Просто работа
Шрифт:
Мэрлин, подруга Старой Клячи, говорила о так называемых отражениях. Типа — каждый город имеет несколько копий, по которым ровным слоем размазаны приехавшие. Это было отчасти похоже на правду, потому что горожане иногда пропадали, растворялись буквально воздухе или возникали из ниоткуда. Возможно — местные могли болтаться в таких «тенях», не обращая внимание на идиотизм ситуации. Я особо не заморачивалась, как там на самом деле все происходит. Просто запомнила, что за неделю пребывания на Конфе можешь столкнуться лицом к лицу от силы с сотней землян. Запомнила, потому что умею подмечать любые странности и использовать их себе на пользу. Чтобы выжить в местном
— Господи, какая херь в голову лезет, — хрипло вздохнула. Артефакты, мана, зачарованные пули и два серебряных рубля, которые должна трактирщику в «Жужелице». О чем вообще думаешь, дура. Вон, твоя финальная черта зубами клацает. Шишига принюхалась и с ворчанием стала медленно подходить ближе. Похоже, сообразила, что чужак не вооружен как положено и не сможет всадить картечь дуплетом или мечом морду развалить на куски. И уже не важно, насколько хорошо ты в местных реалиях разбираешься. Здесь начинает работать закон больших чисел. Все проводники рано или поздно ошибаются. И среди старожилов почти каждый — в городе сидит, информацией или артефактами торгует, а не по буеракам лазает. Кому на месте не сидится — тот рано или поздно окажется на болотной кочке с пустыми руками.
— Здравствуй, жопа, новый год, — пробормотав, подперла голову ладонью. Бежать смысла нет. Кинжалом тыкать — тоже из разряда дурнины. Поэтому стоит просто посмотреть смерти в глаза. Она уже рядом. — Ты бы знала, морда, как я устала…
Глава 2
Морда ходила кругами уже минут пять. Ноги длинные, только брюхо мочит. Принюхивалась, периодически рычала. Казалось, что шишига в легком недоумении: что за странный кусок мяса в ее владения забрел?
Обычно двуногие вели себя иначе. Во-первых, самки на драку редко нарывались. Старались убраться с дороги или выставляли вперед самцов. Те уже махали острым железом, тыкали больно в бок или плевались вонючими свинцовыми шариками. Пока монстриха не вошла в массу и не заматерела, старалась держаться от подобных идиотов подальше. Позже — убивала из засады, если попадались во время патрулирования отбитой у других территории.
Во-вторых, эта малопонятная особь совершенно не боялась врага. Что-что, а запах страха или даже ужаса — он прекрасно воспринимается любым диким зверем. Сейчас же — холодное равнодушие, усталость и боль. И ничего больше.
Ну и в-третьих, на поясе у чужака висела одна штука, которая была нужна твари. Поэтому она подумала и осторожно ткнула меня носом, чуть не сбросив ее с кочки.
— Э, ты чего?.. Слышь, чучело лохматое?.. Подожди, что этим хочешь сказать? Тебе «лечилка» нужна?
Отцепила крохотную хрустальную фляжку, в которой плескалась зеленоватая жидкость и протянула шишиге. Та обнюхала еще раз, всхрипнула и двинулась в заросли, поглядывая через плечо.
— Так, похоже, тебе в самом деле нужна помощь. А пользоваться «эллочками» ты не умеешь.
Пока тварь довела до логова, успела пару раз провалиться по пояс, уляпалась поверх третьим слоем вонючей грязи и просто чудом не потеряла завязшие в тине сапоги. Зато стало понятно, почему шишига позвала на помощь. Потому что у нее — лапки. Ну и магическим снадобьем
Два щенка были целы, а вот третьему изрядно бок располосовало. Судя по ране — гидра постаралась. Она все норовит вырвать кусок мяса одной из голов, пока остальные тебя отвлекают, атакуя с разных направлений.
— Так, малой. Не кусайся, сейчас тебе полегче станет.
Не обращая внимание на тихое рычание самки, достала из кармашка коробочку, распахнула крышку и аккуратно посыпала серым порошком на морду раненого.
— Потерпи, это чтобы боль ушла.
Остатки порошка потратила на ободранный бок, на еле прикрытые остатками шкуры ребра. О том, какой дряни успел прихватить щенок, пока его волокли от места нападения до логова, можно не думать. Если не подох, то выкарабкается. Должен. Местные монстры очень живучи. Ну и «лечилка» не позволит просто так инфекциям и занесенной грязи перейти в гангрену или еще какую заразу. Чертова магия — пока организм жив, у него есть шанс. Люди обычно после таких манипуляций жрут потом неделю или две, спешно восстанавливая силы. И красуются рубцами на месте бывшей проблемы. Рубцы сводить — это уже другой бутылек, который в банковском хранилище лежит. Да и не стану я тратить дефицитные эликсиры на монстра. Главное, чтобы не окочурился в процессе лечения, и нормально. Потому что если хвостатый сдохнет — мамаша совсем обидится.
Когда на рану тонкой струйкой полилась зеленая жидкость, щенок даже не шевельнулся. Лежал, тяжело дыша, вывалив язык.
Опустошив первую бутылочку, оценила результат и потянулась за второй. Как бы не пришлось все запасы израсходовать. Открытые раны обычно именно так и «латают» — промывают, пока на поверхности перестанет пена пузыриться. Как появится тонкая прозрачная зеленоватая пленка — значит, достаточно. Теперь только ждать.
— Все, морда. Завтра утром посмотрим, как оно. Может быть, еще надо будет чуть-чуть добавить.
Пристроившись рядом с больным, прижалась к его спине и осторожно обхватила рукой. Два других щенка тут же подобрались поближе и подперли меня с другой стороны. Шишига обнюхала «натюрморт», решила не разрушать идиллию и растворилась в вечерних сумерках. Скорее всего — на охоту пошла.
Пригревшись, незаметно для себя начала погружаться в сон. Впереди — еще пять дней до возвращения. И если очень повезет и не сожрут, надо успеть пересечь две границы и выбраться к горам. Там возвратный портал. Но до этого еще очень долгий путь. Сейчас же хотелось просто забыться хоть на полчасика.
* * *
Утром я проснулась от того, что какая-то зараза вылизывала мне лицо. Еле-еле продрав глаза, уткнулась в довольную оскаленную пасть. Похоже, вчерашний больной бодро пошел на поправку и теперь выказывал мне знаки внимания.
— Хороший песик, хороший… Подожди, дай я хоть встану.
Вот с этим возникли небольшие проблемы. Тело после лежания на спутанной траве затекло, спину ломило и вроде даже как в носу чесалось. Все признаки дурацкой простуды. Конечно, если ты болтаешься по холодной жиже и потом спишь на крохотном болотном островке — нет смысла ждать отличного настроения и утренней бодрости. Поэтому я вслепую нашарила последний оставшийся пузырек и влила в глотку содержимое. Судя по внешнему виду, щенок уже идет на поправку, а мне бы до ближайшего алхимика добраться без лишних приключений. Запасов «на черный день» у меня больше нет.