Прорыв из Хуфры
Шрифт:
Хуан подал ей высокий запотевший бокал, без которого она казалась мне почти раздетой. Она погремела льдом и при всеобщем молчании оглядела нас всех.
— Ну, кто из вас будет читать мне сценарий?
— Он очень прост, — ответил я. — Сестре Клер нужно где-то провести пару дней.
— Вы хотите сказать, вообще пару дней где-то в безопасности или это как-то связано с тем маленьким ночным эпизодом?
Я вопросительно взглянул на Тэрка, но Лилли продолжала:
— Я интересуюсь, во что меня хотят втянуть, только и всего. Или я хочу узнать слишком много?
На
— Я думаю, мисс Сент-Клер совершенно права. Я лично не имею никаких возражений против того, чтобы рассказать ей все подробности этого дела.
— Почему бы нам не дать рекламу в местной газете? — съязвил я. — Тогда каждый будет все знать.
— Остынь немного, дорогой, это мой дом и моя компания, не забывайте этого. Почему бы вам с Тэрком, как воспитанным мальчикам, не оставить нас в дамском обществе, чтобы мы могли поболтать с глазу на глаз.
— А что нам прикажете делать, прыгнуть со скалы? — поинтересовался я.
— Зачем же, есть другая возможность — посидеть полчаса в саду и выпить пару коктейлей.
Она забрала сестру Клер с собой, не сказав больше ни слова.
— Она всегда умела красиво уйти, — усмехнулся Тэрк.
— Вы думаете, она играет?
— О, разумеется. Единственное место, где она теперь позволяет себе возбуждаться, — это между простынями. А наша маленькая просьба просто даст ей возможность сменить обстановку; ведь никто не просит ее делать что-нибудь по-настоящему опасное. Кровать и питание на пару дней — вот и все.
Он был прав, я попросил Хуана принести нам джин с тоником, и мы удалились в сад. С нижней террасы, с самого края обрыва, открывался замечательный вид. Здесь росли миндальные деревья и несколько пальм, а за низкой балюстрадой был обрыв высотой добрых сто пятьдесят футов, за которым виднелась узкая полоса пляжа. Там стоял старенький домик, и у бетонного пирса качался на волне скоростной катер. Солнце, как огромный медный шар, склонялось к горизонту, окрашивая белые стены в оранжевые тона. Я пил коктейль, который принес Хуан, и смотрел на огни круизного судна, проходившего в миле от нас.
Тэрка же совсем не интересовали красоты природы. Он захватил с собой адмиралтейскую карту района Хуфры и теперь склонился над ней с листком бумаги и карандашом, делая какие-то вычисления. Немного погодя он откинулся в кресле и взял свой бокал.
— По моим соображениям, мы должны добраться до алжирского берега за двенадцать часов, если нам ничто не помешает.
— А как далеко от берега до того места, куда мы едем?
— Бог знает. Я спрашивал герцогиню о точном положении самолета, но, честно говоря, она ничего не сказала. Обещала показать его только после того, как мы попадем на берег, но не раньше.
Истинно христианский поступок.
— И я не могу винить ее за это, — сказала Лилли, выходя из полутьмы на свет. — Особенно когда приходится иметь дело с такими двумя субъектами, как вы.
Обтягивающее платье, застегнутое до ворота, с разрезами на боках до бедер, из плотного зеленого шелка, с вышитыми драконами, чьи острые языки спускались до грудей, вместе с золочеными туфлями на
— Все это похоже на никуда не годный, второсортный материал для фильма. Нам он не нравится. Попробуйте придумать что-нибудь к понедельнику.
— Хорошо, вы будете все знать, — обещал я примирительно.
Она проигнорировала мои слова и обратилась к Тэрку:
— Судя по тому, что она мне поведала, эту самую Хуфру Всевышний сотворил безо всякого старания.
— Скорее всего, так и есть. — Тэрк постучал карандашом по карте. — Туда можно попасть только одним путем — через устье реки, да и оно перегорожено песчаными отмелями, которые сегодня здесь, а завтра — в другом месте, поэтому даже карта может служить только приблизительным руководством.
— А внутри страны?
— Десять тысяч квадратных миль трясины, тростник выше головы, сквозь который так трудно идти, да еще целый лабиринт проток и лагун. Их так много, что человек может провести там всю жизнь, ходя кругами, и никуда не попасть.
— А можно ли там найти разбившийся самолет?
— Ведь мы же знаем, куда нам идти, — возразил Тэрк.
Она немедленно поправила его:
— Вы хотите сказать, сестра Клер знает.
— Хорошо, но мы все-таки знаем больше, чем люди Талеба. — Он очертил круг вокруг Зарзы, которая находилась в пятнадцати милях от берега и была помечена на карте. — В эту деревню Талиф доставил девочку после крушения самолета, так что она не может быть слишком далеко от того места.
Лилли повернула голову и посмотрела на меня через плечо.
— А этот человек — Талиф, что с ним?
— Понятия не имею, — ответил я.
Она немного нахмурилась, а потом посмотрела на Тэрка, но тот только пожал плечами.
— Может быть, он просто перепугался и решил, что лучше удрать подальше с деньгами Клер.
Лилли снова внимательно посмотрела на меня, явно недовольная ответом, но прежде чем она успела что-нибудь сказать, вошла сестра Клер в сопровождении Хуана.
— Вот и вы, дорогая! — ослепительно улыбнулась актриса. — А мы тут обсуждаем наше дело. Может быть, это не повлияет на ваше решение, но я только что сказала этим двум молодцам, что они сошли с ума.
— Вы должны меня извинить, но я не могу с этим согласиться, — возразила сестра Клер, улыбаясь нам обоим. — Я думаю, что они — замечательные люди.
— И мы тоже так думаем, — ухмыльнулся Тэрк, вставая.
— Вы не останетесь на обед? — удивленно спросила Лилли.
Тэрк не дал мне ответить.
— Нет, у нас много работы.
Сестра Клер положила руку на его рукав, и он посмотрел на нее.
— И когда мы отправимся, мистер Тэркович?
— Тэрк, герцогиня, Тэрк. Сколько раз повторять вам? — Он сложил карту. — Когда мы отправимся, во многом зависит от того, как много мы с Джеком сможем сделать сегодня ночью. Не раньше чем завтра во второй половине дня я сообщу вам что-то определенное. Самое главное — достичь алжирского берега после наступления темноты.