Проверка

Коллектив авторов

Они уже возвращались к палатке, как вдруг Орион остановился.

Там свет, — сказал он.

Оззи посмотрел вдоль каньона в ту сторону, куда указывал парень. Далеко вниз по течению он заметил мерцающую золотистую искорку. Он даже не смог определить, на какой стороне реки она горела. Визуальные вставки тоже не давали отчетливого изображения; несмотря на предельное увеличение, было видно только колеблющееся пятно. При переключении в инфракрасный диа­пазон пятнышко почти исчезло. Значит, это был не огонь.

Вероятно кто-то

еще идет по тропе, — сказал Оззи с напускной уверенно­стью.

Точи тоже видел свет, но глаз чужака также не смог на нем сфокусировать­ся. Они продолжали поглядывать на искорку света, пока ели свой ужин из безвкусных фруктов и холодной воды, но она не двигалась. На всякий случай Оззи и Точи решили по очереди подежурить на берегу. Оззи выпала смена от полуночи до рассвета. Он надел брюки и рубашку, набросил на плечи спальный мешок и сел на плоский камень неподалеку от палатки. Вода в реке негромко журчала, со стороны Точи время от времени доносилось хриплое сопение, ко­торое Оззи посчитал за храп чужака. За исключением этих звуков стояла глу­бокая тишина, которая у него всегда будет ассоциироваться с этим миром.

На безлунном и безоблачном небе сияла бриллиантовая россыпь звезд. Столь­ко звезд он не видел даже в своих странствиях по новым мирам Содружества, еще не тронутым световым загрязнением. Его внимание привлекла небольшая туманность, раза в три или четыре крупнее земной Луны. С одного края из ос­новной туманности в сторону торчал красноватый зубец. Ничего даже отдаленно напоминающего этот астрономический феномен в Содружестве Оззи не встречал. Он назвал его Хвост Дьявола. Жаль, что об этом никто никогда не узнает.

В самое глухое время перед рассветом он услышал голоса. Оззи насторожен­но выпрямился, стараясь определить, не приснилось ли ему это. Звуки могли быть частью начинающегося сна. Но это были не человеческие голоса — по крайней мере, ничего похожего на знакомые ему наречия.

Светящаяся искра по-прежнему не двигалась. Он переключился на инфра­красный спектр и медленно повернулся кругом.

Снова послышались голоса. Теперь уже точно не во сне. Звуки пронеслись мимо, заставив его так резко обернуться, что Оззи едва не упал. Несколько голосов бормотали в общем разговоре. На нечеловеческом языке. Они звучали настойчиво. Испуганно.

Но это были лишь звуки. В каньоне ничего не шелохнулось, ничего матери­ального.

Он с трудом удержался, чтобы не спросить: «Кто здесь?» Но это было бы глупо, прямо как из ужастиков на DVD.

Мимо него прошелестел шепот. Кто-то — или что-то — жалобно простонало вдали. Оззи сбросил спальник, вытянул руки, сосредоточившись на пальцах, пытаясь ощутить колебания воздуха, хотя бы какой-нибудь намек на движение, и закрыл глаза, понимая, что от зрения ему сейчас не будет никакого толка. Он слушал и трогал воздух. Звуки вернулись, повторяя голоса ветра. Он внима­тельно вслушивался, а потом тихонько повторил их. Ничего не изменилось. Они

проносились мимо, не обращая на его внимания.

В таком состоянии и застал его Орион, когда предрассветная мгла залила стены каньона: Оззи неподвижно стоял с распростертыми в стороны руками и что-то бормотал на чужом языке. Парень выбрался из палатки, протирая сонные глаза.

Что это ты делаешь?

Оззи вздохнул и плавно опустил руки, а потом с таинственным видом под­мигнул Ориону.

Разговариваю с духами.

Взгляд Ориона метнулся по сторонам, отыскивая… нечто.

Ты в порядке? Может, ударился головой?

Такое было — в баре на Лотиане, но это случилось много лет назад. Этот мир населен призраками.

Ой, перестань, Оззи. Не смешно. Эта планета и так какая-то жутковатая.

Я понимаю, старик. Прости. Но я действительно что-то слышал, как буд­то мимо пронеслась группа людей или чужаков.

Сильфены?

Нет, их язык я бы узнал. Я не понял, что говорили те существа, но по тону голосов создается определенное ощущение. Они были чем-то опечалены или испуганы. А может, и то и другое.

Нет, прекрати. Мне это совсем не нравится.

Да, понимаю. Я думаю, в этом-то все и дело.

Какое еще дело?

Мои ощущения. — Он нахмурился. — Если нам известно, что призраки не существуют, значит, это… какая-то проекция? Какая-то ребяческая попытка испугать путешественников? Я имел в виду — почему бы не провести некоторую подготовку, а потом выскочить из-за скалы, завернувшись в белую простыню?

Ты говорил, что у сильфенов есть жизнь после смерти, — негромко про­изнес Орион.

Оззи окинул его задумчивым взглядом.

Так ты меня слушал?

Иногда. — Орион ухмыльнулся и пожал плечами.

Ладно, давай обсудим этот вопрос. Наши электронные устройства здесь не работают, так что это не может быть ни голограммой, ни каким-либо акусти­ческим фокусом. Сильфены бывают в этом мире, следовательно, все, что здесь происходит, делается с их согласия.

Если только не они сами все это устроили, — внезапно оживился Орион. — Здесь же нет ни одного живого существа. Мы не видели ни животных, ни на­секомых. Может, это и есть загробный мир сильфенов, куда попадают их души?

Оззи окинул каньон недоверчивым взглядом.

Мне почему-то так не кажется. Я бы ожидал чего-то более впечатляюще­го. Но я могу и ошибаться. — Он неожиданно замолчал, глядя вдоль каньона. — Эй, я больше не вижу света.

Точи втиснулся между ними и поднял свой манипулятор. «Что происходит?»

Это будет отличным испытанием для нашего словарика, — пробормотал Оззи.

К полудню они увидели впереди черные столбы, которые при приближении оказались деревьями. Они были гигантами даже по меркам этого мира — строй­ные ровные конусы, поднимавшиеся в небо на полторы сотни метров. Деревья стояли двумя рядами великолепной аллеей в километре от берега реки.