Прости меня
Шрифт:
Перед глазами снова встал образ любимой. Ее новый образ, который меня шокировал. Уже больше недели я изредка позволяю себе роскошь посмотреть на нее хотя бы издали. Майкл, мой лучший друг, узнав о моей трагедии, долго молчал. Потом выдал вполне ожидаемый упрек, что мол он предупреждал меня. А позже сказал, что я должен ее либо отпустить, либо бороться за нее.
Отпустить Лану было выше моих сил, но и как за нее бороться я не знал. Ведь девушка не то что говорить со мной, она даже видеть меня не хочет. Для нее я словно умер и это причиняло мучительную боль.
Когда
Но когда рядом с Ланой появился этот гребанный шатен, кошмар, которым казалась жизнь, и вовсе эволюционировал в ад. О парне мне удалось лишь выяснить, что зовут его Шон Бредли, студент, который перевелся сюда совсем недавно. Безбашный раздолбай, любящий развлечения, во всех ипостасях, не пропускающий ни одной юбки. И моя милая девочка связалась с таким ублюдком!
Все попытки узнать больше о ситуации от Джули, не приносили результатов. Сестра стоически молчала. В конечном итоге, я понял, помощи от нее ждать не стоит. И вот совсем недавно я лицезрел просто ошеломляющее перевоплощение Ланы. Для меня она всегда была самой красивой и самой любимой. Но сейчас девушка стала напоминать фотомодель, секс-бомбу, глядя на которую все мужики исходили слюной. И мне это не нравилось. Да, она была притягательна до дрожи, красива до помешательства и сексуальна до боли, но к чему выставлять напоказ все достоинства? К чему дразнить кобелей, которые как свора шакалов сразу начали крутиться вокруг?
Кстати о кобелях, этот мудак, постоянно крутящийся вокруг Ланы не давал мне покоя. Что у них происходит? Кто он для нее?
Ревность. Это невообразимое, жгучее и разрушительное чувство сводило с ума. Я начинал задыхаться при мысли, что возлюбленная принадлежит другому. Стоило только закрыть глаза, как голову наполняли болезненные образы, где этот урод целует ее губы, ласкает тело, занимается с ней любовью…
От таких мыслей и фантазий, кулаки начинали чесаться. Хотелось найти этого Шона и просто уничтожить его, избить до полусмерти, чтобы даже в своих похотливых мыслишках не смел приближаться к Лане. И каждый раз, когда я уже был готов и привести в исполнение свои желания, с тоской понимал, я просто не имею на это права. Для Ланы я теперь чужой.
Понимая, что больше не могу выносить эти мысли, я подорвался с места и рванул к сестре. Пусть она меня не хочет видеть, пусть ненавидит и проклинает, но я так больше не могу. Нет никаких сил смотреть, как этот кобель заманивает ее в свои сети. Лана юна и неопытна и не видит того, что вижу я, а именно, этот Шон только и мечтает залезть ей под юбку. А ее неприступность лишь подогревает его азарт.
Но по приезду к сестре, меня ждало разочарование. Ланы у нее не было, и как я понял, они серьезно повздорили. Возможно именно злость сестры сыграла мне
Через двадцать минут я уже был на месте. Обычный двухэтажный дом в пригороде, до отказа набитый пьяными и обдолбанными студентами. Громкая музыка, и невероятный срачь в наличии. Пробираясь сквозь ошалевшую толпу я искал Лану, и когда нашел, забыл как дышать. Захотелось сдохнуть на месте.
В тихом неприметном уголке, мою любимую девочку, нагло лапал этот козел. Язык этого Шона хозяйничал во рту девушки. Волна неконтролируемой ярости затопила сознание и не долго думая, я направился к сладкой парочке.
— Убери от нее свои лапы, ублюдок! — зарычал я, отрывая шатена от любимой.
Глава 5.
POV Алекс.
Кровь стучит в висках, дымка ярости туманит рассудок. Да как этот урод посмел касаться ее! И Лана, как она могла? От чего-то, я испытываю ощущение сродни предательству, и тут же одергиваю себя. Она считает себя свободной. Не моя, больше она не моя. Но блядь, как объяснить это сумасшедшей ревности, которая жжет изнутри?
— Алекс? — Лана смотрит на меня ошалевшими глазами, — Какого черта ты тут забыл?
Девушка определенно злится. Плевать. Гораздо больше меня сейчас волнуют ее сильно расширенные зрачки. Неужели…
— Ты что-то приняла? — требовательно спрашиваю я.
— Катись к дьяволу! — огрызается Лана, — Ты не имеешь никакого права спрашивать меня о чем-либо, и вообще лезть в мою жизнь! Убирайся!
Все это время, этот мудак Шон, стоит скрестив руки на груди, и с небывалым самодовольством давит лыбу. Весь его вид, как бы говорит: ты в пролете, чувак. Бесит! Хочется удавить, уничтожить. Не сомневаюсь, не совсем вменяемое состояние Ланы — его заслуга.
— Черт, Лана, — выдыхаю я, призывая спокойствие, криками я точно ничего не добьюсь, — Ты злишься на меня, и это я понимаю. Но не нужно в пику мне гробить свою жизнь. Зачем ты вообще связалась с этим мудаком?
— Еще одно такое слово, — встревает Шон, — и я тебе рожу разобью. Шел бы ты. Не видишь, тебе не рады.
— Захлопнись, — отвечаю я, меряя его уничтожающим взглядом.
Вся ситуация, похожа на хренову мелодраму. И по сценарию, я тут лишний, только вот не могу просто взять и уйти. Оставить любимую на растерзание этому самцу. Как она может не замечать очевидного? Или это такая месть мне?
— В отличии от тебя, — шипит девушка, — Шон со мной честен. Он не причиняет мне боли, а напротив помогает вылезти из ямы в которую меня скинул ты. Ненавижу, я ненавижу тебя, Алекс. Оставь меня в покое.
Её злые слова ранят в самое сердце. Говорят, от любви до ненависти, всего один шаг, и похоже Лана его сделала. Я знаю, что сам виноват, но это просто невыносимо. Эмоции душат, мешая связно думать. Хочется схватиться за голову и бежать. Только от себя не убежишь. Мне предстоит прожить жизнь с этой болью и осознанием, что сам разрушил свое счастье.