Проститутка Дева
Шрифт:
Я же, со своей стороны, въехал, что совсем без погонял – хреново. Когда сменили мне на Серого Волка, я согласился. Что мне, реальными бабками рисковать из-за клички? На зоне вообще – номера, а что поделаешь?
Выдержки из дневника участницы риэлити-шоу "Последняя девственница Красной Шапочки Вау! Обожаю заниматься нейл-дизайном! Это такой продвинутый макияж: разукрашивание ногтей или приклеивание к ним биндисов (такие специальные штучки – уже готовые узоры, ленточки, шарики). У меня это классно получается. Ногти у меня длинные, идеальной формы, любая
Сегодня первый день съемки, который пойдет в эфир, надо выглядеть поэффектнее. Я зашла в гостиную – все уже собрались – мне сразу бросилось в глаза, что Карабас с книжкой сидит в кресле. Вау! Дурак, что ли? Чего, всем хочет показать, что он очень умный? А Русалочка? У нее такой вид был, типа, она вообще не при делах.
Устроилась на диванчике и смотрит на всех, как будто она в зоопарке, а вся компашка – обезьянки. Вот, блин, видимо не въехала еще, что все мы тут обезьянки!
Я подула на ногти, чтоб лак быстрей высох и паутинка серебристая к нему побыстрее пристала, а этот придурочный Бармалей подбежал ко мне и схватил за руку! Темперамент, типа, всем свой демонстрирует.
– Ты что!? – закричала я. – Сдурел? У меня же ещё лак не просох! Я целый час сегодня макияжем занималась. Осторожней нужно быть с девушкой!
– Ага-ага! Вот мы как раз про нее! Про эту самую осторожность. И очень интересуемся твоим драгоценным мнением.
Ну, понятно, установку вчера всем дал главреж, вот разговоры и ведутся ясно о чем. О девственности и прочем. Что ж, можно поучаствовать. Я выбрала место повыгоднее, где, по моим расчетам, я точно вся в кадр попаду. У Бармалея беседу развивать получалось как-то по-протокольному, не врубался он, что перед камерами надо больше естественности проявлять. Но это его проблемы и режиссера. Вот когда я свое риэлити-шоу буду устраивать, то точно таких, как Бармалей, не возьму.
Я на его вопрос мило улыбнулась и ответила уже заготовленной специальной фразой.
Фразой обтекаемой и универсальной в моем положении:
– Просто так сложилось. Судьба у меня такая. Не было подходящей ситуации и нормального парня. Вот и все.
Что я буду при всех всю правду о себе выкладывать? А так не подкопаешься. Я сделала задумчивый вид и добавила:
– Но к сексу я нормально отношусь, был бы партнер достойный.
– Достойный? А что, по-твоему, значит достойный? – подал голос Карабас-Барабас, оторвавшись от своей книжки, философии или фиг знает, что он там читал.
– Мы, – мудро уклонилась я от ответа, – настоящие женщины, привыкли полагаться на интуицию. Вот который мне понравится тот и будет достойным.
– А я тебе нравлюсь? – спросил Серый Волк. Тупо и нагло. Надо ж быть таким тормозом!
– Нравишься, нравишься, Серый. Только даже и не мечтай ко мне в постель нырнуть!
Не моего ты уровня человек.
– Вот она! Женская логика! – усмехнулся Карабас. – Только что, вроде как, ты, Шапо, сказала, что если бы попался достойный, ты с ним лишилась бы девственности.
Так?
– Так.
– Я тебя спросил, что ты подразумеваешь под достойным,
– Ну?
– Вот тебе и "ну". Волк нравится, а в постель с ним не пойдешь. Как это все понимать?
Карабас явно надо мной подсмеивался. Я от него только отмахнулась. Разводить философию – это мне не по кайфу! Хотя я понимаю, что надо что-то говорить все время. Мы ж перед камерами как никак. Белоснежка – та вообще, по-дурацки хлопала глазами и с опаской поглядывала на черные зрачки, уставившихся на нее камер. Вот точно ей промывку мозгов устроят! Говорил же режиссер, чтоб не вперивались в камеры. Говорил, чтобы нормально, как обычно себя вели. Ну чего поделаешь, если некоторые не догоняют. Я вообще-то думаю, что это со временем пройдет. День-два и все. Не помню, кто-то сказал, что человек ко всему привыкает. По себе знаю – это точно…
Я продолжила разговор, вообще получалось, что я за всех отдуваюсь:
– Что за фигня!? Да все ты понял, Карабас! Не хотелось бы мне иметь Серого как партнера. Сексуального, типа, партнера. А как соучастник по шоу – нормально. С ним хоть все понятно и он путаных вопросов не задает, как ты.
– Значит, чё? Чё, Шапка, пошли в койку? – спросил Серый Волк с таким идиотским видом, что все засмеялись, даже эта дурочка Белоснежка:
– Тебе ж, Волк, сказано, что не интересен ты Шапо как сексуальный партнер!
– Ну, тогда с тобой пошли!
– Уймись Волчара! – сквозь смех сказала я. – Вы давайте, на чем остановились, продолжайте. Раз уж начали. У нас тут тема девственности, самая продвинутая!
Но Серый Волк все грузил своей тупостью:
– Да ладно мне мозги пачкать! Ясно, что ты на лимон губищу раскатала, вот и вся причина! Были бы мы не в студии, без камер ты бы быстро ко мне в койку запрыгнула!
Что за придурок! Я разозлилась, но сдержалась и коротко ответила:
– Будь уверен, не запрыгнула бы!
Мне вообще эти деньги фиолетово! Мне главное, чтобы меня заметили нужные люди!
Заметили и оценили! Чтобы мои книги издали, чтобы дали возможность затусоваться в нужных местах. А с миллионом этим… Любому нормальному человеку ясно: мимо мы все пролетим. Круто будет, если хоть что-то от этого миллиона урвем. Надо реально мыслить.
Белоснежка заговорила, типа, на нее снизошло откровение или что там нисходит сверху? Явно на камеру работала, репетировала наверное, свою речь, в туалете, где никто не заметит:
– Для нас, девушек, лишение девственности – это и правда серьезный шаг! И правда, здесь без осторожности нельзя! А как же? Первого раза больше не будет, девственная плева рвется во время первого же раза и все! Так что вопрос о первом разе очень важен! А уж последующие – это не то! Совсем не то! И правда, первый раз должен быть только с тем, уж если не по любви, то с человеком, который тебе очень-очень нравится!
Ва-ау! Вообще, я заметила, что сначала все так себя немного неестественно ведут с непривычки, к камерам привыкают, друг к другу. Только я нормально себя вела.