Просто друзья

Сисман Робин

— Напоминаю, я все еще рассчитываю на то, что ты угостишь меня ужином в день моего рождения. Пари есть пари.

— Восьмого в восемь, — кивнул Джек. — Я не забыл.

— Если к тому времени я и в самом деле не стану Леди Совершенство.

— А я не буду держать речь при получении Пулитцеровской премии. — Джек скептически усмехнулся. — Видела когда-нибудь летающих поросят?

Фрея вдруг почувствовала себя страшно усталой. Она запрокинула голову и уставилась в ночное небо — темное, но беззвездное: звезды затмили городские огни. Когда-то у нее были длинные светлые волосы, кипучая

энергия, много работы, много мужчин и друзей, вечеринок, загадочное и манящее будущее. Когда-то Джек был самым красивым, самым удачливым и самым талантливым мужчиной в Нью-Йорке. А теперь только взгляни на них: Джек — у разбитого корыта, она — жалкая старая дева, насмерть запуганная перспективой ехать домой на свадьбу без сопровождения мужчины. Они дошли до конца пути и разорвали финишную ленточку.

Фрея выпрямилась и глубоко вздохнула. Глаза ее встретились с глазами Джека.

— Кто хочет быть миллионершей? — запел он.

— Я хочу, — ответила Фрея.

Оба улыбнулись. Официантка с подносом проходила мимо. Джек остановил ее:

— Две граппы, пожалуйста.

— Мне не нужен алкоголь, — сказала Фрея.

— Нужен.

— Нет, не нужен.

Официантка ждала в замешательстве. Джек улыбнулся ей и подмигнул:

— Две граппы, пожалуйста.

Фрея с брезгливым неодобрением наблюдала, как официантка, которой было без малого лет пятьдесят, растаяла, расцвела и, игриво покачивая бедрами, упорхнула. Она вернулась через минуту, расставляя бокалы, и кокетливо улыбнулась Джеку. Какие все-таки женщины ветреные! Фрея подперла ладонями подбородок, мрачно глядя в пространство. Вдруг Джек принялся тыкать ее пальцем в предплечье.

— У меня блестящая идея, — сообщил он.

— Прекрати. — Она шлепнула его по руке.

— Послушай… — он пододвинул стул поближе, — хочешь, чтобы кто-то поехал с тобой на эту свадьбу?

Фрея закатила глаза:

— Десять из десяти.

— Кто-то респектабельный?

— Да.

— Симпатичный?

— Определенно.

— Кто бы тебе нравился?

— Предпочтительно.

— И мужского пола.

— Ха-ха.

— Ну вот… — Он откинулся на стуле и сложил руки на груди.

— Ну что?

Джек приподнял брови с таким видом, словно ответ напрашивался сам собой. Она тоже вскинула брови, показывая, что так не считает.

Джек раскинул руки:

— Это я.

Фрея ошалело смотрела на него несколько секунд, после чего расхохоталась.

— Не смеши меня!

Он сразу сник:

— Терпеть не могу, когда ты так говоришь. Что тут смешного?

Фрея с досадой вздохнула:

— Ты не понимаешь. Предполагается, что я поеду с бойфрендом.

— Ну и что? Я вполне сойду за бойфренда. Речь идет о паре дней.

— Четыре дня. С четверга по воскресенье. Мы будем жить в одной комнате. Тебе придется держать меня за руку, смотреть мне в глаза, делать вид, что находишь меня восхитительной.

— Но это мой коронный номер!

— Ты не сможешь гоняться за подружками невесты, не сможешь напиться и не сможешь постоянно мне противоречить.

— Кто посмеет тебе противоречить?

— И тебе придется быть очаровательным.

— А я и так очарователен! «Простите, миледи, мне думается, этот лорнет принадлежит вам».

— О

Джек! — Фрея не могла сдержать улыбку.

— Так скажи, почему нет? Было бы забавно.

— Посмотри, как ты одет.

— У меня есть приличные вещи, просто я их не ношу.

— А прическа?

— Она всегда у меня такая!

— Это точно.

— Что, если я постригусь, — только для тебя? Чик-чик…

Джек включил свое южное обаяние на максимум. Фрея старалась не улыбаться.

— Ты просто хочешь в очередной раз уйти от своих проблем, — сурово сказала она.

— Я хочу тебе помочь.

— Честно?

Он сжал ее ладонь в своей и так пристально посмотрел на нее, что она испугалась.

— Мы могли бы помочь друг другу, — с нажимом произнес он.

Уголки его губ поползли вверх — знакомая залихватская улыбка бретера, — но глаза оставались серьезными. Их пальцы переплелись. Она чувствовала сухое тепло его ладони. Джек, подумала она. Джек?..

Фрея высвободила руку и взяла стакан с граппой. Внутри поднималось и росло что-то такое, чему невозможно противостоять, было так, словно она вновь оказалась на «Циклоне» в тот момент, когда кабина замирает наверху, прежде чем ринуться в пропасть. Она поднесла стакан к губам, осушила его и со стуком опустила на стол. Глаза ее блеснули и встретились с глазами Джека.

— Поедешь со мной!

Глава 22

— Милая кровать.

Джек подпрыгнул, покачавшись на огромной, снабженной балдахином кровати, подняв облако пыли. Джек протер глаза. Он бы не удивился, если бы обнаружил здесь целое семейство мышей, мышей, которые жили в этом доме из поколения в поколение, со времен легендарной королевы Елизаветы I. Сэр Мышь и леди Мышь и их маленькие аристократические отпрыски. Он представил себе их фамильный герб — крыса на задних лапах на ломте сыра и изречение на латыни: «Здесь не место кошкам». Джек откинулся на спину и громко рассмеялся. Розовое пойло, которым отец Фреи угостил его, ударило в голову.

— Рада, что тебе понравилось. — Фрея принялась вытряхивать вещи из чемодана. — Ты сможешь наслаждаться ее великолепием отсюда, с шезлонга.

Джек приподнялся на локте и, прищурившись, посмотрел на угловатое чудище, нечто среднее между тюремной койкой и древним креслом дантиста.

— Эй, брось. Я слишком высокий. Хочешь явиться на свадьбу с горбуном из Нотр-Дам?

— Перестань рычать. Ты в Европе. Следи за произношением. И перестань корчить рожи.

— Oui, madame. Но спать на этой штуковине я не буду.

— Кому-то все равно придется на ней спать. Мы только изображаем из себя пару.

— Уже легче. Не знаю, как долго я смогу это терпеть. Ха! Промахнулась.

Джек перегнулся через край кровати, чтобы поднять туфлю, которой в него запустила Фрея. (Она привезла с собой восемь пар — восемь! — об этом он узнал, когда, вызвавшись донести ее чемодан до аэропорта, чуть не оторвал себе руку.) Он повертел туфлю в руках, с сомнением глядя на высоченный тоненький каблук и узенькие ремешки, которые, как предполагается, должны каким-то образом выдерживать всю нагрузку, приходящуюся на ступню. Он швырнул туфельку обратно.