Простые радости

Камерон Стелла

Феникс дунула на завитки, которые лезли ей в глаза.

– Я поняла тебя, – произнесла она, стараясь, чтобы голос ее прозвучал равнодушно. На самом деле это сообщение ее сильно взволновало. Она уже думала над тем, как Роман Уайлд свяжется с ней, не зная ни ее адреса, ни телефона.

Она оглянулась через плечо. Еще одной встречи с Уайлдом она бы не выдержала, С другой стороны, она думала о том, что может никогда больше с ним не встретиться…

Обнаженный. Он лежал перед ней обнаженный и приглашал ее сделать ему массаж. Всего

тела. Черт возьми, она неплохо с этим справилась. А он своими умелыми руками делал такое…

Феникс залилась румянцем и поблагодарила Небеса за то, что в зале темно.

Почему она краснеет? Ей тридцать лет, она – циничный, побывавший во многих переделках адвокат, а не невинный ребенок. С ее доходной должности ее выжил завистливый младший прокурор. Он настучал на нее за то, что она представила обвинению свидетельство, доказывавшее вину ее собственного клиента. Этот клиент, уважаемый психиатр, которого обвиняли в том, что он приставал к своей молодой пациентке, когда она была под гипнозом, закончил в тюрьме. Этот психиатр – настоящий денежный мешок, пользовавшийся немалой популярностью – пытался даже воздействовать на Феникс, когда она с ним беседовала. И она позволила своей страсти к справедливости помешай интересам ее клиента. И за это ее справедливо уволили, справедливо с точки зрения закона.

– Можно присесть рядом с тобой, Феникс?

Вздрогнув от неожиданности, она подняла глаза и увидела серьезное лицо Романа Уайлда. Он опустился на темный пластмассовый стул рядом с ней.

– Виски, – сказал Морту. – Неразбавленный. А тебе, феникс?

Морт поднял брови:

– Он тебе не мешает? Или…

– Нет, нет, – быстро ответила Феникс. – Мистер… Мы знакомы.

Роман улыбнулся – слишком ослепительно – и сказал:

– Мы очень хорошо знакомы друг с другом. Феникс, крошка, что тебе принести?

До нее не доходил смысл его слов.

– Ну вот, опять у нее это начинается, – довольным голосом произнес Роман. – Вроде бы ничего особенного не происходит, а на нее как столбняк находит. Принесите ей еще порцию того, что она пьет. – Он бросил деньги на стойку.

Морт отошел, и Феникс почувствовала, как Зельда изучает ее с другого конца бара.

– Я тебя искал, – сказал Роман. Их глаза встретились в запотевшем желтеющем зеркале за стойкой.

Феникс не собиралась первой отводить взгляд.

– Я так и поняла.

– Ты не оставила своего номера телефона.

– У меня его нет. – Лгать становилось легче.

– У всех есть телефоны.

– Нет, не у всех.

– Пускай будет по-твоему, Ви Джи Феникс. Я порекомендовал взять тебя на работу.

– Спасибо.

– Не слышу благодарности.

– Я тебе очень благодарна. И чертовски устала.

Морт принес виски и долил кофе в кружку Феникс. Ей захотелось попросить еще бренди.

Роман взял стакан и, прикрыв один глаз, взболтал виски.

– Как я понял, ты здесь работала.

– Я и сейчас здесь работаю, –

ответила она. – И возможно, буду работать сегодня вечером. Пока я еще свободна. – В данную минуту она была не в силах даже подняться на ноги.

– Почему ты решила пойти в клуб просить работу?

– Я уже это делала.

– Не понял.

Она повернулась к нему:

– Графиня фон Лейден уже задавала мне формальные вопросы, и я на них отвечала. Но повторю для тебя – мне нужно больше денег, чем Морт и Зельда могут мне платить. Я услышала о клубе и подумала, что вам, может быть, пригодится хорошая массажистка, вот я и пришла.

– Ты лучше, чем просто хорошая. – Он взял стакан и сделал долгий, медленный глоток. – Ты великолепная, Феникс. Может быть, лучше всех. Ты сделала со мной такое, что ни одной другой массажистке еще не удавалось.

Она поперхнулась кофе.

– Тебе попалась косточка? – Он похлопал ее по спине и склонился к ее уху: – Мы ждем тебя в клубе к десяти часам утра. Получишь инструкции и познакомишься с другими сотрудниками. Ну как?

Так, как будто она в коробочке, а коробочка становится все меньше.

– Прекрасно. Я буду в клубе.

– За то личное внимание, которое ты мне оказала, наши клиенты немало платят. Они в основном будут действовав смело.

– В основном? – Она посмотрела ему прямо в лицо. – Я не ожидала, что клиенты будут меня лапать, мистер Уайлд… Роман.

Уголки его рта опустились в циничной улыбке.

– Странно. У меня сложилось впечатление, что ты получила массу удовольствия.

Она не доставит ему радости своими возражениями – да к тому же она и не особенно вправе возражать.

Он положил руку на низкую спинку ее стула:

– Я чуть было не подумал, что ты вообще не хотела, чтобы я остановился. Но может быть, ты просто была ошарашена? М-м, я думаю, что именно так и было. Все ощущения были такими неожиданными… Так ведь?

Она не могла оторвать глаз от его рта.

– Я тоже хочу тебя поцеловать, – мягко произнес он. Он провел пальцами по ее подбородку: – Ты ведь очень страстная женщина, так? Нам придется с этим что-то делать.

Он ее гипнотизировал. Наклонившись к ней, поставив один локоть на стойку и держа другую руку позади нее, он оставил их вдвоем друг с другом, отрезая от остального пространства.

Ногтем большого пальца она провела по шву джинсов на ноге, перекинутой через другую.

– Что ты сказала? – Длинным указательным пальцем Роман сделал несколько легких, поглаживающих движений по ее бедру. – У тебя красивые ноги.

Феникс вспомнила, что ей нужно вдохнуть.

– У тебя тоже.

В ответ он закрыл глаза и улыбнулся.

– Скажи мне, почему такая женщина, как ты, желает мять чьи-то тела?

– Из-за денег, – сказала она, недовольная тем, как это прозвучало. – Ты отключаешься, и тело становится для тебя всего лишь куском мяса – или, может быть, теста.