Проучить магистра
Шрифт:
— Как? Чем объяснишь свою просьбу?
— Имею аргументы в рукаве. Не думай об этом. — Не выпуская из объятий, он повёл меня обратно: — Тебе нужно в комнату?
Скосив глаза, я оценила свой наряд. В таком виде не стоит появляться в больничных коридорах, это привлечёт внимание. Кивнула, подтверждая:
— Надо переодеться в своё. — На вопросительный взгляд парня улыбнулась: — У тебя годный костюмчик. Сойдёшь за топ-менеджера из Москва-Сити.
— Вот и отлично! Как будешь готова, приходи в ректорат.
—
— Получится. Не волнуйся, любимая!
Алуст притянул меня к себе и поцеловал. Не успела ни увернуться, ни упереться ему в грудь. Да и зачем? Меня обдало волной нежности, напряжение отпустило, уступив место уверенности, что я справлюсь с новой проблемой. Мы справимся.
Соседки на месте не было, митингует, наверное. Это и радовало и огорчало одновременно. Я слишком спешила, чтобы объясняться, но всё-таки хотела сказать Пауле «до свидания». Ладно, как есть, так и хорошо. Окинула взглядом своё убежище, вдохнула тонкий аромат грейпфрута — подружка сменила духи — и, прихватив пакет с альбомом, кинулась прочь. Фотографии решила не оставлять, мало ли что.
Сборы заняли у меня от силы минут десять, уж очень я переживала, что Алуст не сумеет уговорить папашу. Что тогда делать? Тайное бегство из академии станет невозможным. Эх, зачем я только согласилась! Он меня прямо-таки загипнотизировал! Ругая себя потомственным лестничным философом, крепким лишь задним умом, я неслась в ректорат, словно гоночный болид. В приёмной чуть не снесла Паулу, подруга ждала, когда секретарша доложит о ней. Зашли мы вместе, я лишь успела спросить:
— Ты чего здесь?
— Понятия не имею, — шепнула Паула, — вызвали по громкой связи.
Было заметно, что девушка перепугана до крайней степени и уже вообразила самые ужасные картины наказания за участие в студенческих волнениях.
В кабинете ректора было трое: старший Диор сидел за столом, в задумчивости потирая лоб, и даже не поднял глаза на вошедших. Клеопа занимала одно из кресел. Она ссутулилась и упорно смотрела на собственные руки, сцепленные в замок на коленях. Алуст, стоявший в центре, обернулся, подмигнул нам с улыбкой и сказал:
— Вот и они.
Ректор поднялся, громко сдвинув кресло, вышел из-за стола и с хмурым видом замер, разглядывая Паулу:
— Эта первокурсница ваша пристань?
— Она справится.
Я почувствовала, как напряглась подруга, но мы обе промолчали, пытаясь вникнуть в происходящее. Теперь ректор посмотрел на меня:
— Скажите, пожалуйста, Милаина, как получилось, что эта девушка владеет необходимыми приёмами?
Какими приёмами овладела Паула, я не представляла и успела только рот открыть, подыскивая слова. Заговорил снова Алуст:
— Девушки живут в одном боксе. Паула наблюдала, как
Кого имел в виду стажёр, я не успела разобраться, ректор, немного подавшись вперёд, повысил голос, чем напугал нас обеих:
— Способная, значит! Храните нас, магические силы, от способных студенток!
— П-п-простите, пожалуйста, — шепнула Паула, отведя взгляд в сторону.
Диор как будто потерял к нам интерес, вернулся за стол и расположился в кресле, откинувшись на спинку:
— Алустон, вряд ли ты осознаёшь всю сложность ситуации. Твоя связь с этой «пристанью», — он указала на Паулу, — нулевая.
— Но они подруги! — воскликнул Алуст, указывая на нас.
— До сих пор никому не приходило в голову подкреплять связку приятельскими отношениями. Не уверен, что это сработает. — Резкий жест ректора остановил готового возражать сына. — Ты же не заставишь несчастную девушку караулить открытый портал, пока вы с Милаиной торчите на Земле?
Что? Я не ослышалась? Нас отпускают на Землю? У меня даже дыхание перехватило. Не смогла сдержать радостной улыбки, справилась с взволнованностью и шагнула вперёд:
— Вероятно, существует другой способ?
— Разумеется, существует, — строго посмотрел на меня ректор. Потом повернулся к сыну: — раз уж вы собрались навестить Сайнса, через него и сообщите мне, когда собираетесь возвращаться. Я в свою очередь, поручу адептке Сорри встретить вас.
— Спасибо, отец, — Алуст прижал руку к груди. — Это лучший вариант.
— Разумеется, лучший, — хмыкнул ректор. — Мог бы и раньше посоветоваться.
— Когда раньше, — довольно правдоподобно изобразил искренность Алуст, — только-только всё завертелось.
— Идите! Завертелось, — вздохнул его отец. — Завертели, я бы сказал.
Мы, не заставляя себя уговаривать, поспешили покинуть кабинет. Уже в коридоре я услышала шаги за спиной. За нами выскользнула Клеопа. Я вцепилась в руку щебечущей что-то подруги, но это меня не спасло. Супруга ректора догнала нас, печально улыбнулась и тихо попросила:
— Выслушай меня, пожалуйста, Милаина.
Вот ни разу не хотелось говорить с этой дамой! Но не отвечать же грубостью на её просьбу? Всё-таки её сыночка увожу чёрти куда.
Так мы и шли. Впереди Алуст и Паула, активно обсуждавшие последние события, в четырёх шагах позади мы с Клеопой. Хоть я и согласилась выслушать её, женщина медлила, не начиная разговор. Я малодушно надеялась, что она так и не решится, успею улизнуть. Как только сын обернулся, бросив на нас вопросительный взгляд, Клеопа кивнула ему и произнесла заготовленную фразу:
— Инна, хочу извиниться за ту беседу. Я не должна была упрекать тебя. Её высочество Золотиса приняла решение независимо от новой привязанности Алуста.