Противостояние
Шрифт:
Эти два дня я не сидел, сложа руки. В первую очередь повысил уровень харна до максимально возможного. Теперь Обжора сороковой. Внешне он еще больше изменился, чем привел в восторг своих новых подружек. Те искренне радовались каждому повышению этого усатого прохиндея. К слову, эти трое очень быстро спелись. Причем каждый из них использовал дружбу в своих меркантильных целях. Лисицы очень быстро смекнули полезность Обжоры на охоте, а тот в свою очередь, не стесняясь, опустошал все их заначки с вкусностями.
Откровенно говоря, сорокового уровня харна я ждал с замиранием сердца.
Лисичкам от моих щедрот тоже перепало. Выдал им для начала по три сотни «серебрушек», чем поверг их в шок. Они сперва пытались схитрить. Припрятать такое богатство. Как я потом узнал, чтобы поделиться с младшими братьями и сестрами. Пришлось заставить их активировать все скрижали при мне, вложив их в основные характеристики. Затем, видя их кислые физиономии, провел объяснительную беседу о том, что сейчас не время экономить на себе и что очень скоро им понадобится каждая единичка. Потому как противники у нас очень серьезные. А что касается младших братьев и сестер… Пообещал, что, когда придет время, мы решим этот вопрос. И дабы подкрепить свои слова делом, выдал каждой по сотне золотых монет, чем вогнал грозных воительниц в ступор.
Об обещании, данном Мраку и его бойцам, тоже не забыл. Все получили скрижали интеллекта и теперь в моём маленьком войске есть тринадцать пусть и неполноценных, но все-таки магов. Эх, а ведь это капля в море…
Обряд поглощения сущности решили провести ночью. Присутствовали только посвящённые. Я видел, что Боровик тоже хочет поприсутствовать, но ему хватило чувства такта не настаивать. Всё-таки это таинство ордена Охотников на чудовищ, к которому, по моему глубокому сожалению, он не имел никакого отношения.
Алтарь находился за городом в глубине леса. Судя по записям в свитках, эта каменная глыба уже была здесь задолго до появления Лесограда, как, собственно, и портал. Еще одно доказательство того, что поглощение сущностей иномирных пришельцев не является прерогативой охотников. Шаманы орков без проблем приручают себе новых духов, при этом не являясь частью ордена.
Подробно объяснив все нюансы поглощения, я, на всякий случай, активировал благодать леса на каждого претендента. В итоге, обряд прошел как по маслу.
Так как все присутствующие прекрасно видели в темноте, надобности в факелах не было. Небольшую поляну, в центре которой и находился алтарь, тускло освещала полная луна. Звериные силуэты лисолюдов, здоровенная туша харна, периодически возникающие из каменного монолита гигантские призраки иномирных жуков, растворяющиеся в телах охотников. Наблюдая за происходящим, я отстранено размышлял о том, что подобная картина еще год назад сделала бы меня заикой…
– Так дальше продолжаться не может!
– процедил сквозь зубы Хлад Краснолап.
– У вас есть предложения?
– спросил я, сидя за широким столом своего кабинета на самом последнем этаже главной секвойи ордена.
Сегодня патриарх
Дабы Хлад проникся, я дал ему временный допуск на вход в святая святых ордена.
Когда мы зашли в главный зал, я не удержался от шалости. По моей команде древоголемы зашевелились, отчего старик вздрогнул и попятился. Но потом быстро взял себя в руки, понимая, что никто его убивать не собирается.
– Вы должны остановить наплыв этих оборванцев!
– Хлад даже притопнул от возмущения.
– Зачем мне это?
– удивился я.
– Наоборот, мне нужны воины. Много воинов. Или вы забыли, что происходит?
Вообще-то я его отчасти понимаю. Дело в том, что на четвертый день после моего показательного выступления, когда я, откровенно говоря, уже и не надеялся на результаты, утром у дверей в оружейную меня ждала толпа лисолюдов.
Когда я спустился и вышел наружу, то на короткое мгновение потерял дар речи. Сколько же их здесь?! Сотня, не меньше! Я сперва не понял, что происходит, но потом до меня дошло. Это не горожане. Ко мне пришли лисолюды, живущие за пределами городских стен. Охотники из вольных поселений. Как я потом понял, все они формально числились в клане, но не принадлежали ни одному из родов. Горожане их так и называли: «безродные».
И пришли они не одни, а с семьями. Я смотрел на них и понимал, что мой ход с поощрением, рассчитанный на горожан, сработал. Пусть не так, как ожидалось, но получилось даже лучше.
– Но ведь нельзя же так просто высаживать в центре города столько новых секвой!
– проигнорировав мой вопрос, продолжал возмущаться Хлад.
Вот упрямец! Ведь умный же старик, но почему-то упорно игнорирует мои слова о нависшей над нами угрозе. Ему всё кажется, что я пытаюсь забрать у них власть. Ну и что с ним делать?
– В чём проблема новых секвой?
– Проблема не в них!
– возразил он.
– Проблема в появлении этого лесного сброда.
Хм… А старик слова не выбирает.
– Этот лесной сброд, как вы выразились, - добавив стальных ноток в голос, начал я.
– Члены нашего ордена. А их семьи находятся под нашей защитой.
Игнорируя мой тон, старик не унимался.
– Я хочу напомнить вам, юноша, что вы здесь пришлый. И что этот город принадлежит нам. Мы, как и наши предки, столетиями защищали его от чудовищ. Мы благодарны вам за участие в обезвреживании предателей нашего клана. Пора бы и честь знать!
Старик разошёлся. Он весь трясся от гнева. В глазах огонь. Шерсть встала дыбом.
Я же наблюдал за его приступом, расслабленно развалившись в кресле и сцепив руки в замок на животе. Хочешь говорить открыто, старый пенек? Хорошо. Давай поговорим.
Медленно поднявшись с кресла, я подошёл к окну и, полуобернувшись, сказал:
– Не могли бы вы на минутку присоединиться ко мне.
Старика моё поведение немного смутило. Видимо, не ожидал, что его слова так на меня подействует. Думал, я сейчас забьюсь в истерике? Не дождёшься. Если я и был взбешен, то внешне казалось, что я сама безмятежность.