Прощайте, колибри, хочу к воробьям!
Шрифт:
Часть 1
Соло
– Константин Петрович, – начала секретарша.
– Марина, все завтра, я уже опаздываю.
– Я только хотела передать мои поздравления Петру Николаевичу.
– Непременно! – улыбнулся шеф. – Все, меня нет!
Отец ненавидит непунктуальность, и опаздывать к нему, тем более в день рождения, нельзя.
День рождения отца, которому сегодня стукнуло шестьдесят шесть, они давно уже праздновали вдвоем. Мама
Он подъехал к ресторану на такси за две минуты до назначенного времени. И поздравил себя с этим. По крайней мере выговора не будет.
– О, Костя! – Отец стоял возле гардероба, приглаживая густые не по возрасту волосы.
Они обнялись.
– Что это у тебя в коробке? – полюбопытствовал отец.
– Подарок, папа.
– Что за подарок?
– Пошли сядем, там и посмотришь.
Из недавней поездки в Лондон он привез отцу роскошный шерстяной халат. Отец любил такие вещи.
«А он еще хорош, – подумал Константин Петрович. – Как говорится, мужчина хоть куда».
Отец и в самом деле обрадовался подарку.
– Спасибо, сын. Выглядишь усталым.
– Да мотаюсь, папа. А ты цветешь!
– Потому что не мотаюсь, а просто работаю.
– Папа, своя фирма – это…
– Понимаю, накладывает определенные обязательства. Ну, рассказывай.
– Знаешь, пап, как-то нечего рассказывать. Текучка.
– А как твоя красотуля?
– Которая?
– Даже так? Ну, такая роскошная блонда, с ногами от ушей?
– Ох, папа, редкая сука.
– Костя, разве можно так о даме?
– Знаешь, что эта падла сделала?
– И что же? – иронически вздернув бровь, осведомился Петр Николаевич.
– Я должен был улететь в Гонконг, это была чрезвычайно, подчеркиваю, чрезвычайно важная поездка. И эта лярва прекрасно все знала. Вдруг она звонит мне в день отлета и, что называется кровь из носу, требует встречи. И назначает эту встречу в кафе, где мы частенько бывали, аккурат за два часа до отъезда в аэропорт. Ну, я подумал, это даже неплохо, взял чемодан и сижу, жду ее. Является, вся такая красивая, нежная, и вдруг говорит: «Костя, я выхожу замуж!» Ну что ж, вольному воля, отвечаю. «Ты на мне не женишься, а мне нужна семья…»
– В принципе девушка не так уж не права, – заметил отец.
– Погоди! Я спрашиваю, за кого. «А тебе не все равно? Мне надоело быть просто любовницей» Ну что ж, говорю, как угодно даме. Она, видимо, ждала какой-то другой реакции и разозлилась. А я спрашиваю: «Ты и вправду замуж выходишь, или это попытка шантажа?» Она вспыхнула и протянула мне руку, а на руке браслетка с бриллиантами. «Вот! Это подарок жениха!» – «Поздравляю, это ведь именно то, к чему ты всегда стремилась?» – «Ты никогда меня не любил!» – «А я разве когда-нибудь клялся
– Ну, нормально. Хоть ты и вел себя все-таки по-хамски, сын!
– Это, папа, еще не все! Она убежала, а ко мне подходит охранник кафе с большой сумкой. Мол, вам просили передать. А из сумки мяуканье! Можешь себе представить, она притащила в кафе Пафнутия! И что мне с ним, спрашивается, делать? У меня самолет в Гонконг, а я остался с котом на руках.
– Привез бы ко мне.
– Времени уже ни на что не было. Вот подлая баба!
– И как же ты вышел из положения?
– Стал умолять официантку подержать его у себя неделю, а она комнату снимает, и хозяйка не потерпит… Но иногда случаются чудеса. Вдруг ко мне подходит женщина и предлагает взять Пафнутия.
– Ты отдал?
– А что мне оставалось? Отдал. Отвез до дома, связал ее с Сашей…
– Кто такой Саша?
– Это чудесный парень, торгует звериными кормами на Ленинградском рынке. Он мне корм и все необходимое раз в неделю доставляет на дом и просто обожает моего Пафнутия. Даже повесил его фотку в своем магазинчике. Ну я попросил его снабдить Пафнутия кормом и уехал.
– Как интересно! А Пафнутий?
– Знаешь, он как-то сразу принял эту женщину. Пошел к ней на руки, песни пел…
– А что за женщина?
– Да ничего интересного. Лет под сорок, глаза какие-то затравленные, что ли… И квартира у нее странная. Почти пустая, только подушки на полу…
– А как хоть ее зовут?
– Женя. А больше ничего не знаю. Когда я вернулся за Пафнутием, она спросила, не соглашусь ли я оставить его у нее. Я, естественно, отказался.
– Да, история… И как же ты теперь будешь? Или новую красотулю завел?
– Да боже избави! Папа, мне уже сорок два.
– И что? Хочешь сказать, что уже импотент?
– Отнюдь! Но в дом я больше баб не пускаю. Я договорился с консьержкой, что она будет брать Пафнутия к себе, она живет в нашем дворе.
– Бедный кот! Может, лучше было оставить его той Жене?
– Папа, ты же знаешь, как я люблю Пафнутия. С какой стати?
– Ты страшный эгоист, мой мальчик. Если б ты любил своего кота, то оставил бы его Жене. Навещал бы его, а там, глядишь, и понял бы, что женщина не обязательно гламурная киска. Меня вот ее поступок впечатлил. А кто она по профессии, ты хотя бы знаешь?
– Она как-то невнятно ответила на этот вопрос. Сказала, что недавно вернулась из Америки. А там… кажется, что-то связанное с музыкой, что ли. Я не запомнил.
– То есть вполне интеллигентная дама?
– Ну вроде…
– О, тогда это не твой кадр. Тебе нравятся безмозглые и хамоватые. Меня огорчает перспектива…
– Какая перспектива?
– Твоя. Ты стареешь, и твои безмозглые киски по закону жанра должны становиться все моложе, а поскольку ты парень не бедный, то недостатка в этих кисках у тебя не будет. Грустно, сын мой!