Проселочные дороги

Хмелевская Иоанна

— Тихо! — тоже задыхаясь прошипела Люцина. — С той стороны и в самом деле ближе, но с той стороны кто-то прячется! Затаился в камышах! Думаю, они! А теперь уже немного осталось, надо осторожненько подкрасться.

Густые заросли тростника подходили к самой воде. Обогнув пруды, мы теперь оказались к востоку от них, водная гладь простиралась к северо-западу, и все находившееся на ее фоне отчетливо просматривалось в лучах заходящего солнца.

Думаю, очень интересно было наблюдать за четырьмя бабами разного возраста, которые на манер индейцев старались незаметно прокрасться к воде сквозь заросли высокой травы

и тростника. Люцина держала курс прямиком в озеро, и у меня зародились нехорошие подозрения, что она обнаружила в воде утопленника и во что бы то ни стало желает нам его продемонстрировать. Немного не доходя до воды, Люцина внезапно остановилась и повелительным жестом велела нам затаиться на краю зарослей. Затем указала на воду.

Я увидела перед собой небольшую дамбу, отходящую от берега под прямым утлом, а на ее конце — строение, очень напоминающее по внешнему виду и по размерам деревенский нужник. Палец Люцины указывал именно на это сооружение, естественно, мы и уставились на него во все глаза. Из небольшого окошечка нужника высовывалась длинная и тонкая палка, другой конец которой погрузился в воду. На наших глазах палка резко дернулась, на конце лески трепыхнулась крупная рыба, из окошечка высунулась рука и, подхватив рыбу, скрылась с ней внутри.

— Ну? — с торжеством спросила Люцина. — Что скажешь?

— Езус-Мария, неужели отец? — не веря глазам произнесла я.

— А кто же еще? Похищен преступниками и посажен под замок. Я знаю — это он, удалось подсмотреть в щель. Что делать — не знаю, потому как они сидят в кустах напротив.

Час от часу не легче! Голова пошла кругом от обилия впечатлений. Что предпринять? Топография местности была для нас весьма неблагоприятна. Между нами и нужником, в котором был заточен отец, простирался кусок не заросшего тростником луга шириной в несколько метров, ни кустика на нем, ни деревца. По другую сторону пруда, наоборот, виднелись сплошные заросли, в них-то, по словам Люцины, и притаился враг.

— А ты откуда знаешь, что они там? — спросила я ее.

— Видела, — шепнула в ответ Люцина. — Когда я отсюда собралась бежать за вами, заметила, что там что-то шевелится. Поглядела — похоже, человек.

— Ты знала, что здесь бандиты, и ушла, оставив Янека одного? — возмутилась Тереса. — Не помогла ему?

— А что я могла одна сделать? Сразу за вами бросилась...

— А мы что сделаем? — простонала тетя Ядя. — Ведь они же сразу нас заметят! Как его спасти? Как пробраться к нему незаметно? Такой кусок голого луга!

Тереса была явно в воинственном настроении:

— Незаметно не получится — и не надо! В конце концов, что они нам сделают? Думаешь, стрелять начнут?

— На сарае висит замок, — информировала Люцина. — Ключа у нас нет. С замком придется повозиться. Они могут нам помешать.

— Так что же делать?

Из окошечка нужника опять высунулась удочка, поплавок опустился в воду. Враг по ту сторону пруда оставался невидимым и неслышимым. Ужасная перспектива до конца дней своих оставаться в засаде, вздрагивая от плеска каждой выловленной отцом рыбы и от каждого шума по ту сторону пруда, подтолкнула к творческой деятельности мой отупелый мозг. План операции созрел мгновенно.

— Пусть одна из вас, скрываясь в зарослях, выйдет им в тыл и отвлечет на себя их внимание! — шепотом поделилась я своими

соображениями с тетками.

— Как привлечь их внимание? — спросила тетя Ядя.

— С шумом продираться сквозь заросли, орать песню, швырять камни. Нет, Тересе не стоит, ее сразу опять похитят, кто-нибудь другой. Лучше мы с Тересой за это время пробежим лысый участок и освободим отца.

Тетя Ядя самоотверженно заявила — она вызывает огонь на себя, в конце концов, речь идет о спасении ее родного брата. Сделает она следующее: незаметно доберется вон до той березы и оттуда даст знак, что начинает операцию по отвлечению внимания неприятеля. Какой знак? Махнет чем-нибудь, а мы обязаны ответить — видим и понимаем. И приготовиться форсировать лысый отрезок луга.

Думаю, план был хорош. Правда, лично мне не доводилось принимать участия в военных операциях, в партизанах тоже не довелось побывать, но я много читала и знаю, что подобные операции всегда строятся на факторе отвлечения внимания неприятеля. Сколько раз читала — поднимают в тылу стрельбу и прорываются с фронта. У нас не было ни оружия, ни боеприпасов, поднять стрельбу было нечем. Я подумала — может, поручить тете Яде для пущего отвлечения внимания врага поджечь что-нибудь у него в тылу, но отказалась от этой мысли. Люцина подожгла бы не раздумывая, а вот тетю Ядю вряд ли удастся подбить на что-нибудь такое.

У нужника затрепетала на удочке очередная рыба. В ожидании сигнала от тети Яди я наблюдала за рыбацкими успехами отца, как вдруг мне показалось, что его тюрьма покачнулась. Вроде бы наклонилась немного вперед, слегка покачалась и замерла. В глазах рябит, что ли? Не мигая смотрела я на подозрительную будку, а она опять вдруг качнулась.

Тереса нервно шепнула:

— Тебе не кажется, что этот нужник двигается?

— Шатается, — с беспокойством подтвердила Люцина. — Что в нем там твой отец выделывает? Отплясывает, что ли?

В этот момент будка качнулась сильнее, и я не помня себя вскочила на ноги.

— Господи, он того и гляди опрокинется в воду! Глядите, с той стороны бревна совсем подгнили, рухнут как пить дать! Плевать мне на вашу Эдиту, надо спасать отца, пока не свалился в воду!

— Движется! — вскрикнула Люцина.

— Я и говорю — будка движется! Скорей на помощь отцу, может, удержим ее как-нибудь.

— Да не будка! Вон, враг движется! В том самом месте, как я и говорила!

События вдруг стали развиваться в хорошем темпе. Будка не только сильно раскачивалась, но и стала трещать. Неприятель в зарослях тоже принялся проявлять активность — трещал и раскачивал верхушки камыша. И даже уже частично просматривался.

— Видишь его? — лихорадочно шептала мне Люцина. — Вот теперь хорошо видно! Вот же он, в черном костюме и белой рубашке!

— Падает! — не своим голосом заорала Тереса. И в самом деле, будка с отцом опасно накренилась и стала скользить к воде. Наплевав на конспирацию, не спрашивая Люцину, с чего вдруг неприятель разоделся, как на званый вечер, если предполагал сидеть в засаде в камышах, я кинулась спасать отца. Тереса и Люцина устремились за мной. И тут из зарослей выскочил какой-то человек и, опередив нас, кинулся к падающей будке. Я не успела испугаться, так как узнала Марека. На расспросы времени не было — деревянная будка замерла над самой водой в позе Пизанской башни.