Прорицательница

Резник Майкл Даймонд

— Какие-то пораженческие настроения, с моей точки зрения, — сказала Мышка.

— Разве? — спросил Янки Клиппер. — С моей точки зрений, это в финансовом и политическом отношении здоровая практика. В конце концов, кто может знать, что принесет мне завтрашний день, — внезапно он ухмыльнулся, — за исключением некоторых маленьких девочек?

— Когда мы отбываем? — спросила Пенелопа.

— В одиннадцать ноль-ноль по корабельному времени, — ответил пират. — Корабль слишком велик для приземления, так что мы перейдем на капсулу-челнок.

— «Мы»? — переспросила Мышка.

— Несомненно, — ответил Янки Клиппер. — Я отправляюсь с вами. — Он заулыбался. — Я знаю, что капитану не положено покидать свое судно на небезопасной

территории, но я думаю, что нестандартные ситуации требуют нестандартных решений. — Он обернулся к Пенелопе. — Я не имею представления о том, что вы можете со мной сотворить, если я останусь на борту корабля. Вероятно, мне не о чем беспокоиться, но я стараюсь никогда не полагаться на вероятность, если могу действовать наверняка. А вы наверняка не заставите челнок потерпеть катастрофу, раз сами в нем находитесь, так что и я рассчитываю в нем находиться. — Он помолчал. — Мы станем большими друзьями, Пенелопа, дитя мое. Я рассчитываю не выпускать вас из виду до самого завершения операции и все время держать по меньшей мере дюжину вооруженных людей плотным кольцом вокруг нас. — Он еще раз ей улыбнулся. — Если я поперхнусь куском мяса, или у меня случится удар, или еще что-то случится, у них будет приказ немедленно вас уничтожить. Вы понимаете?

— Я понимаю, — сказала Пенелопа.

— Очень хорошо, — сказал Янки Клиппер. — Тогда, возможно, мы даже сможем извлечь удовольствие из сложившейся ситуации. — Он снова помолчал. — По крайней мере нам не будет скучно. Наша деловая встреча состоится на одной из самых интересных планет в скоплении.

— Ах вот как? — сказала Мышка.

Он кивнул.

— Это мир, который я уже давно намереваюсь посетить, но до сегодняшнего дня у меня просто не было времени.

— Как он называется? — спросила Мышка.

— Каллиопа, — ответил Янки Клиппер.

ГЛАВА 21

Каллиопа была известна во всем скоплении Хинеллуса как планета наслаждений, и, конечно, на ее долю приходилось больше обычного публичных домов, притонов, где продавали наркотики, и мест всевозможных извращенных развлечений — но это было бы довольно узкое толкование слова «наслаждение», а Каллиопа в конце концов была целой планетой, а не маленьким районом пресыщенного города.

В западном полушарии она могла похвастаться парком динозавров, огромным заповедником в двадцать две тысячи квадратных миль, по которому бродили восемьдесят тысяч гаргантюанов, теплокровных рептилий с первобытной планеты Кантос VIII. Одно из внутренних морей было заселено завезенными с Пиннипеса II морскими хищниками и промысловой рыбой, и каждый из сотен отелей, которыми было усеяно побережье, предоставлял в распоряжение своих клиентов не только флотилии рыбацких лодок, но и миниатюрные удобные подводные лодки, чтобы можно было наблюдать за охотой.

Здесь были грандиозные ранчо, на которых посетители могли принять участие в настоящих родео, огромные арены, на которых матадоры сражались с храбрыми быками (или любыми другими такими же храбрыми и обреченными животными), головокружительный набор сафари, гольф-клубы без числа.

Как раз за парком развлечений на девятнадцати тысячах гектаров неподалеку от космопорта восточного полушария располагался ипподром, где проводились скачки особей семнадцати видов животных с любого из множества кислородных миров, на которых были разрешены ставки на бегах. Здесь были даже клоны ныне вымершей лошади Земли, и Воин, Цитата, Секретарь и Заводь Сиэттла встречались друг с другом и со своими знаменитыми конкурентами на регулярно проводившихся скачках.

Больше трети Большого Восточного Континента было отведено под охотничьи угодья для энтузиастов сафари, и настолько прославилось это место среди поклонников кровавых видов спорта, что правительство рекламировало не трофеи сафари, а число убитых зверями охотников.

Гора

Ремси могла похвастаться вторым по длине склоном для лыжного спуска в Галактике, и поговаривали, что решивший одолеть его целиком энтузиаст начинал свой путь до рассвета и все еще продолжал его после захода солнца.

На здешних соляных равнинах приводились ежедневные автомобильные гонки, парусные гонки — на реке Джордан и ежедневные спортивные соревнования по более чем тысяче видов спорта на возведенных по всей планете двенадцати гигантских стадионах. На планете было девять городов, и самым крупным из них был Ксанаду. Каждый город представлял бесконечное разнообразие круглосуточно действующих увеселительных заведений, ресторанов, магазинов; два из этих девяти были рассчитаны почти исключительно на иножителей, а третий, под названием Новая Гоморра, располагал семью мультиатмосферными отелями и закрытым парком развлечений для хлородышащих существ.

Компания Янки Клиппера, состоявшая из него самого, Мышки, Пенелопы Бейли и восемнадцати вооруженных охранников, приземлилась в космопорту неподалеку от Ксанаду, и вскоре их имена значились в книге посетителей очень закрытого частного отеля на окраине города близ одного из парков поскромнее. Мышка с Пенелопой поселились в роскошном номере пирата, где все окна и двери находились под постоянным наблюдением его людей, работавших сменами по шесть человек. Еда, питье и все, что бы ни понадобилось пленницам, включая новую одежду для Марианны, доставляли прямо в номер, и ни Мышке, ни Пенелопе не разрешено было покидать помещения; если же Янки Клиппер находил необходимым уйти куда-либо на время, один из его подручных входил в номер и оставался там с оружием наготове до прихода своего шефа.

Наутро второго дня на планете наслаждений Янки Клиппер с только что изящно подстриженной бородой и в еще более роскошной одежде, чем раньше, вошел в гостиную и уселся на кожаный диван.

— Счастлив вас обрадовать, моя юная леди, еще день или два, и вы отправитесь к месту дальнейшего пребывания.

— Кто участвует в торгах? — спросила Мышка.

Пират ухмыльнулся:

— Лучше спросите, кто не участвует. Наша маленькая девочка пользуется огромной популярностью. Ее хочет заполучить Республика, того же хочет Конфедерация, два научно-исследовательских института, одна религиозная организация и девять частных лиц. — Он остановился, раскурил сигару и положил ее на краешек изысканной хрустальной пепельницы. — Мне сообщил Потемкин, что представители всех заинтересованных сторон прибудут самое позднее к завтрашнему вечеру. У нас будет приятный ужин, мы обменяемся любезностями и заключим сделку, а потом, — он затянулся и добавил: — а потом я наконец перестану беспокоиться о том, как бы вы со мной что-нибудь не сделали.

— Я не могу ничего с вами сделать, — сказала Пенелопа, стоя у огромного окна, из которого с высоты открывался вид на центр города. — Я у вас в плену.

— Вы бывали пленницей и раньше, — сказал пират. — Большинство из ваших тюремщиков не смогут нам рассказать, что с ними сталось, но держу пари — ничего хорошего.

— Они были плохими людьми, — сказала Пенелопа, пожав плечами.

— Когда-нибудь я умру от старости, — сказал пират, пожав плечами. — А тем временем, однако, я предлагаю вам поразмышлять над неприятностями, ожидающими вашего друга в случае любого нежелательного происшествия в моей жизни.

Он вышел из гостиной, и дверь закрылась за ним.

— У тебя один день по галактическому стандарту для того, чтобы найти нашего неведомого друга, — заметила Мышка. — Или, точнее, у него есть один стандартный день, чтобы найти нас, потому что маловероятно, чтобы мы выбрались из этого номера, разве что кто-нибудь перестреляет всех стражников Янки Клиппера.

— Мы выберемся, — с убеждением сказала Пенелопа.

— Каким образом?

Девочка пожала плечами.

— Еще не знаю. Будущих очень много.