Просто так вышло
Шрифт:
– Понятно… Меня, кстати, Аня зовут. А вас?
Извините, Аня, я спешу. До свидания, – резко произнесла Марина и ушла прочь, больше не оборачиваясь.
«Разволновала меня, а потом еще и в подруги набивается. Нет уж, спасибо. Нам и без знакомств очень хорошо живется. Правда ведь, маленькая моя?», – мысленно возмутилась Марина, приближаясь к кирпичному, пятиэтажному зданию.
– Чудная какая-то, – тихо прошептала Аня, держась за живот. Она проводила взглядом странную незнакомку, пока та, наконец, не скрылась за дверью третьего корпуса.
Шли дни. Марина продолжала жить, ни с кем не общаясь и отказываясь от каких либо знакомств. Это был ее личный каприз.
Все больше времени она стала проводить в своей маленькой, но уютной комнатке, часами общаясь по телефону с сестрой, мужем, мамой, подругами. Родные – вот утешение. Их хочется слушать, с ними можно поделиться своими чувствами, рассказать о своем состоянии. А беременные женщины вокруг – пустышки, не способные стать частью ее жизни, на них не стоит тратить время, ведь совсем скоро родится ребенок и она уже никогда не увидит никого из этого «лагеря беременных бегемотиков». Телефон – вот настоящий верный друг, готовый в любой момент соединить ее с близкими и дорогими сердцу людьми, все остальное – неважно!
– Ну как ты там? – радостно спросила Дина. Сестра Марины всегда была очень добродушным человеком.
– Все в порядке.
– Конечно. Рассказывай, я ведь по голосу слышу, что не все так радужно! Ты никогда не умела притворяться.
– Нет, нет. Действительно все нормально. Просто очень тоскливо и одиноко на душе. Еще всякие женщины каждый день мучают меня своими попытками познакомиться. Нервничаю и злюсь из-за этого.
– Почему?
– Не знаю. Просто меня раздражают люди, которые пытаются себя навязать. Зачем мне – совершенно постороннему человеку – слушать подробности о том, сколько раз в день они ходят в туалет или как им трудно спать с животом. Мне не понять, зачем кому-то рассказывать, насколько ты потолстела за последние месяцы, и как потом планируешь сбрасывать вес.
– Ну…
– Понимаешь, здесь ни о чем другом и не разговаривают. Нет альтернативных тем, все как будто зацикленные клоны. Для меня беременность это не проблема, не тема для бесконечных жалоб. Я хочу поговорить о книгах или об искусстве, или о психологии воспитания, хочу обсудить знаки зодиака и вопросы крещения ребенка. Но это никому не интересно.
– Почему ты думаешь, что среди сотен беременных женщин нет ни одной, которая смогла бы стать для тебя интересной собеседницей?
– Поверь, знаю. У меня нет времени искать иголку в стоге сена. Я даже не хочу об этом думать. Лучше расскажи, как ты? Как твой малыш?
– Нормально… Уже держит головку. Улыбается так радужно, что-то гулит непонятное, но очень милое и доброе. Дети – это самое настоящее чудо. Я так счастлива, что уже совсем скоро ты сможешь ощутить счастье материнства.
– Я и сейчас это чувствую!
– Поверь, это только предвкушение… Все твои чувства раскроются, как бутон розы, когда ты увидишь своего крохотного ребеночка.
– Я этого так жду.
– Знаю…
– Я люблю тебя! Очень.
– И я тебя. Смотри мне, не грусти там. А иначе я буду вынуждена выслать тебе почтой клоуна, который защекочет тебя. Беременным противопоказано грустить, если, конечно, они не хотят, чтобы их дети были плаксивыми и капризными.
– Хорошо, хорошо, – искренне улыбаясь, ответила Марина. – Обещаю быть послушной девочкой.
– Вот и молодец. Я тебе верю. Наслаждайся природой, читай книги и жди встречи с доченькой.
– Хорошо, я так и делаю.
– Ну ладно, буду бежать – пора Игорька кормить. Совсем меня заговорила.
– Пока, пока. Я тебя еще вечером наберу.
– Пока дорогая. Жду звонка.
Первый месяц лета пролетел, как один миг. За это время Марина
Воздух был пронизан утренней свежестью. Марина медленной походкой, в своем любимом белом льняном сарафане, шагала по узкой улочке маленького городка. Добравшись до базара, она остановилась передохнуть. На мгновение женщина пожалела, что отправилась в такое далекое путешествие совсем одна, но потом, собравшись с силами, улыбнулась и отправилась дальше.
«Все будет хорошо», – мысленно обратилась к себе Марина и направилась к продавцу сувениров, который уже с самого утра ожидал первых покупателей. Присмотрев несколько симпатичных ракушек, Марина расплатилась и отправилась дальше.
«Раз уж удалось преодолеть такой длинный путь от санатория до центра города, то нужно обязательно спуститься к морю», – прозвучало в мыслях.
– Простите, вы не подскажете, где находится ближайший пляж? – спросила она у пожилой интеллигентной дамы, проходившей мимо.
– К морю, говорите, – задумчиво протянула незнакомка, посмотрев Марине прямо в глаза, – Вам нужно идти прямо, пока не увидите перекресток. Там поверните налево. Пройдя несколько метров, окажетесь у железных ворот, за ними будет аллейка, ведущая к морю.
Через десять минут Марина уже была на перекрестке, о котором и говорила незнакомка. Почувствовав свежий ветер, насыщенный соленым ароматом, она обрадовалась и едва заметно улыбнулась, затем повернула налево и несколько минут спустя оказалась перед крутой лестницей. Эти бетонные квадраты вели просто к широкому, песчаному пляжу. Сначала Марина испугалась и уже думала развернуться и уйти, чтобы не рисковать, но потом все же решила, что если ступать аккуратно, она сможет благополучно спуститься к морю. Так и вышло.
Марина сидела на побережье и размышляла. Бросая овальные белоснежные камешки в прозрачные волны, она думала о своем будущем, о ребенке, о том, как ей стать хорошей матерью. Рисовала себе, как счастливая семья гуляет с малюткой по парку. Ей страшно не хватало Димы, душа тосковала и рвалась к нему. Все это время Марине было так тяжело без поддержки, заботы. Иногда чувство тоски и одиночества переполняло сердце и на глаза наворачивались слезы.
В раздумьях молодая женщина не заметила, что солнце давно поднялось в зенит и начало припекать Земле голову своими жаркими лучами. Прошло достаточно много времени с того момента, когда она покинула территорию санатория. Марина опомнилась, когда все вокруг начало безжалостно печь. Внутри всколыхнулась внезапная, легкая тошнота. Песок почему-то стал слишком горячим, а тело – слишком тяжелым. Медленно поднявшись, она почувствовала, что еще немного – и потеряет контроль над собой. От страха захотелось как можно быстрее скрыться в тени. Но предстояло еще преодолеть нелегкую преграду. Перед глазами стоял образ крутой лестницы, по которой нужно было подняться вверх, к аллее. Голова кружилась, тошнота становилась сильнее. Собрав все силы в кулак, женщина подошла к деревянному поручню и ступила на первую ступеньку. Шаг за шагом Марина поднималась все выше. С каждым сделанным усилием ей становилось все труднее держать равновесие.