Прощай, невинность!
Шрифт:
Генри тихо продолжал:
— Я никогда прежде не говорил женщинам ничего подобного. Но я не могу видеть, как вы страдаете. Вам нельзя оставаться одной. Вам нужен муж, а ваша дочь нуждается в отце.
Софи встряхнула головой, отгоняя мысли об Эдварде. И взяла Генри за руку.
— Я просто не знаю, что сказать. Я так глубоко тронута…
— Скажите «да». Вы станете моей женой? Конечно, я еще не видел Эдану, но поверьте, Софи, я буду ей хорошим отцом. И нам с вами никогда не помешает прошлое.
Софи чувствовала, что Генри
— Я очень благодарна вам за ваше предложение, Генри, но прошу вас, дайте мне время подумать.
Генри серьезно кивнул.
Софи не могла пропустить бал в честь обручения Лизы. Домой она не возвращалась с того дня, когда после разговора с отчимом сбежала, едва поняв, что он одобряет планы Сюзанны. У нее хватало собственных проблем и забот, так что в последнюю неделю она почти не думала о сестре. Должно быть, все это время Лиза была как на иголках…
Днем, перед балом, Софи осмелилась поехать домой, оставив Эдану и Рашель в гостинице. Она тщательно рассчитала время. Сюзанна в это время уходила на ленч к приятельнице, и Софи была уверена, что не встретится с ней. Она вообще не хотела больше видеть свою мать, а уж тем более — спорить с ней.
Лизу Софи нашла лежащей в ванне с лечебной грязью из Саратоги.
— Привет, сестренка! Я пришла позаимствовать какое-нибудь платье на вечер.
— Софи!
Софи невольно рассмеялась при виде сестры. Из черной грязи торчало лишь личико Лизы, и картина в целом выглядела и забавной, и отвратительной. Софи села на табурет.
— Неужели эта грязь и вправду полезна для кожи?
Лиза, побарахтавшись, села в ванне.
— Софи, где ты пропадала? Боже, я так беспокоилась о тебе и малышке!
И Лиза расплакалась.
Софи склонилась к сестре и осторожно погладила плечо, вымазанное грязью.
— Со мной все в порядке. В самом деле в порядке!
Лиза подавила рыдания:
— Твоя мать просто ведьма! И мой отец не лучше! Да как они смели обойтись с тобой так жестоко!
— Они просто хотели сделать как лучше.
— Ты же их еще и защищаешь?!
— Нет, — вздохнула Софи.
— Но вы обе действительно как-то устроились? — спросила Лиза, хватаясь за края ванны.
— Да. Мы устроились. Сюзанна отказала мне в деньгах, но Генри Мартен ссудил, сколько нужно, и Поль Дюран-Ру.
С Дюран-Ру Софи повидалась сразу после того, как Генри Мартен сделал поразившее ее предложение. Поль все понял и с радостью оказал помощь.
— Да, знаю, — сказала Лиза. — Все вокруг только и говорят что о тебе.
Софи не понравилось, как это прозвучало.
— Когда я получу в следующий раз свои карманные деньги, я тоже отдам их тебе, — твердо заявила
— Я ни в коем случае не пропущу такое событие, Лиза, и спасибо тебе, — печально улыбнувшись, ответила Софи. — Знаешь, я сейчас не столько одинока, сколько напугана… Похоже, все на свете против меня!
— Софи, но ты не одна! — рассердилась Лиза. — Мы с Юлианом в мае обвенчаемся, и вы с Эданой будете жить с нами!
Предложение было на редкость соблазнительным, но Софи, ошеломленная смелостью Лизы, посмотрела на нее с испугом:
— Лиза, подумай, что ты говоришь! Ты начинаешь семейную жизнь — и вдруг оказывается, что рядом постоянно болтаются сестра и племянница!
— Я этого хочу, — упрямо сказала Лиза.
— А маркиз?
— Я уверена, он тоже будет в восторге, — улыбнулась сестре Лиза.
Но Софи в этом сильно сомневалась. Она отлично знала, что во время медового месяца влюбленные бывают полностью поглощены своей страстью. И маркизу вряд ли придется по душе мысль о посторонних в доме в такое время.
— А как вообще твой великолепный жених?
Улыбка девушки угасла.
— Лиза! Что-то не так?
— Ох, Софи! Я люблю его, я в него влюбилась с первого взгляда, но, видишь ли, теперь я, похоже, начинаю понимать… Он меня не любит!
Софи видела маркиза Юлиана Сент-Клера лишь однажды, в день своего приезда в Нью-Йорк. Но она отлично помнила его холодную учтивость — и то, как быстро он приметил отсутствие на ее пальце обручального кольца. А теперь вспомнила и то, что ни разу не видела его улыбки. И если бы она не застала их с Лизой в момент пылкого поцелуя, если бы не заметила огня в его глазах, то подумала бы, что маркиз холоден, как ледяная глыба.
А ведь Лиза — не просто хорошенькая молодая девушка. Она умна, добра и невероятно великодушна. Только дурак мог не влюбиться в нее. Но с другой стороны… Сент-Клер слишком напоминал Софи Эдварда.
Да, он напоминал Эдварда, хотя и был золотоволосым, — просто он был другим вариантом мужского совершенства. Такие мужчины всегда сами выбирают женщин, даже если не обладают обаянием, и глупо думать, что Сент-Клер жил как святой. А потому можно не сомневаться, что он увлечен Лизой. Но Софи отлично знала, что плотская страсть — еще не любовь.
— Почему ты так думаешь, Лиза?
Девушка какое-то время колебалась.
— Знаешь, Софи, он никогда не улыбается. Он безупречно вежлив, но он не улыбается — даже мне. И… он говорит только о пустяках.
— Ну, надеюсь, он и другим женщинам не улыбается?
— Нет. Хотела бы я знать… Возможно, он и в самом деле не любит женщин, — неуверенно произнесла Лиза. — Но разве такое возможно? Ведь он так страстно целует меня! Когда он такой… — Лиза порозовела. — Такой мужественный!
— Все может быть, — сказала встревоженная Софи, вспомнив вдруг о первой жене маркиза. — А что еще ты знаешь о нем?