Противостояние II

Раевский Александр

Юля кивнула. Галина Сергеевна ведь права. Кем бы он ни был, но достаточно того, что кое-кто из наших граждан всерьёз принимает его за Бога. Бог ли он при этом или нет, не столь уж и важно. И это в стране, господствующим убеждением в которой является отрицание Бога и любых религий. Конечно, он мешает. Не может не мешать.

Галина Сергеевна внимательно наблюдала за ней. Потом, видимо, придя к выводу, что Юля поняла её, продолжила:

— А если силе что-то мешает, — а любая власть является силой, — то она всеми доступными ей средствами будет стараться устранить возникшую помеху. Брось в бурный поток камень — течение будет пытаться утащить его вслед за собой.

Большой камень она не утащит, он слишком тяжёл для неё, а вот если ты бросишь в реку что-нибудь не столь стабильное, а, например, кусок дерева, то вода легко подхватит его и унесёт с собой. Этот кусок станет частью потока, понимаешь? В этой аллегории тяжёлым камнем, который невозможно сделать частью потока, выступает Саша, а щепками — обычные люди вроде нас с тобой, понимаешь? Точно так же, как и река, ведёт себя и власть. Всё, что ей мешает, она старается сделать частью себя или подчинить себе. А если это невозможно, то убрать со своего пути, устранить, уничтожить.

Юля кивнула.

— Да, понимаю. А мы? Я имею в виду себя, вас, Серёжку? Мы же напрямую с ним не связаны.

— Ну как же не связаны, Юленька? Ещё как связаны. Через Серёжу, например. Да и напрямую. Только связи эти невидимы миру. Представь себе, что кто-то хочет сильно обидеть тебя и для этого забирает у тебя Серёжку. Или не обидеть, а чего-то потребовать от тебя. Скажет: я верну тебе твоего друга, но ты должна будешь сделать то-то и то-то. Согласишься ты с этим требованием, если знаешь, что в случае твоего отказа Серёжа может погибнуть? Я думаю, согласишься. Я бы, например, согласилась. Щепке очень трудно сопротивляться потоку.

Тут дед очнулся от своих мыслей. Он взглянул на часы и неспешно выбрался из-за стола. Улыбнулся Галине Сергеевне, которая тоже поднялась, и говорит:

— Интересный разговор, но нам пора возвращаться. Нас ждут. Не желаете продолжить? Скажем, в следующее воскресенье? Мы с женой рады были бы увидеть вас с Серёжей у себя дома.

— Следующее воскресенье?.. — Она нахмурилась. — Я бы с удовольствием, но...

— Какие-то препятствия?

— Да, препятствия. Я не уверена, что меня на следующей неделе не зашлют в очередную командировку. Очень много приходится летать по стране.

— Снабжение?

— Нет, что вы! Упаси боже! Я участвую в одном крупном исследовательском проекте. У нас по стране несколько экспериментальных площадок, вот и приходится ездить и собирать результаты. Я лицо подчинённое — что скажут, то и делаю.

— Что за проект? Или это секрет?

— К сожалению, да, секрет. Я давала серьёзную подписку о неразглашении.

— Вы же, по-моему, медицинский работник?

— Да, врач-психолог. Даже докторскую успела защитить. Вас удивляет, что врачи могут участвовать в каких-то крупных проектах?

— Да нет, не удивляет. Слышал уже о таком. Правда, те врачи были бактериологами. Ну, да ладно. Знаете, как мы с вами поступим? Юленька знает наш домашний телефон. Когда у вас будет время, вы просто позвоните, и мы договоримся о встрече. Идёт? — Он протянул ей руку.

Галина Сергеевна с улыбкой пожала её.

— Идёт!

***

Юля уже взялась за дверную ручку и выудила из кармана ключи от квартиры, но тут дед положил руку ей на плечо и негромко сказал:

— Погоди-ка…

Отошли от двери, и дед не раздумывая уселся на верхней ступеньке лестницы и похлопал ладошкой рядом с собой. Они с Серёгой иногда тоже на этом месте сидят, когда в подъезде тепло и возвращаться домой почему-то не хочется. А что? Здесь всегда чисто. Они с Серёгой раз в неделю подметают на площадке и лестницу,

вытряхивают половики и даже моют пол.

Юля поняла, что деду нужно о чём-то поговорить и села. Пока он не начал, она сама задала вопрос, который приготовила ещё во время разговора с Галиной Сергеевной. Дед знает кучу вещей, о которых в повседневной жизни не услышишь. Его можно вместо энциклопедии использовать.

— Дед, а что такое де… де… Чёрт, забыла!

— Демиург? — усмехнулся дед и приобнял её за плечи.

— Точно! Демиург! Что это такое? Она сказала: «Если угодно, демиург».

— Это Создатель, Юлька. Причём не просто создатель чего-нибудь простенького, вроде велосипеда, а создатель всего существующего в мире и даже самого мира. По античным понятиям высшее божество, понимаешь?

— Угу, понимаю… То есть она считает, что Саша и есть тот самый демиург?

— Именно так… Скажи, ты ведь нам с бабушкой не всё рассказала? Я имею в виду про встречу с этим Сашей.

Юля вздохнула. Врать деду не хотелось, но рассказывать правду хотелось ещё меньше. Саша предупредил, что Серёгу ждут крупные неприятности, если он какую-то их общую тайну выдаст. И ещё Саша просил не рассказывать о том, что там на площади перед собором на самом деле произошло. Так что лучше промолчать, чтобы случайно не выболтать что-то важное.

Дед понял её молчание правильно. Прижал её к себе на секундочку, поцеловал в макушку и руку с её плеч убрал. Посидели, помолчали. Потом дед негромко начал:

— Я ведь за столом тоже не всё рассказал. Видишь ли в чём дело…

И дед начал свой рассказ. Оказывается, один из знакомых ему молодых журналистов из Вологды, тоже был там на соборной площади в момент выстрела. Он утверждал, что попал туда совершенно случайно, но дед в это не поверил. Считал, что он тоже что-то знал о слухах вокруг девушки невесты и пришёл туда влекомый своим любопытством. Просто ему неловко было в этом признаться.

Пару дней назад этот журналист побывал в Москве. Он привёз в редакцию небольшой очерк и парочку давно заказанных рассказов для одного журнала. Совершенно случайно дед зашёл к главному редактору этого журнала в тот час, когда тот журналист был у него в кабинете. Разговорились, и молодой человек изложил деду и главному редактору свою версию событий того дня в Вологде, которая во многом противоречила тому, что Юля рассказала родителям и деду с бабушкой.

Так, по словам журналиста, невеста была убита, а не ранена, как Юлька тут утверждала. Это первое отличие. Вторая интересная деталь: на глазах у собравшихся в тот момент на площади людей некий молодой человек, по описанию похожий на Юлькиного ухажёра, убитую девушку взял и воскресил! И последняя, крайне любопытная деталь: помогала этому молодому человеку, похожему на Юлькиного ухажёра, девушка, по описанию слишком уж похожая на саму Юльку. Она держала над молодым человеком и убитой девушкой зонтик, потому что в тот момент шёл дождь. Так вот, возникает резонный вопрос: а не врёт ли Юлька своему любимому деду и своей любимой бабуле?

Дед повернул к ней голову и с усмешкой уставился в её хмурое лицо. Юля тяжело вздохнула.

— Вот ты, дед, очень умный человек, но иногда бываешь таким вредным, что просто зла на тебя не хватает. Сам же всё прекрасно понимаешь, а всё равно цепляешься.

Дед рассмеялся, снова прижал её к себе и отпустил. Его сегодня было не узнать. Улыбается, вон, поцеловал даже, чего уже лет сто не случалось. Такое ощущение, что у него настроение очень хорошее. Дед тем временем спрашивает:

— Слово дала, что никому не будешь рассказывать?