Просто хочу
Шрифт:
— Ой, спасибо, — все слова опять застряли в горле.
Чего он приперся? Лучше б голову помыл. Чего смотрит? Принюхивается?
— Девчонки, а вы тут пьете что ли?
Я втянула его за борта рубашки в номер.
— Сдашь нас? Или присоединишься? — спросила я без преамбул.
— Шутишь? Наливай, только чистый.
Дневник Сони
14.04.2003
Крис. Кристофер. Кристофер Мэйсон. Именно он — самое яркое впечатление
В сущности Гаагсакая конференция отличается лишь размахом и помпезностью. Суть же остается неизменной. К черту комитет, к черту председателей и директоров. Мне пятнадцать, и я без ума от наглых умных парней. Таких, как он.
Лиза завалилась спать, когда кончилась выпивка, оставила нас наедине. Мы почти всю ночь просидели на балконе.
Я из кожи вон лезла, пытаясь доказать, что не плевала ему на голову. А он ломал язык, пытаясь произнести мое имя правильно. Но у него выходило то Сониа, то Сонья. Но только не Соня. Я капитулировала и согласилась на Софи. Крис взамен пообещал простить меня за увлажнение волос. Лет через пять.
Алкоголь стер мой языковой барьер. Я трещала, не замолкая, словно всю жизнь жила среди носителей языка. А может просто Крис резко стал тактичным и помогал мне подобрать слова, не смущая при этом.
Я даже забыла, что дома меня ждет парень. И не мудрено. Крис легко мог заставить забыть обо всех парнях на свете. Своих, чужих… всех!
Он рассказывал, что умеет играть на гитаре и фортепиано, а еще хвастался, что его очень хвалят в каком-то драмкружке, где он играет в спектакле.
Я хихикала, делая вид, что верю ему. Про музыку еще могла принять за чистую монету. Красивые длинные пальцы было очень легко представить на струнах или клавишах. Но актер — это точно полный бред. Выпендривается. А вот в его мечту о спичрайторской карьере в политике я поверила. Как не поверить после его триумфального выступления на Асамблее, где нашу резолюции приняли почти единогласно.
Мне стало холодно, и он обнял. Словно это тоже входило в регламент. Наверно, коллекционировал таких дурочек, как я.
Но…
Вряд ли я когда-нибудь забуду его руки, согревающие меня и поцелуй, от которого я попыталась уклониться.
— Я хочу тебя поцеловать, — проговорил Крис.
Словно я и так не поняла. Пришлось задать очень глупый вопрос:
— Зачем?
— Просто хочу.
Аргументов для возражения не нашлось. В этот раз кричать «я протестую» совсем не хотелось.
— Тогда целуй, — сдалась.
Черт с ним, пусть ставит галочку на карте мира.
Утром
Я удивилась и обрадовалась, почти сразу расстроилась, но виду не подала. В моем городке интернет только на почте за какие-то безумные деньги.
Вспышка.
— Лиза!
Лицо подружки украшала улыбка до ушей. В руках она держала мой фотоаппарат. Сама отдала — сама виновата.
Теперь я буду пялиться на фото и грезить о далеком милом парне, с которым даже встретиться еще раз — без шансов.
А пока он держит меня за руку, смотрит прямо в глаза, говорит какие-то банальности.
Лиза сообщает, что автобус ждет.
Моя ладонь медленно выскальзывает из его пальцев. Крис удерживает самые кончики. Его губы накрывают мои. И плевать, что все пялятся. Мы имеем право на этот миг.
I часть.
Глава 1. Кирилл
Ветер, асфальт, туманное московское утро.
Привычку бегать я переняла от Кирилла. Я все за ним повторяла тогда. Как попугай. Глупая влюбленная курица. Он курил «Капитан Блэк», и я давилась тяжеленным дымом. Он пил «Миллер Драфт», я морщилась, но глотала. Он любил отдыхать в Питере, я проклинала в голос порывистый ветер, перемешанный с мокрым снегом, но упрямо таскалась по гранитным набережным.
Последствия бурного виртуального романа, который закончился после нашей личной встречи.
Кир вел себя, как джентльмен. Цветочек, прогулка и ночью не поддался на мои неумелые попытки соблазнения.
Следующие полгода я сублимировала на его привычках и пристрастиях. Как кривое зеркало. А потом оказалось, что это была и не любовь вовсе.
Кирюха сам позвонил, как ни в чем ни бывало. Мы трепались два часа, перезванивая по очереди. Я не ревновала, когда он рассказывал о своей подружке. Он хохотал над моей историей о бойфренде-скоростреле.
«Черт, зай, я так скучал по тебе», — выдал он.
«Взаимно, мартышкин», — ответила я.
На следующий день мне пришел ответ на три тысячи электронных писем:
Подойди ко мне поближе, дай коснуться оперенья, Каждую ночь я горы вижу, каждое утро теряю зренье; Шелком — твои рукава, королевна, ясным месяцем — вышито небо, Унеси и меня, ветер северный, в те края, где боль и небыль; Как больно знать, что все случилось не с тобой и не со мною, Время не остановилось, чтоб взглянуть в окно резное; О тебе, моя радость, я мечтал ночами, но ты печали плащом одета, Я, конечно, еще спою на прощанье, но покину твой дом — я с лучом рассвета.