Прошло семь лет
Шрифт:
— А туда ты звонил?
— Само собой. Мне даже удалось установить автора этого видео, но, если хочешь узнать имя перца, ты должна со мной пообедать.
— С каких пор ты занялся шантажом? — возмутилась Констанс.
— Сию секунду, — засмеялся он. — Но когда чего-то очень хочешь, все средства хороши, разве нет?
— В таком случае иди-ка ты! Я сама все разузнаю!
— Как пожелаешь, моя красавица!
Констанс готова была нажать на клавишу, но тут Себастьян схватил ее за плечо и попросил едва
— О'кей, Франк, — вздохнула она. — Я согласна с тобой пообедать.
— Обещаешь?
— Зуб даю.
Довольный Марешаль сообщил все, что сумел разузнать.
— Директриса консерватории сообщила, что сейчас они принимают группу американских школьников в рамках школьного обмена. Учеников одной нью-йоркской школы, с которой они побратимы.
— Так это видео снял американский школьник?
— Да. Короткометражка снята в рамках проекта «В память Альфреда Хичкока» и называется «39 секунд», аллюзия на «39 ступенек».
— Спасибо, господин учитель, с классикой я знакома. Как зовут этого школьника?
— Саймон Тернер. Ребят разместили в интернациональном университетском городке, так что, если хочешь с ним поговорить, поторопись, вечером он улетает в Штаты.
Услышав имя и фамилию мальчика, Никки закусила губу, чтобы не закричать.
Констанс нажала на клавишу и повернулась к ней.
— Вы его знаете?
— Конечно! Саймон Тернер лучший друг Джереми.
Подперев кулаком щеку, Констанс погрузилась в размышления. Спустя несколько секунд подвела итог:
— Полагаю, вам надо смириться с очевидностью. Ваш сын симулировал похищение.
51
— Глупости! — возмутился Себастьян.
Констанс повернула голову и посмотрела на американца.
— Рассудите сами. Кому легче всего получить доступ к вашему сейфу и вашей кредитной карте? Кому лучше всех известен размер вашего костюма?
Скрипичных дел мастер понурился, не в силах отрицать очевидное. А Констанс продолжала держать американцев под огнем вопросов, переводя взгляд с одного на другого:
— Кто мог знать о вашем первом романтическом путешествии в Париж? Кто мог быть настолько уверен в вашем упорстве и целеустремленности, чтобы не сомневаться: вы без колебаний сядете на самолет и полетите во Францию и сумеете разгадать загадку моста Искусств и тайну замка?
Лицо Никки разгладилось.
— Конечно, Камилла и Джереми… — согласилась она. — Но зачем им это понадобилось?
Констанс отвернулась и стала смотреть в окно. Она смотрела куда-то вдаль, и голос у нее стал куда менее твердым.
— Мои родители развелись, когда мне было четырнадцать, — вздохнула она. — Наверно, это было самое тяжелое время в моей жизни,
Отметая это предположение, Себастьян грубо оборвал ее:
— Бред сумасшедшего! Вы что, забыли о кокаине?! О разгромленной квартире? Убийстве Дрейка Декера? Не говоря уже о полусумасшедшем великане, который пытался нас убить?
— Согласна, моя гипотеза не объясняет всего, что с вами произошло.
52
— Входите же, лейтенант, — пригласила Карен Уайт, поднимая глаза от папки.
Войдя в кабинет полицейского антрополога, Сантос прикрыл за собой дверь. Молодая женщина встала из-за стола и включила кофеварку, стоящую на этажерке.
— Эспрессо?
— Почему бы и нет, — отозвался он, разглядывая развешанные по стенам снимки всевозможных ужасов.
Изуродованные, изрезанные лица, расчлененные тела, рты, искаженные воплем…
Сантос отвернулся от леденящих душу кошмаров и стал смотреть на молодую женщину, которая варила для него кофе. Узкая юбка, круглые очочки, узел волос на макушке — Карен Уайт больше всего была похожа на училку былых времен. Прозвали ее мисс Скелетик. Своими невероятными способностями она поражала всех коллег. Сутью ее работы была идентификация останков — костей, зубов, обожженных лоскутов кожи, обрубков рук и ног, найденных на месте преступления. Задача непростая: убийцы, осведомленные о прогрессе в области научной криминалистики, все с большей изощренностью калечили свои жертвы.
Взглянув на часы, Карен предупредила:
— Через десять минут у меня вскрытие.
— Тогда к делу, — кивнул коп, усаживаясь возле стола.
Карен Уайт погасила свет. Уже рассвело, но день был облачный, серый, и в комнате сразу стало темно. Антрополог нажала на клавишу, и плоский экран на стене засветился. Карен продолжала нажимать клавиши, и на экране поплыли снимки, сделанные при вскрытии великана маори, убитого Себастьяном Лараби осколком зеркала в баре Дрейка Декера.
Медно-красная груда мяса, лежащая на цинковом столе в белом свете ярких ламп, выглядела отталкивающе, но Сантос видал и не такое. Он прищурился, всматриваясь в труп, и удивился количеству татуировок, покрывавших тело жертвы. Не только лицо, но и все тело было покрыто рисунками: спирали на ляжках, картинки на спине, лучи и арабески на животе и груди.
Карен, показывая фотографии, попутно давала объяснения:
— По типу рисунков и надрезов на лице я, так же как и вы, поначалу решила, что жертва по происхождению полинезиец.