Прости

Кумихо

— Хорошо, — понял он меня без лишних слов и затормозил с колкими словами.

Медсестра оторвалась от работы и посмотрела без особо энтузиазма на нас с блондином.

— Что? Так и будете молчать или скажете, что у вас случилось? — спросила она нас строго.

Крис едва не вспыхнул огнем.

— Кажется, я сломала ногу, — выдохнула я, терпя боль. Она немного затихала. Если не трогать — не болит. Значит, не кантуем левую проблемную.

— Как это? — подошла к раковине и вымыла руки девушка, собираясь меня осмотреть. Крис

уже кипел, а из ушей валил пар. Он едва сдерживался, чтобы хорошенько не встряхнуть ее.

— Как-как, вот так! С лестницы навернулась.

— Зачем? — простодушно спросила его медсестра. Ой, зря же! Я прищурилась.

— Летать училась! — процедил сквозь зубы Крис.

Медсестра была явно меланхоличной особой и не обратила на подкол внимания.

Она пощупала мою уже опухшую голень и покачала головой.

— Я мог дать лишь обезболивающее, если у тебя нет на него аллергии. А так… Нужно в больницу, нога уже начала опухать. — вынесла вердикт моей ноге медсестра.

— Черт, даже герань в коридоре дает больше пользы, чем вы! Она хоть кислород вырабатывает.

Медсестра чихнула. Прямо взяла и громко чихнула.

Я не выдержала. Рассмеялась. На время, боль ушла.

— Ты смеешься, золотце? — присел передо мной Крис. — Ради этого я ее оставлю тут.

— Ты не директор. Ни тебе это решать! — необдуманно коснулась его щеки я пальцами. Крис тут же наклонил голову к ним, наслаждаясь.

Надо бы оторваться. Но я не могу. Честнее, не хочу.

Мне дали обезболивающее и стакан с водой. Я быстро проглотила пилюлю.

В это время в кабинет залетел запыхавшийся Трей. В руках он держал как флаг свой мобильный.

— Что? — поднялся неохотно Крис.

— Доктор ждет вас. Такси я тоже вызвал к школе.

— Отлично, — улыбнулся блондин.

Не спрашивая меня, он осторожно просунул под мою попу руку, а другую зафиксировал на спине. Я вновь оказалась в воздухе и на руках у блондина.

— Полетели?! — спросили у меня. Я не успела ответить, как уже «летела» к выходу из школы.

— Моя сумка! — я едва не слетела с рук Криса, вывернувшись.

— Вот же, — строго посмотрел он на меня. Я присмирела. Скрючилась и уютно устроилась, прижавшись к теплой сильной груди Криса. — Егоза! — смягчился он, глядя на меня. Видимо, выглядела я как побитый градом щенок. — Трей, где ее сумка?

— У Эми.

— Принесешь?

— Конечно. Ждите. Я принесу к машине. — Трей убежал.

Меня усадили на заднее сидение машины, протолкнув до другой двери, чтобы дать положить ногу на сидение. Крис остался снаружи ждать Трея. Он прибежал чрез пару минут. В руках его болталась моя школьная сумка.

— Вот, — отдал он ее мне.

— Там все? — спросил Крис вместо меня у парня.

— Вроде бы… Не знаю. Эми сказала, что собрала все, что валялось на полу. Со, проверь!

Я покопалась внутри: все было на местах.

— Все нормально. Может уже поедем?! — простонала я Крису.

Тот,

пожав руку Трею, закрыл мою дверь, стараясь не задевать лишний раз ногу, и уселся на переднее пассажирское место.

Отъезжая, я видела как Трей махал нам рукой.

Глава 7

Пока мы ехали до больницы, адреса которой я не знала, решила позвонить маме. Уже набирая номер, я тут же сбросила его, зажав трубку в руках, жуя губу.

— Что-то не так? Боль слишком сильная? — увидел мое выражение лица Крис в зеркало заднего вида. Парень сразу же обернулся и внимательно оглядел меня.

— Нет. Просто, хотела позвонить домой.

— Почему же раздумала?

— Не хочу зря пугать маму. Может, все еще обойдется, — с надеждой ответила я Крису.

— Конечно, золотце. Все будет хорошо.

В кабинете врача, что был в частной платной клинике, я сидела с рентгеном на руках. Приговор. Словно, поведут на расстрел. Желудок в панике то сжимался, то разжимался, вызывая рвотные позывы.

У меня были три трещины в берцовой кости. Сразу три! Много.

И сейчас я ждала экзекуции — врач с медсестрой готовил все необходимое, чтобы заковать мою левую ножку в гипс.

Крис рвался со мной на прием, но его мягко, но настойчиво, попросили подождать снаружи. Он едва не подпрыгивал от нетерпения, выходя из кабинета, когда он занес меня туда.

— Ну что, готовы? — с излишней радостью, хлопнув в ладоши, спросил меня травматолог. Руки его были в остатках чего-то белого. Глина. Гипс. Мне снова плохо.

— Вы шутите?! Готова ли я?! Нет! — скривилась я от всего этого.

— Ничего, все заживет. Все будет лучше прежнего! — улыбался доктор во все свои тридцать два белоснежных зуба. Видимо, лечил их тут же.

Через минут двадцать я, держась за стенку, выпрыгнула из кабинета. Доктор, хорошо, помог ее открыть. Иначе бы, я рухнула.

Крис сидел тут же, прямо у двери. Он вскочил и подлетел ко мне, пытаясь поднять меня.

— Эй, аккуратнее! — остановила я его. — Я стала на пару кило тяжелее, а когда засохнет — вообще, улет! — простонала я. Как теперь мне объяснять все это богатство, что было у меня «валенком» на ноге?

Вот это сюрприз будет для моей родительницы: ушла в школу — вернулась из больницы и с гипсом на ноге!

— Ты для меня как пушинка, — отрезал безапелляционно Крис и подхватил на руки. — Доктор, вы не могли бы…

— Все документы и история болезни будет на ваших руках, мистер Вилсон, завтра, — заверил его добрый дядечка-экзекутор.

— Спасибо, — Крис был краток.

В машине меня трясло: я не могла придумать как не испугать маму. Глядя на гипсовую тумбу на моей ноге все идеи казались бредовыми и детскими.

— Ты начала грызть ногти, — усмехнулся Крис, повернувшись ко мне.

Действительно, мои пальцы были у моего рта. Быстро сунула их в карманы куртки.