Шрифт:
Николай Томан
Просчет мистера Бергоффа
Повесть
1. ПОДОЗРИТЕЛЬНЫЙ РЫБОЛОВ
На нем был легкий, хорошо сшитый серый костюм. В зубах дымилась дорогая папироса. Короткими взмахами весел он гнал вниз по течению Волги легкий однопарный ялик, на корме которого лежали спиннинг с набором блесен, десятка полтора кружков, бадейка для живцов, багор, зевник, экстрактор и другие рыболовные принадлежности.
– Опять, видно, к нам за живцами этот чудак, - усмехнулся бригадир рыболовецкой колхозной артели,
Ялик, в самом деле, подплыл к рыбачьей флотилии. Гребец пустил весла по борту и, добродушно улыбаясь, поздоровался с бригадиром. Поинтересовавшись, как идут дела в артели, предложил закурить и спросил:
– Не одолжите ли живцов?
– Это можно, - отозвался бригадир.
– Сколько вам?
– Да вот не знаю, как брать будет, - задумался рыболов, поднимая со дна ялика пустую бадейку.
– Погода-то, кажется, к ветру?
– Да, к вечеру ждем ветра, - подтвердил бригадир.
– Сильного?
– заинтересовался рыболов.
– Порядочного. Баллов так пять - шесть, с дальнейшим усилением.
– Надолго, значит?
– Может, и на недельку заладит.
Рыболов, видимо, остался доволен полученными сведениями. Приветливая улыбка не сходила с его сытого лица. В порыве благодарности он снова достал коробку с папиросами и почти всю роздал рыбакам. Ему наполнили бадейку живцами. Он поставил ее на прежнее место в ялике и, уже попрощавшись, будто невзначай, спросил:
– А насчет ветра по местным приметам предположение делаете или как?
– Мы кустарщиной не занимаемся, - усмехнулся молодой рыбак.
– Нас метеорологическая станция обслуживает. Прогноз дает на несколько дней.
Рыболов еще раз кивнул колхозникам и взялся за весла.
Когда он отъехал довольно далеко, пожилой рыбак, член правления рыболовецкого колхоза, покачал головой и заметил:
– Не правится мне этот рыболов.
– Чего так, дядя Семен?
– спросил бригадир.
– Все ветром интересуется. Вчера, думал, случайно это, а сегодня опять вот.
– Ну, так что же?
– удивился бригадир.
– Для рыбака погода - дело важное.
– Так-то оно так, - задумчиво произнес дядя Семен, - только присмотрелся я к его рыболовному снаряжению: как в магазине - все новенькое. Да и кто же кружками на течении ловит? Видом опять же не похож он на местных любителей, тех, что я знаю.
Минут пять дядя Семен сосредоточенно размышлял, потом подозвал парнишку и шепнул ему что-то на ухо. Парнишка проворно сел в лодку и поплыл, огибая островок. Часа через полтора он вернулся и доложил дяде Семену:
– Он для вида только порыбалил: забросил раза два спиннинг, а кружки и не ставил даже. Расплатился с Охрименко за ялик и ушел в город. Живцов в воду выпустил, а жерлицы Охрименко подарил. "На память", говорит.
– Ну, а кто он таков?
– допытывался дядя Семен.
– Поинтересовался?
–
2. ДЕЛО НОМЕР 00113
Майор Дубравин долго рассматривал стеклянные осколки, разложенные на чистом листе белой бумаги. Осколки были разной формы. Стекло самое обыкновенное, прозрачное и не очень тонкое. Но по всему чувствовалось, что майора эти простые стекляшки очень интересовали. Он терпеливо соединял их, хотя стоило это немалого труда, и пытался возможно точнее измерить диаметр получавшейся трубочки.
Лишь на короткое время оставлял он это занятие, принимаясь ходить по кабинету и вполголоса напевать любимую песню: "Летят перелетные птицы".
Укрепившись, наконец, в каком-то твердом мнении, майор вышел из-за стола и открыл дверь в соседнюю комнату.
– Товарищ Глебов, - обратился он к старшему лейтенанту, разбиравшему картотеку.
– Вы не помните, каков был диаметр той, первой?
Старший лейтенант посмотрел запись.
– Пятнадцать миллиметров, товарищ майор, - доложил он.
– Так-с, - задумчиво проговорил Дубравин, прохаживаясь перед фронтом книжных шкафов, в стеклах которых отражалась его высокая фигура.
– Диаметры совпадают!
Старший лейтенант, белокурый молодой человек, терпеливо ждал. По упрямо сведенным бровям начальника он заранее знал, что вопросов будет немало.
– Как, по-вашему, - продолжал майор, - случайность это?
– Полагаю, нет, - твердо ответил Глебов.
– Почему?
Майор остановился и, чуть прищурившись, посмотрел в глаза старшему лейтенанту.
– Совпадает ведь не только диаметр, - ответил тот, - но и место находки полотно железной дороги.
– Резонно, - майор одобрительно кивнул.
– Содержание пробирок, - продолжал старший лейтенант, - по-видимому, тоже одинаковое.
– Ну, это, положим, нужно еще доказать. Вы имеете в виду разновидность Aphidodea?
– спросил Дубравин, слегка приподняв брови.
– Так точно. В первом случае это ведь бесспорно?
– Бесспорно, - согласился Дубравин.
– А во втором - может быть допущено. Знаете, как в математике.
– Я очень ценю вашу лаконичность, - улыбнулся майор, - но на этот раз прошу высказаться подробнее.
– Слушаюсь, - отозвался старший лейтенант и стал выкладывать свои соображения: - Путевой обходчик, который обнаружил пробирку номер два, сначала обратил внимание на травяной покров у полотна дороги. Ощупывая траву, он порезал пальцы об осколки стекла и только тогда их заметил. От стекла шел неприятный запах, так же как и от травы вокруг. Это и побудило обходчика доставить нам осколки пробирки. Судя по его описанию внешнего вида травы, мы и тут имеем дело с Aphidodea.