Пророчество души
Шрифт:
— Конец! — я вздохнула, выронила катану и погрузилась в объятия Феникса с облегчением. — В этот раз все кончилось, да?
Феникс заглянул в мои глаза, в мою душу.
— Думаю, да, — сказал он с первой беззаботной улыбкой за все время, что я его знала. — Твоя жизнь с моей, как всегда?
Тепло наполнило мое сердце, и я знала, что это чувство не было связано со Светом.
— Всегда, —
Феникс склонился, и я услышала настойчивое мяуканье, опустила взгляд. Нефертити с песочной шерстью, мерцающей от порошка из стекла, терлась об мою ногу, требуя внимания. Я посмотрела на Феникса и закатила глаза.
«Вовремя, Нефе!» — подумала я, но подняла верную кошку и отряхнула ее шёрстку.
— Как ты выжила? — спросила я, гладя ее шерсть. Она громко урчала в ответ.
— Думаю, у нее девять жизней, — рассмеялся Феникс, дружелюбно почесав ухо Нефе.
— Думаю, у всех нас девять жизней, а то и куда больше! — Тарек взглянул на исцеленных и мягко сияющих выживших.
Его шутка разбила напряжение, я рассмеялась. Мое счастье задело всех, и вскоре все мы смеялись, даже Гоггинс. Радость после многих дней и ночей бега и борьбы. Я не могла поверить, что неделю назад праздновала день рождения Приши с Мэй, говорила о концерте и отдыхе на Барбадосе. Я отказалась от своей натуры Первого Предка, объясняя Проблески как воображение!
А я оказалась больше, чем мечтала и воображала.
Я одолела Танас. Одолела Тьму. Я спасла Свет.
Волна облегчения затопила меня, и я поняла, что загладила вину за то, что подвергла Хейвен опасности, спасая своего Защитника. Масштаб того, кем я была, что я сделала вместе с Предками и Защитниками, стал впитываться…
Как и осознание последствий моих действий.
Моя радость угасла, я посмотрела на безжизненные тела среди обломков после взрыва. Столько смерти и разрушения. В таком жалком состоянии Дамиен снова казался подростком, каким был раньше. Темноволосый и бледный, с юным худым лицом, он не отличался от мальчиков в моей школе.
— А Охотники? И другие Воплощенные? — робко спросила я у Калеба. —
Калеб убрал тонкий меч в трость с набалдашником в виде головы льва. Он опустился на колени, осмотрел Воплощенного, растянувшегося у его ног. Глаза мужчины были пустыми, не видели.
— Такой сильный взрыв Света выжег Тьму в их душах, — объяснил он. — От них самих осталось так мало, что, боюсь, мы забрали и их жизни.
Я сглотнула, ощущая горечь вины.
— Их души вернутся? — спросила я.
— Сложно сказать, — ответил Калеб. Он встал с помощью трости. — Но я надеюсь, что их очищенные души переродятся. И они будут тогда свободными, более счастливыми и благодарными за жизнь, чем раньше.
Это немного успокоило мою совесть. Мой взгляд упал на тело Танас, черные волосы скрыли ее лицо, как маска смерти.
— А Танас? Она вернется?
Калеб повернулся ко мне с уверенным и гордым видом.
— Несомненно, Дженна, ты из Пророчества, — заявил он, голубые глаза сияли, как алмазы. — Та, что зажигает Тьму, когда никто не может создать искру! Как солнце отгоняет ночь, так и твой Свет послал Тьму туда, откуда она прибыла. Искаженная душа Танас пропала навеки.
Пророк поднял руки к ночному небу, и небо будто взорвалось звездами, словно все потерянные и живые души горели теперь чисто и ярко. Первые Предки и Защитники присоединились к праздничному ритуалу. Отложив оружие и подняв руки, они тихо пели, как райский хор.
Я удивленно смотрела, Нефе вдруг зашипела и напряглась в моих руках.
— Что такое? — я попыталась успокоить ее, но она выпрыгнула из моей хватки.
— Хвала Свету! — пел радостно Калеб, все глядели на небо. — Дженна — истинная ду…
Он подавился, сияющие глаза расширились в шоке, он откашлялся кровью. Острый кончик нефритового клинка торчал, как ядовитый шип, из его груди. Калеб обмяк на пол, Танас поднялась за ним с презрительной улыбкой на лице.
— Вот вам и Пророчество! — прорычала она.
Продолжение следует…