Шрифт:
ИСПРАВЛЕНИЕ ОШИБОК
«1 сентября.
Дорогой Дневник!
Вот и начался новый учебный год. Я иду в восьмой класс. Снова город, снова школа, все как всегда.
Дома все спокойно. Может, это и к лучшему, что я потеряла дар… Во всяком случае, не будет больше этих сумасшедших историй со спасением мира. Жалко только, что мне теперь не зайти в тайную комнату, там много интересных
Первое сентября… Каждый год ждешь этого дня, как будто он принесет что-то необычное. А на самом деле это всего лишь встреча со своими одноклассниками, с которыми не виделись три месяца. Мда… долгих три месяца… Получается, что с Настей мы не общались гораздо дольше…»
***
– Соня, опоздаешь в первый же день! – поторопила мама, заглянув в комнату.
– Все, я уже ухожу, – ответила Соня, и, уже стоя возле стола, дописала:
«Загадаю себе, как пройдет сегодняшний день, таким будет и весь учебный год».
Она быстро захлопнула тетрадь, засунула ее под матрас, еще раз взглянула на себя в зеркало – непривычно было после такого перерыва снова надеть школьную форму – и выбежала из комнаты:
– Пока, мам! Пока, Сань! Я ушла!
Вокруг школы ровными рядами раскинулись заросли калины. Весной они покрывались белоснежными шапками соцветий, летом радовали глаз резной зеленью и ярко-красными гроздьями ягод, осенью, пестря разноцветными листьями, были похожи на огромный букет, будто специально украшающий школу к началу учебного года. Кроме того, что они были необычайно красивы, эти заросли могли послужить еще и хорошим укрытием от посторонних глаз, чем и воспользовалась Соня. Она встала так, чтоб ее не заметили со стороны школы, а ей наоборот были видны все входящие. Будет неприятно, если Настя выскажет ей все что о ней думает в классе, прямо при всех. Справедливо, конечно, но неловко и как-то стыдно, что ли… Поэтому Соня решила подкараулить ее здесь – у входа в школу – все выяснить, расставить все точки, а потом уже и решать, как быть дальше.
Первоклашки, испуганные и торжественные, с шикарными душистыми букетами в хрустящем целофане, торопливо пробегали, сопровождаемые взволнованными мамами. Девочки с огромными белыми бантами, каждый из которых по размеру был больше головы, во все глаза рассматривали всех встречных школьников. Ребята постарше вели себя уже более уверено, здоровались со знакомыми, останавливались, чтоб поговорить. Все были нарядные и радостные. Соня провожала взглядом всех, кто заходил в школу. Уже прошли почти все ребята из класса, а Насти все не было. Может быть, она пришла раньше, еще до того, как Соня заступила на этом своем посту?.. Она постояла еще чуть-чуть и решилась зайти в здание.
Соня подошла к двери класса и остановилась. «Надо же, как я волнуюсь, – подумала она. – Будто с того момента, когда я была здесь в прошлый раз, прошла целая вечность…» Было от чего беспокоиться. Ведь Соня запланировала сегодня помириться с
– Соня? – вдруг раздалось за спиной в тот самый момент, когда она уже была готова открыть дверь. Соня оглянулась:
– О, Настя?… я… эээ… как раз о тебе думала… Привет! – пробормотала она и растерянно улыбнулась. Соня столько репетировала, что она скажет подруге при встрече, и что та ей ответит, а сейчас совсем растерялась и позабыла все свои подготовленные и отрепетированные речи.
– Привет. Ты заходишь? – Настя кивнула на дверь. Она была безразличная, или хотела такой казаться, но, кажется, что она даже не заметила Сонину неловкость и ее робкую улыбку. Она вела себя вежливо, но строго. Похоже, что у Насти не было желания снова ссориться и ругаться, а ничего другого она от Сони не ожидала.
– Что?.. А, да… Сейчас… Настя, я вообще-то тебя ждала. Я хотела поговорить… извиниться… – добавила она тихо, даже, скорее буркнула, чем сказала.
– Что-что? – не расслышала Настя.
– Извиниться я хотела! – погромче повторила Соня, отводя взгляд. – За прошлый год… за весь…
Соня и представить не могла, что просить прощения – это, оказывается, так сложно. От волнения покусывая нижнюю губу, она с надеждой уставилась на подругу. Настя пристально посмотрела на нее, обдумывая, стоит ли верить тому, что она сейчас услышала. А потом вдруг радостно улыбнулась:
– Мне очень не хватало нашей дружбы! – сказала Настя. – Если ты, конечно, не шутишь.
– Какие тут шутки? – с облегчением выдохнула Соня. – Фух! Я не знала, как к тебе подойти, как все это сказать, чтоб ты меня выслушала.
– Давай просто сделаем вид, что нашей ссоры не было, хорошо?
– Ты себе представить не можешь, как бы я хотела, чтоб всего прошлого года не было!
– Ну, чего вы тут столпились? – спросила Маринка Шахина, подойдя к кабинету. – Вы будете заходить? Или в коридоре останетесь? Только проход загородили! Жирные толстухи!..
Растолкав девочек локтями, она протиснулась в кабинет. Настя с Соней переглянулись и прыснули со смеху. Похоже, все встает на свои места? Так, смеясь, они и зашли в кабинет. Тамара Петровна, сидящая за столом, сложив миниатюрные ручки одну в другую, с улыбкой смотрела на учеников. Все вокруг галдели, делясь впечатлениями от прошедших каникул, а учительница переводила взгляд с одного на другого, отмечая про себя изменения, прислушиваясь к их рассказам. Она обернулась на смех, вошедших в класс Сони и Насти, и с нескрываемым удивлением воскликнула:
– Соня, ты никак решила прислушаться к школьным правилам и к моему мнению?! – Учительница с явным удовольствием осмотрела ее с ног до головы, как будто в том, что Соня, наконец-то, надела форму, была ее личная заслуга.
Молча улыбнувшись и пожав плечами, Соня прошла на свое место. Не будет же она всем объяснять истинную причину своего поведения в прошлом году. Да и Тамаре Петровне, наверняка, приятно думать, что именно ее слова и многолетний педагогический опыт повлияли на упрямую ученицу.