Проповеди. Том 3.
Шрифт:
В душе человеческой должен воссиять свет, должна пройти в ней ночь, ночь неведения Бога, ночь сладострастия, объедения, удовлетворения похотей и страстей своих, и должен воссиять свет.
Есть много несчастных людей, в душе которых всегда царствует тьма, подобная тьме ночной, но и у них есть слабый свет в душе, подобный свету мерцающих звезд. Это свет совести их, ибо совесть пробуждает нас от тьмы, совесть указывает нам свет, совесть указывает, что идем мы во тьме, в кромешной тьме, совесть указывает путь к свету.
И только тогда, когда человек прислушивается
А у тех, кто попирает Кровь Христову, ни во что святое не верует, кто живет по воле плоти своей, подчиняясь страстям и похотям своим, для тех путь не озарится светом, для тех ночь не пройдет, и в глубокой тьме окончат они свою греховную темную жизнь.
А что значат слова апостола: "Облекитесь во Христа"? Как можно облечься во Христа? Теплые одежды зимой, летние одежды летом хранят тело наше от холода и зноя.
Но душа наша тоже страдает от холода и зноя – от глада бесовских наваждений, от зноя страстей и похотей. И надо, надо, чтобы и душа наша согрелась подобно тому, как согревается тело наше. Что же согревает души наши? Только благодать духа Святого, ибо она так необходима для души нашей, как одежда для тела, ибо без этой защиты ничто не защитит нас от адского холода; ничем не защитимся от окаянного зноя страстей и похотей.
И вот по мере того, как все дальше и дальше идем по указанному Христом узкому и тернистому пути, как исполняемся любовью к ближним своим, по мере того, как творим заповеди Христовы, волю Его исполняем, – по мере этого облекаемся во Христа, – во святые духовные одежды облекаются души наши.
Говорит святой апостол, что когда ночь пройдет и воссияет свет, должны мы изменить всю жизнь свою, постепенно изменить ее. Не должны предаваться пированию, пьянству, сладострастию, зависти, похотям своим, должны жить новой жизнью, жизнью святой, жизнью чистой.
А как много есть несчастных братьев наших, которые не ведают этого, слышать не хотят этих слов апостола, которые никогда, даже в страстные дни, даже в великую пятницу не боятся упиваться вином, не боятся предаваться пированию. А с нами да не будет этого!
Настало время великого поста, то время, когда должны мы научиться воздержанию, воздержанию не только от объедения и вкусных яств, но всякому воздержанию – воздержанию от похотей своих, воздержанию от злых слов и от злобы и ненависти.
Начинается это благословенное время, когда должны мы жить совершенно иначе, плоть свою смиряя постом, ибо велико значение поста.
Если научимся смирять похоти плоти, то мало-помалу научимся и воздерживаться от всего, что оскверняет душу нашу, от всякой неправды, от нечистоты духовной и телесной.
Наступило блаженное время, когда должны мы прекратить пирование, когда должны оставить сладострастие, когда должны оплакать грехи наши – наступило это благодатное время.
Радуйтесь тому, что оно наступило, и проведите его так, как учит святой апостол.
Аминь.
7 марта 1954 г.
Неделя мясопустная.
О
Недавно я говорил вам о необыкновенной глубине сердца разбойника, внезапно уверовавшего в распятого рядом с ним Господа Иисуса Христа, а ныне предложу вам беседу о сердцах всех святых.
К этому подает повод то обстоятельство, что Святая Церковь пятое воскресенье поста посвящает памяти величайшей преподобной – Марии Египетской. О ее сердце прежде всего буду говорить.
Мария была блестящей молодой красавицей, жившей в огромной Александрии, столице Египта. Своей красотой она пленяла многих, многих молодых людей, развратом своим стяжала она великое богатство и жила в роскоши. Однажды пошла она погулять на берег моря, и увидела там корабль, готовый к отплытию, и узнала, что корабль этот со многими богомольцами направляется в Иерусалим к празднику Воздвижения Креста Христова.
Пришла ей прихоть и самой поехать на этом корабле, и поплыла она, и во все время пути, по своему обыкновению, соблазняла она молодых мужчин, ехавших вместе с нею, и грешила во все время плавания своего.
Приплыли в Палестину, пришли в Иерусалимский храм, и вся толпа народа стала проходить внутрь храма, но когда Мария хотела войти внутрь храма, какая-то неведомая сила удерживала ее, преграждала ей вход в храм. Она была потрясена этим. Она несколько раз еще пыталась войти, и каждый раз сила неведомая отталкивала ее, не позволяла ей войти в храм. Тогда взор ее упал на икону Пресвятой Богородицы, висевшую над входной дверью, и она с глубоко потрясенным сердцем обратилась с пламенной молитвой к Богородице, прося ее помочь, прося о том, чтобы исходатайствовала пред Своим Предвечным Сыном прощение ей, окаянной грешнице. После этой молитвы она смогла войти в храм.
Воздвижение креста потрясло ее еще больше, и в ней произошел внезапно глубочайший переворот.
Она вышла из храма и пошла в дальний путь, на берега Иордана, переплыла Иордан и ушла в Заиорданскую пустыню, далеко, далеко в пустыню ушла, и в этой пустыне, не видя никогда лица человеческого, прожила 47 лет, неведомо чем питаясь.
Как протекала жизнь ее, неизвестно, знаем только из ее предсмертного рассказа, что 16 лет еще мучилась, тяжко мучилась она воспоминаниями о той роскошной жизни, о тех изысканных яствах, о винах, которыми услаждалась она.
И только через 16 лет оставили ее эти мучительные, эти соблазнительные воспоминания. Во время своей жизни в пустыне в течение 47 лет стяжала она необычайные дары Святого Духа. Она, никогда не читая Священного Писания, глубоко знала Его, ибо была научена ему Самим Духом Святым. Молитва ее была так необыкновенна, что во время ее она поднималась в воздух довольно высоко, и, стоя в воздухе, воздев руки к небу, долго-долго со слезами молилась.
Посмотрим же, что это было за изумительное сердце женщины, сердце, которое было прежде полно нечистоты, мерзости, блуда, разврата, и в котором произошел внезапно такой радикальный изумительный переворот.