Прощай, Герой
Шрифт:
Однако, всё равно — тишина, если сравнивать со звуками той же Крепости, но в другое время. В то, когда она полна людей и жизни. Сейчас же только хлопанье крыльев, склочное карканье… вокруг горы из отрезанных голов в центре строевого плаца.
А рядом с этой кучей висят неподвижные «смайлики» Головорезов. Моих Головорезов. Которым я забыл отключить режим автоматического сбора голов павшей нежити.
Вот они и продолжили собирать… только уже не у скелетов, а у трупов слегка посвежее. Немного успокаивало только то, что я им на базисном уровне прописал запрет на «сбор голов» живых существ.
А вчера были живы. Сегодня уже мертвы.
Пришли ночью два Хайлевела, и вот они из живых, весёлых, грустных, ходящих, бегающих, марширующих, занимающихся хозяйственными делами, превратились в неподвижных мертвецов. И хорошо ещё, что неподвижных, а не в бродячих и вечно-голодных. А ведь в данных реалиях могли…
Я медленно дошагал деревянной походкой до кучи голов, постоял неподвижно, затем рухнул на колени и склонил голову, бросив руки беспомощно вниз, кистями на землю, ладонями вверх. Весь вид мой выражал шок, непонимание, растерянность, отчаянье, сломленность, опустошение… в общем, всё то, что должен был испытывать в этой ситуации нормальный человек.
Гротескное, наверное, было зрелище, учитывая то, что я был с ног до головы закован в броню из чёрных костей, которая, словно бы, еле заметно, слегка парила черно-сизым дымком под лучами медленно поднимающегося утреннего солнца. Шипы на спине, шипы на наплечниках. Глухой шлем, чем-то похожий на шлем самого первого Костюма Железного Человека из первого фильма о нем. Только дырки для глаз застеклены, а прорези для рта и носа нет совсем. Вообще, я сам себе именно Тони, облачённого в его монструозный «Марк 1», во всём этом напоминал. Или Ивана Ванко…
Грубая работа. Даже топорная. Но на изыски, проработку дизайна, выверку отдельных элементов и деталей времени не было. «Строгал» и сшивал буквально «на живую нитку», используя для работы тот материал, что был под рукой в том болоте: кости того убитого мной SS-ового Змея и S-овые «ядра» с трупов других, так и продолжавших плавать в мертвой воде монстров чуть попроще. Использовал, даже не подвергая «чистке». Брал, как есть: фонящими и пропитанными Смертью. Мне-то она ничем не грозила. Наоборот — подпитывала «резерв», бодрила и наполняла силой.
В таком «костюмчике» в цивилизованном городе не покажешься. Да и в нецивилизованном: либо камнями забить-прогнать попытаются, либо сами в ужасе разбегутся. А кто не разбежится, сдохнет в муках при моём приближении. Всё равно, как если бы я себе латы из обогащённого урана или оружейного плутония выковал. Жуткая штука…
Да, видимо, фантазия у меня скудная, но доспехи — это то, что пришло мне в голову, пока я лежал на дне «радиоактивного» болота и пытался врачевать свои раны, что получалось из рук вон плохо. В каждой царапине какая-то агрессивная чужеродная энергия бурлила, не давая ей закрываться и срастаться, заставляя их болеть, дёргать и наносить, пусть малый, но повторяющийся урон телу. Зелья не помогали. Ни «лечилки», ни «антидоты». Им не хватало силы. То, что засело в ранах, было значительно
Яд. Подло, но очень эффективно. И замечательно сочетается с той тактикой, какую применяли против меня ночные гости: резанул, отскочил, спрятался, подождал. Ещё резанул, отскочил спрятался. А лучник издалека, тоже постоянно прячась и меняя позицию, контролирует метания жертвы и не позволяет ей расслабиться. А яд, тем временем, накапливается, начинает действовать, ослаблять, вытягивать силы, ухудшать точность и координацию, выпивать выносливость. И с каждой царапиной яда больше. Действительно эффективно: скорость, скрытность и яд. А ещё грамотный выбор места и времени — невозможность шарахнуть чем-то масштабно-убойным. Чем-то таким, что накрыло бы всю площадь, не оставив шанса спрятаться или уклониться.
Почему я не «нырнул» в землю? А что бы мне это дало? Противник-то уровнем мне, если и уступает, то не сильно, а как в «Уважухе» мне наглядно продемонстрировали драконы, все, кто переполз через планку двойного S, тоже так могут. А в земле я медленней, чем на поверхности. И, что куда хуже — рано или поздно, придётся вылезать. А, если стрелок был способен прицельно бить сквозь стену, то, где гарантии, что не сможет бить и сквозь толщу земли? Ну или по крайней мере отслеживать мои перемещения.
Да, погружение, возможно, дало бы мне передышку. Но на что бы я её потратил? Очков с собой нет, планшета нет, материалов, инструментов и «ядер» тоже нет — они все в сумке остались. В браслете — только «аптечка», небольшой запас сухофруктов и пара фляг с водой. Ну и четыре «подарочных» стрелы. В кольце — кинжал Босса «Уважухи», которым тот пырнул меня напоследок.
Что бы я там, на глубине делал? Тихо слабел и загинался от яда?
Может быть, рассуждения мои и не лишены изъянов, но стоит вспомнить, что «думать» приходилось в крайне стрессовой обстановке. В условиях, когда работает «бей-беги». Сначала я бил. Потом побежал. Повезло, что организм крепкий — хватило сил убежать, не смотря на яд…
Кстати, о яде: удивительно то, как мне удалось с ним справиться: его постепенно вытеснила из ран «радиоактивная вода». Яд, как оказалось, каким-то образом, всё равно относился к «живому». Хоть он и убивал, но сам, при этом, был «жив». Возможно, именно поэтому он был так устойчив к «лечилкам». А вот «мертвая вода», до полного насыщения пропитанная энергией Смерти, убила и сам яд.
Однако, подобный способ борьбы с ядом, я не посоветую никому — от фона и «мертвой воды» умрёшь куда быстрее, чем от яда. И куда надёжнее. Такой способ подходит лишь нежити и Магам Смерти. Хочется надеяться, что я, пока что, отношусь ко вторым, а не к первым.
Потом было проще. Потом, это, когда яд «умер». Справляться с энергией Смерти в своём теле я уже умел. Научился на дне своего Звёздного Озера. «Молнии сидха», в то время, так и полосовали толщу воды в болоте, расходясь бесчисленными «деревьями» и «веерами» от того места, где я лежал.
Затем ударный «крафт», облачение и путь обратно в Крепость.
Зачем возвращался? Почему спешил? Наверное, из-за того, что каким-то шестым, седьмым, восьмым, десятым, двенадцатым чувством ощущал вспышки смертей, что шли и шли со стороны Фэр.