот кое у кого из соседей такое встречается. Мы уже приехали. На той стороне площади начинается улица, на которой много торговых домов. Сколько будем менять?

– Возьмешь жменю монет, пока должно хватить, - решила она.
– Сейчас развяжу сумку.

– Золото не носят в руках, - сказал он, отвязал от пояса свой кошель и, ссыпав из него все монеты в карман штанов, протянул его девочке.
–

Наполните сами.

Они проехали большую круглую площадь с непременной статуей всадника в центре и спешились у первого же двухэтажного дома на улице, о которой говорил Верн. Как и у других домов, возле него была коновязь, к которой привязали лошадей.

– Торговый дом Морана, - объяснил слуга.
– Не из самых больших, но в первой гильдии. Вообще-то, коней увести не должны, но если кто попробует, можно рубить руки. Я постараюсь все сделать быстро.

Отсутствовал он с полчаса. За это время к дому подъезжали всадники, и кто-то уехал, забрав своего коня, но на их лошадей не покусились. Проходившие мимо либо совсем не замечали Настю, либо на их лицах появлялось выражение брезгливого недоумения, а один господин достал из кошеля серебряную монету и кинул ее на ступени.

– Тебя долго не было, - недовольно сказала она.
– Мне уже здесь начали подавать милостыню. Все прошло нормально?

– Все поменяли немного дороже, - ответил Верн.
– Я взял золото и серебро. Все в кошелях в этой сумке. Едем на постоялый двор?

– У вас продается готовая одежда или только шьют на заказ?
– спросила Настя.
– Хотелось бы хоть немного приодеться. Неприятно, когда на тебя смотрят, как на вошь.

– Все у нас есть, - ответил он, - но готового продают мало. Это в основном вещи, от которых отказались заказчики, и будет очень трудно подобрать на вас что-нибудь приличное. Давайте поселимся, а потом я съезжу к мастерам и вызову их на постоялый двор. Вам ведь нужна не только одежда, но и обувь, а покупать ее, сшитую на другого - это смерть ногам. Без обуви даже не пустят в приличный трактир.

– Поехали, - вздохнула девочка и попыталась сесть на коня.

Непривычный к городу жеребец нервничал и мешал, поэтому у нее ничего не вышло.

– Надо будет его заменить, - сказал Верн, помогая хозяйке сесть в седло.
– Этот конь вам не по силам. Здесь его обменяют на любом рынке.

На этот раз ехали совсем недолго и остановились на постоялом дворе "Императорский".

– Хозяева любят давать своим заведениям громкие имена, - посмеиваясь, ответил он на вопрос Насти, когда отдали лошадей конюху и увешанные сумками шли устраиваться на постой.
– Держитесь сзади, чтобы хозяин не увидел ваших босых ног.

Они вошли в большой зал, заставленный столами, за некоторыми из которых сидели люди. От запахов пищи голодная девочка чуть не захлебнулась слюной. В стороне от трапезной, возле лестницы на второй этаж, стоял еще один стол поменьше, за которым сидел сам хозяин - невысокий полный господин с круглым веселым лицом. Его веселость моментально сменилась раздраженной гримасой, едва он увидел Настю.

– Убирайся отсюда!
– крикнул он, замахав на нее руками.
– Здесь тебе ничего не подадут!

Кое-кто из сидевших в зале оторвались от еды, чтобы посмотреть на то, как вышвырнут попрошайку.

– Еще одно такое слово, любезный хозяин, и мне придется вас убить, - сказал толстяку Верн.
– Увы, оскорбление благородной дамы...

– Где вы увидели даму?
– с недоумением спросил хозяин.
– И кто вы такой, что смеете мне угрожать?

– Мы клиенты, - объяснил Верн.
– Не смотрите на внешний вид этой дамы, в пути с ее одеждой случилось несчастье. Ничего, скоро здесь будут лучшие мастера столицы. А от вас мне нужно только два самых лучших номера. Пока на декаду, а там посмотрим. Желательно, чтобы номера были рядом. После вселения сразу же подайте туда ужин!