Пророк
Шрифт:
С другого конца становища постепенно к кружку слушателей ее рассказа перешли остальные дети: стайка девочек и два мальчика.
— Какие они, чужие люди? Почему они глупые и живут вдали от Матери Реки? — настаивал мальчишка с вороватым взглядом.
— На севере, в Стране Смертоносных Песков, живет племя перумов. Надо внимательнее смотреть на север, ибо перумы все чаще совершают нападения на незащищенные становища. Не забывайте поглядывать и на восток, откуда всегда можно ожидать набега шохотонов.
Старуха бессильно сжала изборожденные морщинами руки, и на запястьях выступили вены, похожие на синие ручейки.
— Шохотоны давно желают поработить наше племя. Охотники Илобиса — перумы похищают самое ценное, что есть у нас, — девочек. Для перума похитить невесту из речного племени — большая удача.
— А какие они, шохотоны? — спросила пухлощекая девочка.
— Иногда их называют «шохтанами». На востоке
— А нам можно напасть на перумов или шохотонов? — с замиранием сердца спросил мудрую бабушку ее синеглазый внук.
Священные камни, речная галька. И вечный долг мужчины — защищать женщин от всяческих напастей и посягательств. Когда-то, после первого нападения и первого захвата девочек, племя возводило сторожевые дозоры из камня. Боязнь чужого человека росла с каждым часом. Не спасли тогда валуны от перумов. И на днях все опять встревожились. При виде идущих вдалеке чужаков поднялась такая паника, что враги не решились приблизиться к переполошившемуся племени. Видать, не разглядели, что женщины здесь составляют большинство. Синеглазый был тогда с отцом на острове-рыбе. Обидно, он догнал бы и обязательно рассмотрел бы каждого из шохотонов. Не побоялся бы. Речная вода и галька — богатство родного племени. В дорогу надо брать часть этого богатства. Когда синеглазый подрастет, то сам отправится на поиски перумовой стоянки. Обязательно возьмет с собой камешек со сверлиной. Если через сверлину воду нацедить в ладонь, то все намеченное и задуманное обязательно сбудется. Найти надежное средство защитить родное племя — главное желание синеглазого. Остается найти нужный камешек.
— Хорошему человеку незачем покидать женщин своего рода. И вам негоже далеко уходить от родного становища.
Непоседа, рожденный с шестью пальцами на левой руке, толкнул сидящего рядом с ним кудрявого мальчика и зашептал:
— Спроси у нее, спроси.
Синеглазый мальчишка недолго набирался смелости и спросил:
— Женщина, скажи, все ли чужаки так опасны, как жестокие перумы?
Но бабушка замолчала. На них обратили внимание другие старухи. Лучше не конфликтовать со старейшинами перед вечером посвящения. Бабушка перетирала мази для девочек, размешивала раствор для раскрашивания мальчишеских тел, давая понять, что разговор завершился.
Несовершеннолетние, как это свойственно детям всех племен, принялись дурачиться. Кто-то изображал «южанина»: растопырив локти, он делал вид, что расчесывает себе пятерней длинные рыжеватые волосы. Не скоро дождутся они возвращения безобразной старухи. До вечера она не вернется. Она всегда теряла связь с внешним миром, когда вспоминала о любимой дочери. Давным-давно в песчаную бурю у этой старухи чужаки похитили дочь. Так ее отныне и зовут: «Старуха-Потерявшая-Дочь-В-Песчаную-Бурю».
Малыши, робкие в присутствии старших, расшалились. Те, что повзрослев, даже в мальчишеской потасовке не переставали зевать по-взрослому. Оставшиеся без присмотра женщин, дети рассказывали друг другу страшилки. С замиранием сердца шептали о том, что старухи из совета племени якобы носят под отвислыми грудями фигурки крохотной рыбы. Будто бы те фигурки вырезаны из мальчишеских ногтей. Только двое не участвовали в баловстве. Они не могли прийти в себя от услышанного. Их мысли и настроения были сходны: какое у них замечательное призвание! Они вырастут и покажут этим злосчастным перумам! Синеглазая старуха! Как красиво умеет говорить эта смелая женщина! Рассказам о племени и о Большой Рыбе мне тоже можно научиться», — думал синеглазый. Восторженно смотрел на него мальчик-воришка. Но чем больше смотрел, тем быстрее менялось его настроение. Всегда найдется повод для мальчишеской обиды.
— Почему ты не спросил? — задираясь, спросил шестипалый.
— А ты? Ты давно обещал спросить про южный берег.
— Я?
— Да мне голову оторвут! — обиделся синеглазый и, насупившись, долго молчали, всматриваясь в голубую дымку над южным берегом, настолько притягательным, что они даже принюхивались к возможным ароматам другого мира. Южный берег давно их манит. Живут ли там люди, на которых никогда не устраивали Великой Охоты ни грязные перумы, ни дикие шохотоны? Есть ли на южном берегу Миссии племена, которые не боятся Китовласа и Илобиса?
Но и без другого
Как-то раз произошло событие, которое он запомнил на всю жизнь. Девочка, которую он спас от перума, вдруг разговорилась с ним на берегу реки. Они стали играть в камешки, баловаться и бегать у воды. Он показал ей забавный детский секрет, как, засовывая голову под воду, он смотрит на каменных рыб. Под водой камни представлялись живыми рыбами и прочими животными из цветных снов. Девочка ему доверяла, как, может быть, не доверяла родителям. Повторив его действия, отчаянная девчонка поцеловала Победителя-Перума. Захлебнувшись, мальчик выскочил на песчаный берег, потрясенный сильнее, чем тогда, когда священной водой обрызгивал самого Илобиса. Давно убежала девочка, оставив его одного на солнечном берегу, но он долго не мог успокоиться, унять дрожь в коленках. Подводный поцелуй заставил его по-новому взглянуть на соплеменников. Зов воды всегда будет ему напоминать о девичьем сострадании. О понимании, которого он не встретил у взрослых.
Ему удалось одолеть слугу Илобиса. Почему же девичьи коленки имеют над ним такую магическую силу? Неужели он родился не для подвигов и свершений, а для того, чтобы стать зависимым от лукавых глаз и нежной кожи? Какие-то они странные, эти женщины. Старухи, бабушка, матери, девушки. Тела у них различные, но всегда приятно-округлые. Они… они вроде человеко-рыб! Женщины больше похожи на рыб, чем угловатые и жилистые мужчины. В чем же главное отличие девочек от тонкоруких и сутулых мальчишек? Девочки в становище любили веселого веснушчатого толстяка — мальчика, родившегося в роду, члены которого имели самые большие шалаши. Девочки жили отдельно в женских шалашах, и только толстяку разрешалось приходить к матери и переступать порог шалаша старших женщин. Своенравные старухи управляли племенем. Женщины всегда больше внимания уделяли девочкам, а не мальчикам. Может быть, потому, что девочки ближе к рыбам, чем мужчины? Но, размышляет маленький мальчик, они дальше от воды, чем смелые мужчины. Племя беспрекословно слушается главную среди старых женщин, Все чаще Та-Что-С-Сухими-Волосами болеет, и племя готово к ее скорой смерти. Часть власти попала в руки Той-Что-Беседует-С-Камнями, поэтому вход в гроты маленьких девочек всегда оберегался ее родом. Она — родная сестра безобразной старухи. Их род навязывает речному племени культ Говорящего Камня. Женщин больше, чем мужчин. Девчонок больше, чем мальчиков. Им принадлежит грот в центре становища. Женщин так же много, как гальки на речном берегу. Мальчиков и мужчин так же мало, как зарослей камыша на гористых террасах Миссии. Ох эти девчонки! Они готовы дружить с врунишкой или с мальчиком, у которого во сне вытекала слюна изо рта. С дурным негодником готовы общаться, но не с синеглазым!
Возможно, девочек пугало прошлое его отца и настораживало то, что синеглазый — единственный среди мальчишек, кто умеет плавать. Разве обещает что-нибудь хорошее дружба с мальчишкой, который умеет плавать? Подружится какая-нибудь девочка с таким никудышным мальчиком, а он и уплывет по реке Миссия в страну мертвых предков! Или, что ещё страшнее, ночью вернется со дна реки не один, как это водится с теми, кто глубоко заходит в воду. Вернется с утопленниками и мертвецами. Бр-р…
Да, плавание — любимое развлечение внука синеглазой старухи. А еще он любит далеко забредать от скалистых пещер. Нет, он никогда не уходит от родного песка на расстояние, большее чем один день пешего перехода с женщинами. То есть перехода, когда идешь с мамой, часто в пути останавливаешься и отдыхаешь. Плавает он медленно и пока не рискует отплывать далеко от родного берега. А бегает хуже всех. И не успевает добежать до большой ямы и вернуться назад так, чтобы никто тебя не хватился. Другие мальчишки за такие проделки всегда остаются безнаказанными. Синеглазый отчаянно хочет научиться быстро бегать. Юного мечтателя манит к себе заветный южный берег Миссии, неизведанная цветущая земля. И совсем ненавистны для него каменные гроты. В шалаше он родился, но в сырых пещерах прошла вся недолгая детская жизнь. Ах, как хочется с кем-нибудь поговорить!