Прости
Шрифт:
— Наташа о чем-то, как всегда, задумалась, — сказал Сергей.
— Мне грустно оттого, что вы уезжаете.
— Да, завтра утром нам нужно быть в аэропорту.
— А я через два дня уезжаю домой к маме, — сообщила Наташа.
Поезд подходил к Саратовскому вокзалу. Впервые за последние два месяца Наташе было радостно. Скоро она увидит маму, прижмется к ней, и тогда все несчастья и тревоги исчезнут, развеянные маминой добротой, как исчезали они в детстве. Наташа специально не сообщила маме, что приезжает. Пусть это будет для нее приятным сюрпризом. Она представила,
Девушка ехала по милому ее сердцу городу. Здесь она родилась и прожила восемнадцать лет, пока не отправилась учиться в Москву. Она привыкала к необъятным пространствам Москвы, и всякий раз, когда приезжала в родной город, ей казалось, что он стал еще меньше. Узкие улицы, низкие дома, тесные дворы. Вот под этой ивой она играла с подружками в куклы, а с этого каштана соседский мальчик рвал для нее колючие зеленые плоды. Вот ее подъезд. Запахи, знакомые с детства. Наташа вспомнила, как пахнет у них в квартире: масляными и гуашевыми красками. Ее мама работала художником-оформителем и часто брала работу домой, чтобы заработать чуть больше денег.
Наташа не стала звонить — она открыла дверь своим ключом. Уже в коридоре она почувствовала, как сильно пахнет в квартире лекарством. С тревогой Наташа вошла в комнату. Мама лежала на кровати. Она так изменилась, что ее трудно было узнать. Наташа приезжала домой в феврале, на зимние каникулы. Что же случилось?
— Наташенька, — мать с трудом протянула ей руку, пытаясь улыбнуться.
Наташа села на край кровати.
— Что с тобой, мамочка, дорогая?! — спросила она, едва сдерживая слезы.
— Да вот, заболела. Вместо того, чтобы встретить тебя как следует, лежу, — мама с усилием выговаривала слова.
— Почему ты не сообщила мне, что больна?
— Не хотелось тебя беспокоить. К тому же я только на прошлой неделе слегла, а так-то работала.
Наташа схватилась за голову. Вероятно, мама уже давно была больна, но работала, превозмогая слабость, чтобы она могла учиться и жить в Москве.
— Мамочка, а ты ходила к врачу? — спросила она.
— Да нет, все было некогда, а теперь и сил-то нет. Но ты не беспокойся. Я скоро поправлюсь, — пообещала мама. — Хорошо-то как, что ты приехала, доченька.
Наташа осмотрела комнату. Мама поддерживала в ней порядок, пока не слегла. Все было прибрано. Лишь на столе лежал недорисованный плакат, который мама уже не могла доделать. Девушка побежала к соседке вызвать «скорую помощь». Приехавший врач осмотрел больную и коротко сказал: «Собирайте ее в больницу». Все произошло так быстро, что Наташа даже не успела переодеться, и теперь возле носилок в машине
— Родная моя, я приехала. Теперь все будет хорошо. Ты поправишься, — повторяла она, стараясь не плакать.
— Как я подвела тебя, — говорила мама. — Ты думала отдохнуть после учебы, а вот какой подарок-то я тебе преподнесла.
— Молчите, вам вредно разговаривать, — сказал врач.
Машина подъехала к больнице. Два подошедших санитара отнесли маму на носилках в приемный покой.
— Нужна срочная операция, — сказал Наташе один из появившихся врачей. — Иначе она не проживет и несколько дней. Правда, я не могу гарантировать, что она перенесет операцию. Слишком ослаблен организм.
Девушка собрала все силы, чтобы не упасть — у нее опять закружилась голова.
— Пойдемте, сделаю вам успокоительный укол, — сердито сказал врач. — Сначала доводят родителей до такого состояния, а потом впадают в истерику.
Врач был высокий и полный, он возвышался над всеми, как белый медведь. И был такой же сердитый.
— Почему вы так поздно обратились к нам? Болезнь настолько запущена, — продолжал громыхать он. — Судя по всему, она больна очень давно.
— Я ничего не знала, я только сегодня приехала, — прошептала Наташа.
Маму положили в палату кардиологического отделения. Наташа сидела на стуле около ее кровати. Как непривычно видеть маму в такой обстановке. Сколько помнила Наташа, она никогда ничем не болела. А может быть, делала вид, чтобы не расстраивать свою дочь.
Больная сразу уснула, настолько слаба она была, а дочь осторожно гладила ее поседевшие волосы. Врач сказал, что мама может умереть. Этого не может быть. Он ошибается. Случиться может что угодно: землетрясение, наводнение, война, наконец, но мама всегда должна быть рядом, и тогда все можно перенести, тогда ничего не страшно. Разве возможно такое, что ее не будет?
Наташа последние четыре года жила в Москве, вдали от нее, но она часто приезжала, да и сознание того, что у нее есть родной человек, согревало ее в тяжелые минуты. А что, если врач прав, и мама уйдет навсегда? Ничего нет постоянного в этом мире. Те, в ком наиболее сильно нуждаешься, отчего-то всегда исчезают. Даже любимый человек ушел от нее. Нет, мама не уйдет, она всегда будет с ней.
Больная во сне слабо застонала. Девушка вскочила и побежала за медсестрой.
— Сейчас сделаю укол, — успокоила ее медсестра. — Думаю, ей сразу станет легче.
Мама открыла глаза.
— Наташенька, уже поздно, поезжай домой. Тебе нужно поспать, ты ведь только сегодня с поезда, устала, наверное.
У Наташи перехватило дыхание. Нет, это невозможно. Даже в таком тяжелом состоянии мама продолжает заботиться о ней.
— Врач разрешил мне остаться с тобой до утра, — сказала она, через силу улыбаясь. — А утром тебе, наверное, сделают операцию, и ты поправишься через несколько дней. Тебя выпишут домой, мамочка, и мы с тобой обо всем поговорим. Мне нужно тебе так много рассказать.