Противостояние

Иванович Юрий

– Конечно есть! Например: идет отбор лучшего воина, который потом будет отправлен с важной миссией на задание в иную вселенную. Или: существо, нас поймавшее, не совсем разумно и банально с нами играет, как ребенок с оловянными солдатиками. Кстати, твое сравнение с детьми и пойманными в банку пауками еще полноценнее. Ну и дальше: может, наш тюремщик хочет увеличить наше поголовье?

– Чушь! Тогда нас надо откармливать и предоставить компанию противоположного пола!

– А вдруг наши тюремщики не настолько разумны, чтобы видеть различия полов, и сами делятся почкованием?

– Неплохая версия, согласен. Но ты вспомни, как «не настолько

разумный» кто-то отключил мою бомбу от структур и устройства контроля и похитил мои кристаллы. Такое неандерталец, а уж тем более питекантроп не сотворит. Так что отбрасываем животное, оставляем вариант с уникальным разумом, обладающим невероятной силой. Другой вариант, что он, вполне возможно, таких созданий, как мы, никогда не встречал и теперь пытается определить уровень нашего интеллекта. Смотри. – Граф Дин ткнул пальцем на свод пещеры. – Свет почти погас, но пока никаких неприятностей не произошло. Почему? Вдруг в нас признали разумные существа и теперь собираются отпустить на волю?

– Не проходит, – скривился Гегемон. – Они бы начали с возвращения нам наших вещей.

– Не все так быстро делается. Может, им надо посовещаться? Или еще понаблюдать? Может, они даже собираются с нами пойти на контакт и заговорить?

Узурпатор многих вселенных презрительно фыркнул:

– Не верю я в подобный контакт. Тут все гораздо проще и запутанней одновременно. Нас, по крайней мере одного из нас, хотели убить – это факт, и мне это понятно. Но не убили и даже оставили пока в покое – вот это меня больше всего и смущает.

– Ну и чего тут смущаться? Скорее всего, к нам продолжают присматриваться и ждут, что такого мы предпримем дальше.

– Вот именно! А мы? – Крафа развел руками в стороны в шутовском поклоне. – А наши заплывшие жиром после торжественного банкета мозги ничего толкового придумать не могут.

– Чего тут думать? Надо пробиваться через стены.

– Куда?! И оставят ли нам силы для этого?

Дмитрий немного подумал, затем ввинтил часть силы в скалу рядом с собой и взорвал ее. Получилось. Значит, сил для продвижения сквозь породу у них хватит. Другой вопрос, вернее, самый важный: куда пробиваться? По утверждениям Гегемона, он три раза уже проверил все стены пещерного комплекса и ничего дельного для выхода не обнаружил. Да и почему-то имелась уверенность: неведомые силы этих мест дадут возможность передвигаться только в одном, нужном для них направлении. Но в любом случае оставаться на месте и отъедаться скользкими окороками лягушек позволить было нельзя. К тому же у графа были большие опасения в благоразумности своей супруги и Шу’эс Лава. Наверняка они по истечении слишком большого времени начнут что-то предпринимать, а то и сами лично попрутся в недра. А чтобы и они стали пленниками Врубу – допускать никак нельзя.

Поэтому следовало переходить к любым действиям немедленно.

– Давай еще раз осмотрим все внимательно, дублируя друг друга.

– Только ментально? – посмеивался Крафа над нежеланием противника произвести пробный парный подсмотр окружающего пространства.

Любой Торговец мог это делать лишь с обыкновенным человеком, который не умел путешествовать между мирами, об этом еще баюнг в свое время сообщил, но мало ли что может твориться в этом странном по геологическим понятиям горном массиве.

– Конечно! – Светозаров и мысли не мог допустить, что придется соприкасаться с таким кровавым диктатором и пробовать согласовать удары сердец в унисон.

– Но

я уже и так все осмотрел.

– Не все. По твоим же словам – весьма плохо свод и ничего не просматривал под самим озером.

– А толку нам от свода? – Вид у Крафы был такой, словно он собирался вздремнуть. – Да и сквозь воду просмотреть не получится.

– Смотря как просматривать, – прищурился граф.

Несмотря на временное перемирие, никто из противников не собирался раскрывать некоторые свои секреты или вести обучение. Например, просмотр сквозь толщу воды во все времена считался делом практически немыслимым, но благодаря своей таранной силе Дмитрию и это удавалось, пусть и не на совсем желаемую глубину. Сейчас он делал вид, что ему просто известен некий способ такого просмотра, секрет, которым он делиться не собирается. Крафа не стал скрывать удивления:

– Ты и это можешь? И ведь вижу я, что ты не старый, а вот никак не пойму: откуда столько знаний и умений?

– Места надо знать!

– Может, тебе удалось отыскать Опорную Станцию?

На такие неожиданные вопросы лучше всего отвечать встречным вопросом:

– Все твои умения – оттуда?

Гегемон так надолго замолчал в раздумьях, что показалось, он отвечать и не подумает. Но оказывается, он только прикидывал, стоит ли поделиться сведениями с врагом и какой именно толикой этих сведений.

– Некоторыми секретами нам делиться все равно придется, так почему бы и не этим? Но сразу хочу сказать не из чистого хвастовства: все свои научные открытия я творил собственными мозгами, ну а умения чаще всего вырабатывал длительными тренировками и тяжеленным трудом. Хотя побывать на Опорной Станции мечтал всегда, но, увы, не повезло. Только и отыскал о них упоминания да инструкцию по перенастройке Станции для сбора информации.

– Зато теперь знаешь, как она выглядит.

Слова графа прозвучали скорее как утверждение, но Гегемон ответил отрицательно:

– Нет. Понятия не имею. Но зато в инструкции было сказано, что любой на нее попавший Торговец опознает Станцию по нравоучительным записям на ее корпусе.

Дмитрий всеми силами постарался остаться внешне в той же беспристрастности и дышать в прежнем ритме. Ведь если враг сейчас не соврал (а врать вроде ему как бы нет ни малейшего резона), то однажды отыскать Опорную Станцию между мирами Светозарову уже повезло. Однажды он в пространстве между мирами наткнулся на короткую тропу из красных камней, а затем по ней добрался до непонятного валуна с непонятными надписями. И он даже до единого слова запомнил вычитанные там изречения, советы и наущения. В большинстве своем непонятные, они ни единым словом не говорили о более глубокой сути, да и в то время Торговец умел еще ничтожно мало. Иначе пометил бы находку навечно, обследовал бы ее сразу более фундаментально, а может, и раскрыл секрет ее предназначения.

А так, скорее всего, получается, что, наткнувшись на Опорную Станцию, потерял ее след чуть ли не навсегда.

Сейчас было страшно интересно услышать инструкцию о перенастройке или хотя бы ее суть, но и спугнуть рассказчика никак не следовало. А вот выразить презрительное недоверие его словами да косвенно показать, насколько ты далек от понимания этого вопроса, не помешает.

– Полный маразм! В каждом храме или возле каждого алтаря можно отыскать кучу заумных изречений, но все они чаще и гроша ломаного не стоят. Так что вряд ли это истинный показатель ценности объекта.