Просто сад
Шрифт:
Два автомобиля, сзади лёвик рыжий...
И не самолёты, да и не слоны же –
Карусель подходит только лошадям!
Днём они картонными ловко притворяются
И ребят катают, да под вальс бегут.
Ночью с каруселей лошади смываются,
И по разным улицам носятся и ржут!
Вот когда лошадкам можно пообщаться,
Ведь на карусели – морды всё к хвостам,
Скучно им по кругу друг за дружкой мчаться,
То ли дело – вскачь
По площадям, да по мостам,
Без
Да не сомневайся ты, она совсем живая:
Видишь, просит сена, требует воды?
Ну давно ль по городу ездили кареты,
И возила всадника лошадь верховая?
Живы под асфальтом от копыт следы!
Днём между машинами не протолкнуться тут,
А ночами всюду бегают и ржут!
...Если мне не веришь,
Сам спроси у лошадей:
И учти их мненье:
Важны, без сомненья,
Магазины, оперы,
Ситроены, опели...
Все нагроможденья
Ненасытных дней,
НО
Городская мебель,
Городская мелочь
Всё таки важней!
28 октября 2012
УТРО ТЁМНЫХ ВЕКОВ
К минувшему концу света....
... Краснеют на зимнем рассвете
Облака и стены домов.
Так мокры тротуары, что цвет их
Отличим ли от облаков,
Из которых приносят ветры
Пасмурность Средних веков?
Звон холодного утра-пролога
Перед днём проржавелых лат:
Ну, вот сейчас – на дорогу
Какой-нибудь Ланцелот...
Зашуршит под копытами утро
По жестяной траве...
И Ланцелот – «А нут-ка,
С кем бы подраться – не ве....!»
А виновен уж слишком алый,
Слишком нервный рассвет:
Жестяное небо упало –
На беспорядочность лет,
Жестяное небо упало
На звон жестяных лат –
На неестественно алый,
И столь же консервный закат,
Продолжение утра мглистого,
До нелепости раскалённого,
Да жестяные листья,
Высохшие до звона!
22 декабря 2012
СОНЕТ В ОКНЕ
Уходит комната в слепую глубину,
И полки книг, и всё, что на столе, удвоя.
Вот отражение прилепится к окну...
Но врежутся
Пришедшее – зачем? – из внешней тьмы, – и враз,
Чтобы прогнать его, возникнет занавеска, –
Она цветастостью – непрошено и резко –
Твой зыбкий натюрморт вдруг заслонит от глаз!
Ну что же – выйди в лес! Он вовсе не такой,
Как тот, что просквозил картинку отраженья:
Он – перспективой – в ночь, ему не стать доской.
Вернёшься – и опять подлунных теней танцы,
Чудесным образом лишённые движенья,
В оконном зеркале – как старые голландцы
17 ноября 2012
МЕДЛЕННЫЙ ЗИМНИЙ СОНЕТ
...И летом может быть темно,
Но не бывает тьмы кромешной...
Вот веткой не спеша орешник
В ночное вломится окно,
Вот фарами по потолкам
Скользят прохожие машины,
Их отсвет, медленный и длинный,
Дрожит, размытый по бокам,
Цветными бликами трамваи
Вползают в летние дожди –
Движенья быстрого не жди:
Его придержит темнота, и –
В рассвет скворчиный фейерверк
Кривым фонтаном брызнет вверх!
20 декабря 2012
* * *
У Нотр-Дам над рекой, на растресканном парапете,
Запертые грязно-зелёные ящики букинистов.
И не смахнёт незаметный, слабеющий утренний ветер
С крышки облезлой, с краски пожухлой, бугристой –
Несколько жёлтых разлапых платановых листьев...
Это – последние,
Каждый велик непомерно.
Даже чуть страшно:
В сравнении с ними почти незаметны
Там, над собором, далёкие мелкие башни,
И неразличимы на башнях химеры,
Будто они затерялись меж листьев опавших
Где-то под дачными заколоченными ворот`aми,
Запертыми, как книжные ящики перед мостами...
На зиму серыми досками заколочены дачи...
В них – тоже книги на полках оставлены...
Только вот к ящикам утром придут букинисты,
Старые книги расставят по полочкам ящиков старых.
Тут же появятся стулья, или скамеечки низкие,
На серых растрескавшихся тротуарах...