Противники

Гришэм Джон

— Кто знает? Думаю, об исках в связи с некомпетентностью можно забыть. Не подают же в суд на тех, кто проиграл дело. А вот санкции — совсем другая история. Я так и вижу, как «Веррик» пытается ударить нас по самому больному месту, заявляя, что дело было подано без оснований.

Дэвид наконец отхлебнул кофе.

— Я все думаю о Джерри Алисандросе, — сказал Уолли. — Хотел бы я поймать его где-нибудь на улице и избить до бесчувствия бейсбольной битой.

— Это приятная мысль.

— Пойдем. Покончим с Борзовым и отправим его восвояси.

Следующий час весь зал суда содрогался, просматривая видеозапись про эхокардиограмму Перси, а доктор Борзов пытался объяснить, что они видят. Свет приглушили,

и некоторые присяжные клевали носом. Когда видео закончилось, Борзов вернулся на свидетельскую трибуну.

— Сколько еще времени вам нужно, мистер Фигг? — спросил судья.

— Пять минут.

— Продолжайте.

Даже самые шаткие дела требуют определенных волшебных слов. Уолли хотел вставить их быстро, пока присяжные еще находились в коматозном состоянии, и, быть может, посеять смуту в рядах защиты.

— Итак, доктор Борзов, сложилось ли у вас на основании медицинских фактов мнение относительно того, что послужило причиной смерти мистера Перси Клопека?

— Сложилось.

Дэвид наблюдал за Надин Керрос, которая могла бы легко исключить все экспертные показания Борзова по целому ряду причин. Похоже, она не видела в этом смысла.

— И каково ваше мнение?

— По моему мнению, основанному на медицинских фактах, мистер Клопек скончался от острого инфаркта миокарда или сердечного приступа. — Свое мнение Борзов излагал медленно и теперь говорил по-английски гораздо более четко.

— А у вас есть мнение относительно того, что вызвало этот сердечный приступ?

— По моему мнению, основанному на медицинских фактах, сердечный приступ вызвало увеличение левого желудочка.

— А у вас есть мнение относительно того, что вызвало увеличение левого желудочка?

— По моему мнению, основанному на медицинских фактах, увеличение левого желудочка вызвало употребление препарата для снижения холестерина под названием крейокс.

По крайней мере четверо присяжных покачали головами. Двое других приняли такой вид, будто хотели встать и выкрикнуть пару оскорблений в адрес Борзова.

В шесть часов вечера свидетеля наконец отпустили, а присяжных отправили домой.

— Заседание откладывается до девяти утра завтрашнего дня, — объявил судья Сирайт.

По дороге в офис Уолли заснул на пассажирском сиденье. Застряв в пробке, Дэвид проверил мобильный, потом вошел в Интернет, чтобы взглянуть на рыночные котировки. Акции «Веррик» подскочили с 31 доллара 50 центов до 35 долларов за штуку.

Новости о неминуемой победе компании быстро распространялись.

Глава 40

За первые два месяца малышке Эмме предстояло лишь научиться спать всю ночь. Заснув в восемь, она обычно просыпалась к одиннадцати, чтобы перекусить и надеть чистый подгузник. После того как Эмму долго носили на руках и укачивали в кресле-качалке, ее удавалось уложить в полночь, но уже в три часа она снова просыпалась от голода. Сначала Хелен отчаянно боролась за грудное вскармливание, но через шесть недель вымоталась и познакомила дочь с бутылочкой. Отец Эммы тоже не слишком много спал, и обычно они тихо ворковали, перекусывая в предрассветный час, пока мамочка нежилась под одеялом.

Ранним утром во вторник, около 4.30 Дэвид осторожно положил дочь в колыбельку, выключил свет и на цыпочках вышел из комнаты. Он отправился на кухню, сварил кофе, и пока он настаивался, вошел в Интернет посмотреть новости, прогноз погоды и юридические блоги. Один блогер, в частности, следил за процессами по крейоксу и делом Клопека, и Дэвид убеждал себя не читать его. Но не смог.

Заголовок гласил: «Резня в зале суда 2314». Блогер, известный под ником «Повешенный присяжный», то ли не знал, на что потратить время, то ли работал на «Рогана Ротберга». Он написал:

Тем, кого распирает смертельное любопытство: торопитесь в зал суда в федеральное здание Дирксена на второй раунд первого и, вероятно, последнего в мире дела

по крейоксу. Тем же, кто не может прийти, скажу, что это примерно то же самое, что наблюдать за крушением поезда при замедленной съемке, к тому же это чертовски весело. Вчера, в первый день, присяжным и зрителям продемонстрировали жуткое зрелище в виде вдовы Айрис Клопек, которая свидетельствовала на видеозаписи. Якобы она не может присутствовать в суде по медицинским показаниям, хотя один из моих шпионов видел, как вчера вдова закупала бакалейные товары в магазине «Доминик» на Пуласки-роуд (нажмите, чтобы посмотреть фото). Это дамочка внушительных размеров, так что, когда вчера ее лицо появилось на экране, все испытали шок. Сначала она казалась заторможенной, как будто находилась под воздействием лекарств, но по мере дачи показаний их эффект ослабевал. Ей даже удалось пустить слезу, когда она говорила о своем любимом Перси, почившем в возрасте сорока восьми лет при весе в 320 фунтов. Айрис хочет, чтобы присяжные присудили ей кучу денег, так что она изо всех сил пыталась вызвать сочувствие. Не получилось. Большинство присяжных подумали то же, что и я: если бы вы, ребята, не были такими толстыми, не имели бы таких проблем со здоровьем.

Ее команда мечты, теперь уже без своего предводителя, который и сам свалился с сердечным приступом, представ перед настоящими присяжными, пока сделала лишь один блестящий ход, решив не допускать Айрис в зал суда и к присяжным. Большего блеска от этих легковесов ждать не приходится.

Их вторым свидетелем стал «звездный» эксперт, дипломированный знахарь из России, который за пятнадцать лет пребывания в нашей стране так и не освоил английский язык хотя бы на базовом уровне. Его зовут Игорь. И когда Игорь говорит, никто его не слушает. Защита легко могла бы выставить Игоря вон на основании того, что он не имеет достаточной квалификации; его недостатки можно перечислять бесконечно. Однако складывается впечатление, что защита придерживается следующей стратегии: предоставить юристам истца полную свободу и позволить самим показать, что их дело лишено оснований. Защита хочет, чтобы Игорь стоял на трибуне: это играет ей на руку!

Достаточно! Дэвид закрыл ноутбук и отправился за кофе. Он принял душ, тихо оделся, поцеловал на прощание Хелен, взглянул на Эмму и вышел. Повернув на Престон, он заметил, что в офисе «Финли энд Фигг» горит свет. Было 5.45, и Уолли усердно работал. Хорошо, подумал Дэвид, быть может, младший партнер разработал какую-то новую теорию, которую можно использовать против Надин Керрос и Гарри Сирайта и хотя бы ненадолго избавить их от унижения. Но машины Уолли за зданием не было. Задняя дверь оказалась открытой, как и основная. Эй-Си возбужденно расхаживал по первому этажу. В кабинете он не нашел Уолли, его нигде не было видно. Дэвид запер двери и отправился в офис наверху в сопровождении Эй-Си. У себя на столе он не нашел никаких записок, как и новых электронных писем в ящике. Он позвонил Уолли на мобильный и услышал голосовую почту. Странно, хотя у Уолли каждый день складывался по-разному. Однако ни он, ни Оскар никогда не оставляли офис открытым да еще и с включенным светом.

Дэвид попытался просмотреть материалы, но не смог сосредоточиться. Он очень нервничал из-за суда, и теперь у него появилось неприятное предчувствие, будто что-то еще пошло не так. Дэвид спустился и быстро осмотрел кабинет Уолли. Мусорное ведро рядом с небольшим сервировочным столиком пустовало. Пересилив себя, Дэвид выдвинул пару ящиков, но ничего интересного не нашел. На кухне, рядом с узким холодильником, стояло высокое круглое ведро, куда выбрасывали кофейную гущу вместе с упаковками от еды, пустыми банками и бутылками. Дэвид вытащил белый пластиковый пакет, широко раскрыл его и нашел то, что боялся найти больше всего. Сбоку, поверх стаканчика из-под йогурта, лежала пустая бутылка водки «Смирнофф» в одну пинту. Дэвид вытащил ее, промыл в раковине, ополоснул руки, отнес наверх, поставил на стол и долго смотрел на нее.