Прорыв
Шрифт:
Похоже было, что Салеев озадачился. Схема «Крамцов без контейнера», похоже, пока не отрабатывалась. Циммерман сам сомневался в том, что неуловимый бывший научный сотрудник мог понадобиться, но приказ есть приказ, куда от него денешься. Тут ещё Рубцов вмешался, протянув руку за тангентой:
— Разреши?
Циммерман кивнул и уступил связь.
— Рубцов на связи, — сказал бывший полпред. — С кем общаюсь?
— Салеев, командующий силами Центра. Министр обороны при вашем товарище,
— Хорошо. Вопрос возник сложный — я господину Крамцову некоторым образом обязан. Сильно обязан. Арест произведён на моей территории, задействованы мои люди без моей санкции. Что делать будем? Отпускать сразу или как?
Намёк был чрезвычайно толстым и очень понятным, не реагировать у Салеева не получилось бы. Да он и не собирался.
— В другое время отпустил бы, — откликнулся он. — Нам сам Крамцов нужен не был, а только груз, который он спёр в лаборатории, но он его уже передал куда хотел. Но возникли дополнительные обстоятельства, и я бы настаивал на доставке всех задержанных сюда.
— Я бы обстоятельствами поинтересовался с вашего позволения, иначе мне решения никак не принять.
Циммерман покачал головой даже — Рубцов очень ловко определил иерархию отношений в разговоре. Салеев должен его убеждать, а он сам — принимать решения. Примет решение «не отдавать» — и придётся или в драку лезть, или отпустить всех.
— Они могут быть свидетелями, — откликнулся Салеев. — Но давать подробности радиосвязью не могу.
— Этого мало.
— Я гарантирую им фактическую неприкосновенность. Лично гарантирую.
— Уточните, что это значит. И ещё хотел бы выяснить, достаточно ли у вас полномочий для того, чтобы эту неприкосновенность гарантировать. Насколько я помню, господин Пасечник у вас по таким вопросам главный. Ну и господин Бурко.
— Гарантировать могу, но не смогу вас убедить, — после паузы ответил Салеев. — Лучше свяжусь с Главным, потом буду вызывать вас.
— Вы нас лучше напрямую соедините, если не затруднит, — сказал Рубцов, возвращая тангенту Циммерману.
Затем бывший полпред встал и, открыв дверь кунга, ловко спрыгнул на траву, где его ожидал здоровенный парень довольно бандитского вида, который тоже здоровался со злополучным Крамцовым.
— Циммер, как принимаешь?
— Чисто принимаю.
— Ты вот что, задержанных размести по-человечески пока. Если есть при них транспорт — опечатай, все вещи, что взяли — под опись, ну, ты понял. Раз уже так дело повернулись, нам обделаться нельзя, понял?
— Так точно.
— Что там за чекисты?
— С ними из «Шешнашки» майор из Управления по терроризму и учёный. Контейнер уже у них, в Центре по биозащите, они подтвердили.
— Ты их допрашивал?
—
— В общем, они нам всё равно нужны будут, понял? Как дело ни повернётся, если не до драки, конечно, отправляй их сюда. Выдели транспорт, охрану — и пусть везут. Их надо доставить сюда, на новый КП… А, ты не знаешь. Встретят твоих на окружной у Твери, это новый объект.
— До какого предела ситуацию напрягать? — чуть даже сжался внутри в предчувствии грядущих проблем Циммерман, но командир его успокоил:
— Не напрягай, Первый разрулит всё, как я думаю. Потребность в них реальная, сумеем объяснить. Ты доставку обеспечь.
— Доставка не проблема, сделаем. У них самих два борта брони, людей подсадим, и пусть идут с ними охраной.
— Это сам решай, мне результат важен. Всё, конец связи, через два часа следующий сеанс.
— Так точно.
Александр Васильевич Пасечник
31 мая, вторник, вечер
Около пяти вечера Усимов вышел на связь и доложил кодом, что Тимохин задержан и помещён в подвал строящегося КП. К допросам решили приступать завтра, дать тому «помариноваться» в страхе перед неизвестностью. Так, чтобы к утру он уже мечтал об общении с кем угодно, лишь бы не эта неизвестность.
«Ладно, посмотрим, что из этого выйдет», — подумал Пасечник. Результаты могли быть самыми неожиданными, он это прекрасно понимал. Нимало не сомневаясь в том, что тонкого душевного устройства интеллигентный Тимохин начнёт завтра колоться до самой задницы. Другое дело, что непонятно, куда всё вывернет.
Совершенно неожиданно и внепланово попросил о встрече Салеев. Пасечник насторожился — для деловых вопросов телефон есть, и если уж и своей собственной связи не доверять, то повод должен быть серьёзным.
— Я к тебе зайду, Марат, — сказал Пасечник. — Минут через десять буду, годится?
— Вполне.
Салеев выглядел несколько обескураженным, чего за ним обычно не водилось, чем здорово удивил. Он сам налил две чашки чаю, поставил одну перед гостем, уселся в скрипнувшее под его немалой массой кресло.
— Мои бойцы из-под Нижнего на связь вышли.
Пасечник пил чай и молча ждал продолжения.
— Задержали Крамцова с командой.
Чай чуть не расплескался. Новость действительно была неожиданной. И если учитывать тот факт, что сообщить её Салеев смог только в приватной беседе, к ней прилагались какие-то проблемы.
— И в чём трудности? — спросил Пасечник.
— В том, что задержали на территории Рубцова. При этом сам Циммер находится у того в оперативном подчинении.