Протер
Шрифт:
– Да, честно признаться, я люблю!
– Кого? – удивилась она.
– Богиню! – ответил он. – Моего ангела-хранителя.
– И что, она хороша? Ты меня с ней познакомишь?
– Она прекрасна, но не познакомлю.
– Боишся за нее, за себя или за меня?
– Да ни за кого я не боюсь, просто она умерла, у нее нет физического тела.
– И как вы с ней спите?!
– Прекрасно! – ответил он.
– Может, тебе обратиться все-таки к психиатру? Наверное, это у тебя сказывается посттравматический синдром.
– Ничего у меня не сказывается, я просто боюсь за психику
– Так уж и ломаются!
– Тебе нужны доказательства? – спросил он ее с такой силой в голосе, что она мгновенно ему поверила. Они расстались на какое-то время, а на какое, оба еще не знали, хотя их тянуло друг к другу с новой силой и с новой любовью, только это была любовь какого-то другого качества.
Глава 2. ЦЕНТР ДУХОВНОГО РАЗВИТИЯ
Адрес этого центра он получил во сне. Назывался он просто: «Магия и здоровье», сокращенно «Маздор». Оделся простенько, туда добрался на такси. При знакомстве рассказал только о том, что ему приснился необычный сон и что он и сам бы хотел позаниматься духовным развитием. Его спросили, кем он работает. Он соврал, что он просто почтальон. На это ему сказали, что курс стоит дорого, и засомневались, справится ли он с финансовой и учебной нагрузками.
– За это не беспокойтесь, – лаконично ответил он. Центр был маленький, дорогой. Учили, похоже, неплохо. Преподаватели отличались серьезностью, вдумчивостью, каким-то неземным свечением ауры, дело свое знали. Одну из преподавательниц за глаза звали кошкой.
Она преподавала расслабление, часто ставила братьев наших меньших в пример и сама чем-то была похожа на кошку. Медитацию преподавал бывший индус, по школе Свами Махариши. В общем, все было неплохо, но чувствовалась какая-то надуманность. Это надо было менять. Смиту медитации очень понравились. Он быстро понял, что там заложены огромные возможности. Искусство сознательной молитвы преподавал поп-расстрига из России. Тоже было интересно, благостно. Чувствовалось влияние святой Руси. Он всегда говорил перед лекцией, что молитва – это разговор с Богом. А индус в начале лекций всегда подчеркивал, что медитация – это слушание Бога. Танцы преподавала таиландка, и так себя выкручивать могла только она. Боевые искусства – японец, он это делал виртуозно и был во всех отношениях талантлив. Да так, что бетонные плиты женские нежно-хрупкие создания громили уже после первого месяца, правда, справедливости ради надо сказать, что после напряженных занятий. Мистику преподавал немец.
Был он черен и злобен. Выход на контакт давал прекрасно. Пару раз приводил прямо из морга свежеоживленных трупов, и Смит тогда понял, почему этого делать нельзя! А целительство не преподавал никто. Временно место пустовало, а это было одно из необходимейших направлений работы. Вокруг было столько физически-психических больных, что только отдельных индивидуумов можно было считать вполне здоровыми. И Смит предложил свою кандидатуру. Правда, очень боялся, но после своего положительного опыта в больнице чувствовал, что он это может. Оплата за курс сократилась, особенно после того, как он организовал
И он, и центр стали зарабатывать больше, правда, некоторые его новые коллеги стали на него коситься. Скоро он вышел с предложением расширения центра, привлечения новых направлений, снижения расценок, замены помещений. И тогда уже заволновалось руководство центра. Ему ненавязчиво предложили уйти, но наработанный опыт у него уже никто не мог отнять. Предиктор был доволен. Он иногда получал информацию об этом в своих длительных медитациях. По заданию Предиктора надо было проверить еще десятка полтора подобных центров.
Ситуация была везде примерно подобная, но удивляло разнообразие центров. Были центр духовного целительства Христа, центр западной магии и мистики, еврейский центр каббалы, центр астрологии; было несколько центров йоги: раджа-йоги, хатха-йоги, бхакти-йоги, карма-йоги. Был еще шаманский центр, центр изгнанных из Тибета лам, центр Блаватской, Рерихов. Существовали также ценр тантры и несколько других, менее известных направлений, таких, как центр курения кальяна, гашиша, марихуаны и даже один героиново-кокаиновый, но они были строго засекречены. Смит попробовал и это, но сразу понял, что происходят быстрые подсадки, и вышел из них, приняв решение как-то преобразовать их в центры восстановления бывших наркоманов.
Глава 3. ЧЕРНЫЕ МАГИ
Главный планетарный черный дух Астур сидел в готическом кресле в старинном замке, находящемся на территории Испании. Он был задумчив, и мысли у него были невеселые. Вокруг него стояли, понурив голову, три главных черных мага Америки.
– Да, дела! – сказал грозно Астур. – Как вы могли допустить появление нового белого мага у себя прямо под носом?! Какой-то Протер, а дряни от него, как почти от самого Предиктора! Вы, лодыри, только и занимаетесь стяжанием своей славы и богатства, а службу запустили!
– Нет, мы предпринимали шаги! Мы подослали к нему сумасшедшего шамана. Но он не оправдал нашего доверия, и теперь сам находится в критическом состоянии. Мы наслали на этого проклятого Протера сибирскую язву, но он странным чудодейственным способом и от нее избавился. Потом наслали на него трех самых жутких убийц Америки.
– Ну, и где сейчас эти убийцы?
– Один в реанимации, – пояснил средний черный маг, – другой в психушке, а третий эмигрировал из страны, переодевшись женщиной.
– Что вы предприняли еще? – грозно спросил Астур.
– Мы внушили ему неправильную программу питания, он три месяца питался только в Мак-Дональдсе.
– И что?
– Он и это выдержал!
– Да, – задумался Астур и после некоторого размышления сказал: – Ну, хорошо, придется применить наши астральные боевые машины, летающих убийц. Маги закивали головами в знак полного согласия. – И смотрите впредь, чтобы подобное не повторялось! Мы и так по магам проигрываем.
– Зато мы выигрываем по несознательной черной силе. Она так крепко распространилась в народе, что извести ее не сможет ни один самый мощный Предиктор, – позволил себе высказаться средний черный маг.