Прощай, Герой
Шрифт:
Точно так же, я не знаю до конца, как работает местная «игровая механика» по открытию Данжей с Инстансами. Некоторое интуитивное понимание, конечно, имеется, но оно больше уровня догадок и, повторюсь, интуиции.
Я видел, что сделала Альбина — она взяла у Гомера «Баронский Квест» на «Уважуху». Затем передала Лидерство в Группе мне. Лидерство в Группе, в которой мы с ней состояли на протяжении последних месяцев. Лидерство, которое я сам отдал ей лишь перед возвращением в Камиш. Уже даже не помню, какой именно был повод, возможно, что и вовсе никакого, а была какая-нибудь
Альбина передала мне Лидерство в уже открытом Инстансе. И в тот момент, когда я это Лидерство принял вместе с Картой Локации, из меня хлынул такой мощный поток того самого «непонятно чего», что я не смог на ногах удержаться. И, как Пламенная покидала Группу, уже практически не воспринимал, так как практически оглох и ослеп от навалившегося напряжения. Словно, гору попытался «телекинезом» сдвинуть.
Такого, ранее, мне ощущать не приходилось ни в «той», ни в «этой» жизни! В какой-то момент, на пару секунд, мне даже показалось, что я не выдержу… Но выдержал. А Гомер — нет.
Конечно, после открытия Инстанса, все окружающие меня люди сразу же превратились в «эНПиСи», то есть, в персонажей, существующих лишь в этом моём отдельном и отделённом пространстве, утративших прямую связь со своими прототипами, оставшимися «снаружи», но… «обратная связь», видимо, у них осталась. Так как Гомер IV упал на красную дорожку замертво. И что-то не верю я, что в реальности, он живым остался. Слишком уж красноречивые я сам испытал ощущения в этот момент.
Да и сведенья, полученные ранее от жреца, подтверждали это: не мог Король из Виконтской Династии безнаказанно открыть Королевскую «Уважуху». Не мог. И плевать на то, знал он, что делает, или не знал. «Не знание Закона не освобождает от ответственности!».
Естественно, среди «неписей» тут же поднялась суета, кто-то из них даже попытался меня задержать. Но тут уж, я не стал миндальничать: раскидал этих идиотов, как щенят. Один хрен, даже, если прибил кого, с горяча, в реальности, ничего с ним не случится.
Потом, тяжко вздохнув и покачав головой, глядя на «непись»-Альбину, побрёл из Замка, а после из города. Собирать-то мне было нечего — всё было собрано ещё перед приходом на Бал. Не подвели предчувствия, не подвели…
Как я ко всему произошедшему отнёсся? Философски.
В целом-то, Альбина ведь была права: я сам хотел попасть в последнюю «Уважуху». Это было моим собственным желанием, неоднократно произнесённым вслух. При свидетелях. Пламенная просто мне в его исполнении помогла. Только и всего.
Хотел ли я такой помощи — нет. Одобряю ли её методы, то, как и ценой чего она моё желание исполнила — однозначно, нет. Благодарен ли я ей? Тут спорный вопрос.
Злюсь ли? Да — однозначно, злюсь. Однако, злость и обида — чувства не конструктивные. В делах не помогают. А мне нужно делать дело. Значит, накал эмоций желательно сбавить. А, какое средство является самым эффективным против неконструктивных чувств и эмоций? Ответ простой и даже слегка туповатый:
В общем, к вечеру следующего дня после Бала, я уже был привычным спокойным собой, смотрящим на мир окружающий, светлым взглядом оптимиста, с улыбкой идиота… в которую-таки сумел пробраться и добавиться некоторый излом самоиронии и скепсиса. Очень уж старательно этот мир пытается вылепить из меня циника, окончательно вытравив любую веру людям и в людей…
К сожалению, или к счастью, любая дорога не бесконечна. И моя нынешняя таки привела меня к цели. И теперь я стоял в том самом овраге рядом с подножием холма, на вершине которого расположилась моя Крепость Фэр. Когда-то моя…
Хотя, так-то, чисто юридически, она и осталась моей. Никто именно моих прав на неё не оспаривал. Предметом споров Империй стало право на неё вместе со мной!
Я стоял на брусчатке, которой была выстелена дорога, тянущаяся вперёд и скрывающаяся из глаз за поворотом впереди. Стоял и пытался набраться храбрости для шага вперёд. Для того, чтобы пересечь невидимую линию, отделяющую этот огромный и относительно безопасный мир Инстанса от жуткой Локации «Королевской Уважухи»… из которой ещё никто не возвращался.
А, может быть, и не на самой линии я стоял — тут не поймёшь, где именно эта линия пролегает: в шаге от тебя впереди, в двух, в трёх, в десяти, или уже в сантиметре? Переход будет, как ни готовься к нему, внезапным. Ориентироваться можно, пожалуй, лишь по этому странному тянущему ощущению истекающего из тебя чего-то непонятного, чему нельзя подобрать названия. Вот оно-то, это ощущение было чётким. Оно твердило, что, сделай шаг, и…
Но, видимо, точность у него тоже прихрамывала. Почему?
Да потому, что впереди меня стояла женщина. Там, где стоять уже, по всем известным мне законам, не могла. А ранее, она вообще — вышла из-за поворота, за которым скрывалась дорога. Из-за поворота, за которым ещё не могло ничего быть!
Женщина… хотя, пожалуй, правильнее будет использовать слово «девушка», так как выглядела она очень молодо. И, даже, пожалуй, юно. И я эту девушку знал, так как уже видел её раньше.
Где? В Авалонском Храме Семи. Возле именно её статуи, ко мне подошёл Жрец и завёл со мной разговор.
Красивое, но бледное лицо. Черные сильные волосы, забранные в простой хвост позади головы. Белый «халат» Мага, мягкие сапожки на ногах… Полотняная сумка с красным крестом, перекинутая через плечо, отсутствовала. Да и чаши в руках не было. Но сомнений в её идентификации всё равно не было — это лицо я хорошо запомнил там в Храме. И теперь это же лицо видел перед собой. Но только уже не неподвижное лицо статуи, а лицо живого нормального человека. И да — похожа она была больше на Алису Селезнёву из того самого советского фильма, а не на американскую актрису израильского происхождения. Только, что постарше, чем та девочка. Лет, где-то на двадцать тире двадцать пять — у девушек эта разница в пять лет довольно условна. Угадать точно, по одному внешнему виду, не представляется теоретически возможным.