Пророчество
Шрифт:
– А я удавлю отстраненного и забытого убийцу твоей матери, - кровожадно решил опекун, взглядом спрашивая, не жалко ли мне отца.
Я кивнула, признавая его право.
– А когда подрастет наш сын, королевство перейдет к нему. Будем его учить править и готовить к бремени императорской власти, - предложил Редгадан.
Мы дружно согласились.
Глава 18. Ночь перед свадьбой
Камилла
Я крутилась в постели, но сон не шел. Вдруг окно распахнулось и в спальню проник
– Ред? – удивилась я. Чмокнула его в плечо и обняла.
– Я любимая, - он уложил меня на себя и потянул вверх шелковую сорочку, оголяя и поглаживая жадными руками. – Пришел еще раз извиниться за все, что натворил и наговорил. Я сильно перед тобой виноват. В тот вечер мать своей ревнивой истерикой спровоцировала меня посетить твой домик. Если бы я по-идиотски не поддался, то заново познакомился с повзрослевшей тобой на балу, начал ухаживать как ты того заслуживаешь. Когда ты полюбила бы меня, организовал для моего нежного синеглазого цветочка достойную пышную свадьбу.
– Я обижалась даже не на то, в каких условиях вы лишили меня девственности, - млела от нежно поглаживающих мое маленькое тельце огромных ручищ демонюги, - в конце концов это было горячо. Теперь я это понимаю. Но когда появились опекун с няней, а ты продолжал удерживать меня бесстыже распятую на своем стволе и демонстрировать им… Было до невозможности стыдно, сердце разрывалось внутри и хотелось умереть. А твои слова… Я видела гнев и разочарование в глазах опекуна и чувствовала себя грязной дешевкой, которой теперь могут пользоваться все, кому не лень. Мне казалось, что жизнь разрушена и смысла в ней больше нет.
– Милая моя, кукую же боль я причинил, – запричитал покаянно Ред. – Ты не дешевка, а самая главная моя драгоценность. Дороже тебя у меня никого нет. Прости, если сможешь. Чувствую себя редкостным мерзавцем, разрушившим твои мечты, унизившим, лишившим всего того, о чем мечтают юные девушки.
– Да уж, - вздохнула я.
– Когда появился отец, - рассказывал демон, ласково поглаживая, - я еще наслаждался отголосками наших оргазмов. Разрядившись в тебя, инстинктивно не смог отпустить, утверждая права перед другими самцами и проталкивая свою драгоценную жидкость поглубже в невинный животик. В душе я надеялся на то, что она даст свои плоды.
Это какое-то сверхъестественное чувство: держать в руках сокровище и желать, чтобы от подаренной тобой частички зародилась новая жизнь. Когда ты стыдливо барахталась на глазах у вошедших, я был совершенно невменяем: провалился в новые чувства и занимался твоим осеменением. Я очень виноват, но в такой момент не мог позволить тебе вырваться и раскупорить надежно охраняемую мной дырочку. Поэтому, когда ты стала выскальзывать, я ощутил дикую ревность к отцу и бросил сгоряча те злые и жестокие слова. Прости, любимая, я ничего такого не думал.
– Прощаю, - повернулась и поцеловала его, поняв, как сложно ему было, как он
Ухмыльнувшийся Ред начал исступленно целовать меня, и мы утонули в нашей страсти.
– Умоляю, поцелуй меня ниже, - прошептал он.
Я посмотрела в его необыкновенные, горящие огнем инфернальные глаза и кивнула.
Муж сел и, поставив меня на четвереньки, перекинул через колено. Потом он подтолкнул меня личиком к своему полностью готовому к употреблению члену.
– Ах, - успела произнести недолго остававшимся на свободе ротиком.
– Да, родная. Смочи его. Сожми у основания в кулачок.
Я сделала как он просил и упоенно облизала, обильно омывая слюной.
– Помогай себе ручкой. Я слишком велик для моей девочки, - сокрушался такой непривычно нежный и робкий демон.
– Ммм, - растроганно замычала, решив выложиться по полной и принести моему мужчине максимальное удовлетворение.
Я делала все так, как учил меня Шакир. Старалась захватить поглубже, чтобы Реду было хорошо. Постепенно у меня стало получаться заглатывать до основания. Было непросто и из глаз брызгали слезки.
– Любимая моя… Единственная, - стонал он, поглаживая мои спинку и попку.
– Ммм, - старалась я.
– Сладкий ротик… Сочная малышка… Блудница моя, - восторженно приподнимая бедра навстречу и ныряя смоченным в слюне пальцем то в одну, то в другую мою норку, порыкивал огненноволосый красавец.
Я дико возбудилась, когда почувствовала, как напряглись его бедра от подступившей эмиссии, максимально набухла головка, потяжелели и подтянулись яички. Скулящий от наслаждения, Ред положил руку мне на затылок, прижал к паху, затрясся и разрядился. Я проглотила все до последней капли и благодарно облизала его крупный орган, радуясь, что смогла доставить удовольствие.
– Прости, но я не позволю тебе пока получить освобождение. Хочу, чтобы ты стонала и ревела от перевозбуждения, не достигая разрядки до самого конца. А потом тебя сметет такой волной, что, стоя с нами в храме и произнося брачные клятвы, ты утонешь в мечтах о предстоящей брачной ночи, истекая ручьями желания и тревожа звериное обоняние, - заявил Ред, подхватив меня на руки и переместив в другой конец комнаты.
Он поставил меня у большого настенного зеркала, попросил опереться руками по сторонам от него, развести ножки и прогнуться в пояснице. Потом он медленно поднялся руками по моим ножкам, поглаживая их и задирая тонкую ночную сорочку.
– Ах, - возбужденно задышала я.
– Моя мокренькая бесстыдница, - произнес он и скользнул стволом в мою норку, счастливо вздыхая. Начал медленно двигаться и повесил вокруг нас светлячков.
– Ооо, любимый, - довольно простонала от долгожданной наполненности.