Прощай, Америка!
Шрифт:
Дэн успел далеко отъехать?
При любом раскладе нужно принимать меры. Меры они такие меры, что их нужно принимать точно по расписанию, как лекарства. И те и другие при правильном приеме и дозировке помогут продлить жизнь.
– Черт, – сказал Лукаш громко и ударил стаканом о край стола.
Осколки зазвенели, разлетаясь, дно осталось в руке Лукаша.
– Безрукий, – пробормотал Смит.
– Я нервничаю, – пояснил Лукаш, поворачивая лицо к Тому. – Извините…
Том, оказывается, теперь стоял к Лукашу боком,
Щелк! Щелк-щелк-щелк!
Это стекла. Пули прошивают стекла, рвут жалюзи и ударяются в потолок, разбрасывая бетонную пыль. На зубах Лукаша захрустело.
Черт, выдохнул Лукаш, падая на пол со стула. Снизу стреляют, ясное дело, лучше уйти под директрису огня, вот и Смит так решил, грохнулся на пол и пополз к двери. Том, красавец, уже там, уже исчез в дверном проеме.
– Твою мать, – бормотал Смит. – Мать твою…
– Правда, неожиданно? – спросил Лукаш.
– Пошел ты…
– Лучше – пополз, – нервно засмеялся Лукаш. – Бояться ведь нечего? Ведь тут полно твоих людей? Отобьются?
Внизу – во дворе – ударил автомат. Судя по звуку – короткоствольная машинка для перестрелок в подъездах. Это против снайперов, работающих с глушителями и пламегасителями? Тяжело сейчас найти нормальных исполнителей.
Стреляя длинными очередями в темноте, ты ведь себя слепишь, дурашка. Слепишь и глушишь. А умные дяденьки тебя из темноты выцеливают и… автомат захлебнулся и замолчал.
«Такие дела, парень, лежишь теперь, наверное, с пулей во лбу», – подумал Лукаш, выбравшись на лестничную клетку и поднимаясь на ноги. Рядом с ним поднялся Смит.
– Вниз, – сказал он, с трудом переводя дыхание. – Давай бегом – вниз!
Грохнул выстрел из дробовика. Все так плохо? Противники сошлись вплотную или у кого-то не выдержали нервы? Сейчас выскочит кто-то с помповухой и начнет лупить перед собой, передергивая цевье ружья и выкрикивая, срываясь на визг, что-то вроде «Умри, сука!», а сука, вместо того чтобы по-честному умереть, снимет идиота одиночным выстрелом…
Лукаш сбежал по ступенькам на первый этаж, прижался к стене, чтобы не схлопотать пулю сквозь входную дверь. Она хоть и металлическая, как заметил Лукаш при входе, но не бронированная.
Во дворе кто-то закричал. Пронзительно и отчаянно. Кому-то очень больно… Очень-очень больно, настолько, что все остальное кажется мелким и незначительным. Испытывая такую боль, нельзя думать о безопасности и маскировке. Крик оборвался на высокой ноте.
– Сюда, налево, – сказал Смит. – Быстрее…
Он даже подтолкнул Лукаша в спину, боится его потерять.
Дверь вела в ангар. Там свет тоже не горел, только в небольшие окна под самым потолком медленно просачивался снаружи тусклый ртутный свет. Странный такой рассвет.
Смит,
– Том!
«Ответа нет», – мысленно прокомментировал Лукаш.
– Том!
«Куда мог подеваться этот несносный мальчишка?» – подумал Лукаш и удивился, что еще способен думать о ерунде и даже цитировать классику американской литературы.
– Я здесь, – из темноты вынырнул Том.
– Хорошо, – облегченно выдохнул Смит. – Кто с тобой еще?
– Рик и Бродяга.
– Двигаемся к подвалу, – приказал Смит. – Бродяга и Рик – прикрывают нас сзади, ты – впереди.
– Понял, – прошептал Том.
Голос у него оставался бесстрастным, но Лукаш уловил в нем нотку облегчения, оставаться прикрывать? Вон, двое или трое вместе с Рэббитом уже прикрывали ворота. Встретившись с серьезным противником, нужно уходить, героизм тут неуместен.
Том негромко свистнул, через несколько секунд возле него появились еще две тени. Том быстро обрисовал им диспозицию, они не возражали.
– Быстрее, – приказал Смит. – Фонарь у тебя?
– Да.
– Сейчас не включай, потом, когда спустимся… Не отставай от него, Майкл, – Смит тронул Лукаша за плечо. – Сейчас налево, а потом вниз…
Рвануло совсем рядом. Нападавшие не будут церемониться с дверями и замками. Пластиковая взрывчатка открывает все двери.
– Бегом-бегом! – скомандовал Смит и толкнул Лукаша. – Бегом…
Сейчас рванут дверь в ангар. Или ворота. Или и то и другое…
Впереди что-то лязгнуло, Лукаш дернулся, но сообразил, что это Том открывает люк в подвал. Дробный стук ног по ступенькам, отблеск света – Том включил фонарь.
– Вниз, – Смит снова толкнул Лукаша в спину, на этот раз стволом пистолета. – Жить хочешь? Вниз!
«Хочу, – подумал Лукаш. – Очень хочу, только ты ведь все равно мне жизнь оставлять не собираешься. Ведь не собираешься?»
Лестница круто уходила вниз, даже не лестница – две трубы с приваренными между ними прутьями. И никаких перил.
Лукаш прыгнул вниз, придерживаясь правой рукой за край люка, приземлился и сразу же отскочил в сторону. А то если Смит навернется сверху, может и покалечить…
Но Смит не навернулся, спустился быстро, успев окликнуть своих людей.
От лестницы шел небольшой коридор, метра три: бетонные стены, бетонный пол, бетонный потолок, украшенный светильником в металлической сетке. И крашенная в серый цвет металлическая дверь в конце коридорчика. Том освещал ее фонарем.
Спрыгнул Рик, потом, по-видимому, Бродяга, захлопнул люк как раз в тот момент, когда наверху рвануло, Лукаш успел заметить вспышку, прежде чем люк рухнул.