Простите, ректор! Так получилось...
Шрифт:
Вспомнился поцелуй, вдохнувший в меня жизнь и магию. Губы снова опалило горячей волной.
— Ты меня вернул, — слабо улыбнулась я, завороженно глядя, как наклоняется ко мне Оливер.
«Поцелуй медведя под фартук!», — вдруг разрезал ночной воздух ехидный голос моего хомяка. А ведь я уже на полном серьезе думала, что этого мохнатого крысеныша нет в моей жизни.
Сам Берт висел над головой Оливера и воинственно грозил некроманту кулаком.
«Я ее тут от неминуемой смерти спасаю, а она обжимается со всякими некрофил… с неизвестно
— Милли? — Оливер заметил мое замешательство.
— Прости, — пролепетала я, — мне нужно идти!
Ну не рассказывать же ему о моем недофамильяре! Я скинула плащ и собралась уходить, но Оливер решительно накинул его мне на плечи и удержал.
— Ты простудишься, — сказал он, — я провожу тебя!
Раньше я бы обрадовалась, но сейчас готова была расплакаться от отчаяния. Ну почему именно сейчас? Я сердито посмотрела на парящего в воздухе хомяка.
«Ко мне вопросов быть не надо!», — махнул на меня лапкой этот зараза.
Оливер обернулся, пытаясь перехватить мой взгляд. Никого не увидел и снова с интересом посмотрел на меня.
— Мне нужно отдохнуть, — призналась я, изо всех сил стараясь не смотреть на ворчавшего фамильяра.
Мы пошли по дорожке к общежитию. Оливер зажег светлячок, который послушно освещал нам путь. Некромант продолжал обнимать меня за плечи, придерживая, чтобы не упала и, согревая при этом. Берт немного обогнал нас и всю дорогу строил рожи — то быстро моргая глазами, то смешно шевелил темным носом, прикладывая к морде лапы, отправляя воздушные поцелуи моему провожатому.
У дверей в мою комнату мы остановились.
— Спасибо тебе, — я снова потянула плащ, скидывая его с себя. Протянула его Оливеру.
— Милли, — будто не слушая меня, проговорил некромант, видно было, что он о чем-то напряженно думает и нервничает. Такой взгляд у него был в тот вечер, когда он мне сказал, что между нами все кончено, — я смогу тебя увидеть завтра?
И только я начала расплываться в улыбке, как снова зазвучал голос Берта:
«Мужчина! Я уже вся под вами! Таки сделайте, шоб я приятно вспоминала этот маршрут!».
Я ненавижу этого хомяка!
— Я… я не знаю, у меня завтра дела, — надо срочно избавляться от фамильяра!
Оливер нахмурился.
Не дав опомниться ни себе, ни ему, встала на цыпочки, быстро коснулась губами его щеки и прошептала:
— Спасибо, что спас меня!
А потом позорно сбежала в комнату, надежно отгородившись от него дверью.
А за дверью меня ждала взбешенная Кира.
— Ты хоть представляешь, сколько сейчас времени? — боевичка сложила руки на груди и вперила в меня суровый взгляд.
— Привет, — как можно беззаботнее постаралась улыбнуться я, — ты чего не спишь?
Подруга качнулась с пятки на носок, поджала губы.
— Тебя сутки не было! — произнесла она с таким видом, будто я совершила преступление. — Ты понимаешь, что я собрала поисковой отряд, что мы с ребятами всю ночь прочесывали окрестности
Признаться, я даже струсила слегка. Кира сверкала глазами и угрожающе надвигалась на меня.
— А ты даже не удосужилась сказать мне, где шлялась! — соседка все больше распалялась.
Слезы обожгли глаза, я часто-часто заморгала, чтобы сдержать эмоции. Поддавшись порыву, быстро сократила между нами расстояние и крепко обняла подругу. Не ожидавшая такого, боевичка замолчала на полуслове и замерла.
— Эй, — ошарашенно проговорила она, — ты чего?
Я только качнула головой, продолжая упираться носом в пышную грудь своей соседки. Слез я так и не сдержала, поэтому стояла и всхлипывала, пряча их от строгой Киры.
— Милли, — совсем растерялась она, — что случилось? Тебя кто-то обидел? Где ты пропадала.
— У лекаря, — шмыгнула носом я.
Кира решительно взяла меня за плечи, отстранила от себя и заглянула в глаза.
— Рассказывай! — велела она.
После чего усадила за стол, налила успокоительного отвара и внимательно выслушала. Пока я говорила, моя деятельная соседка отправила своей группе огненный вестник, отменив операцию по моему спасению. Я рассказала все. Почти. Пришлось опустить детали. А конкретно сам факт существования в моей жизни одного мерзкого фамильяра, который тоже слушал мое повествование с самым невинным выражением на мохнатой морде. Иногда даже кивал, подтверждая мои слова, а временами возмущенно сопел. Умолчала я и о поцелуе, да и о том, что кто-то поделился со мной силой тоже. Ну во-первых, я не была уверена, что это не часть моего горячечного бреда, во-вторых… ну не нужна ей эта информация.
Чем больше я говорила, тем сильнее хмурилась моя соседка. К концу рассказа она совсем помрачнела.
— Так, говоришь, встретила своего бывшего? — спросила Кира, едва я только замолчала.
— Он ждал меня недалеко от лекарни, — согласно кивнула я, невольно поежившись, вспомнив пронизывающий ледяной ветер.
— Вот же троллий потрох! — зло выплюнула боевичка.
От такого высказывания даже Берт взбодрился. Хомяк встрепенулся и приблизился к Кире.
«А она мне нравится! — сообщили мне, — Такой характер по диагонали! Мадам, я извиняюсь прямо среди здесь, шо вы таки делаете в этот вэчер?».
— Кто? — ошалело спросила я подругу.
Она одарила меня убийственным взглядом.
— Твой ненаглядный Оливер! — припечатала Кира.
«Вот! — фамильяр посмотрел на меня и вскинул лапки, — Я тебе тоже всю ночь рассказую, шо твой Ливер ваще не то пальто!»
Спелись!
Я переводила взгляд с Киры на Берта и только хлопала глазами.
— Но почему? — спросила их обоих.
В ответ хомяк лишь фыркнул, а соседка зло прошипела:
— Да потому что этот некромантишка знал, где ты и ничего мне не сказал! Я первым делом пошла к нему, как только поняла, что ты пропала. Он развел свои белые рученьки и сказал, что понятия не имеет, где тебя искать.