Пропавшие

Сирота Александр

Сергей отшатнулся и чуть не упал на пол от страха. В одну секунду он превратился в того маленького мальчика, искренне верившего в существование чудищ, живших под его кроватью. Он и до сего момента понимал, что с Иркой что-то не так. Еще в спальне Лизы уловил какую-то незримую перемену в ее обличии. А сейчас, при лучшем освещении, он увидел и обомлел. Руки и лицо Иры изменили цвет. Они стали пепельно-серыми. А глаза… когда она их открыла, зияли чернотой. Роговица и белки глазных яблок, приобрели насыщенный черный цвет. В нечеловеческих бездонных блюдцах отплясывало отражение огоньков свечи.

Сергей

еле подавил внезапное желание бросить все и сейчас же убежать отсюда, куда глаза глядят. Он понимал, жена сейчас отчаянно нуждается в его помощи. Только не имел ни малейшего представления, чем ей можно помочь, и что вообще произошло. Он взял ее похолодевшую руку, робко заглянул в черную пропасть, ввергающую его в ледяной ужас, и спросил – Ир… ты чего?..

– Оно было… позади… – чуть приподняв голову, прошептала она чуть слышно, – я его… по… – на полуслове глаза закрылись, голова откинулась назад.

Сергей понял – глаза его жены больше не откроются никогда.

Ужас сковал его стальной хваткой. Ему хотелось плакать. Страх, смятение, непонимание… все смешалось в жуткий эмоциональный вихрь безысходности. Все установ-ленные жизненные стереотипы поведения просто улетучились. Сергей не знал что делать. Он снова оказался в комнате с монстрами. Он понимал, сейчас они настоящие.

Тут в его мозг будто раскаленную иглу вонзили. – Лиза – она там одна в комнате, ей грозит опасность, надо… – мысль оборвалась… Все свечи погасли в одно мгновение, и дом снова поглотил мрак. В полной темноте Сергей оцепенел. В сознании вспыхнули последнее слова жены – «Оно было позади… я его… по…». – Почувствовала. – Сказал он, в кромешной тьме. – Сейчас он тоже четко чувствовал присутствие чего-то за своей спиной. Оно положило ледяные руки ему на плечи. Сергей хотел сказать «Не надо», но слова застыли у него в горле…

Глава III

Второй день

Утро второго дня ничем особо не отличалось от предыдущих.

Поселок, как обычно, просыпался вместе с восходом солнца. В большинстве своем население занималась фермерством и домашним хозяйством. Поэтому заботы-хлопоты не терпели отлагательств. Только вот сегодня все было немного не так, как обычно. Почти все жители поселка проснулись утром с «тяжелой головой». Привычный жизненный уклад сильно пошатнулся. Он сменился тягостной неопределенностью. Желание немедля разобраться во всех непонятках, отодвинуло на второй план все остальные дела и проблемы.

Внезапная утеря привычных благ цивилизации давила на мозги тяжким грузом. Нет газа, нет света – это случалось и раньше, и довольно часто. Но есть же, в конце концов, специальные службы, в обязанности которых входит решение этих житейских проблем. Только вот уведомить эти самые службы о случившейся беде, не было никакой возможности.

По-быстрому справившись с хозяйственными делами, люди выходили на улицу в надежде, что все уже разрешилось само собой. Сейчас, всем объявят о каком-то сумасшедшем розыгрыше, на манер реалити-шоу, устроенного каким-то не менее сумасшедшим телеканалом. Мало ли чего могло случиться в этом безумном мире. В общем, различные предположения у людей возникали.

Спустя

пару часов после рассвета, движение на улице организовалось весьма оживленное. Выползая из своих дворов, народ собирался в небольшие компании и рьяно обсуждал события вчерашнего дня. Обычно тихий и сонный поселок, сейчас напоминал переполошенный муравейник. Одновре-менно столько людей на улице возможно увидеть лишь на пасху, майские, да новогодние праздники. В общем, разговоров и выдвинутых гипотез было множество. Кто-то, уличал в происках нечистого, упоминались и пресловутые спецслужбы, и глобальные экологические катастрофы, и конец света, и даже козни нынешних властей.

Постепенно, мелкие группки стекались в более многочисленные соединения, а те, в свою очередь, слились в одну большую толпу.

Кто-то, из особо сообразительных, предложил устроить общий сбор в центре поселка и там уж всем миром решать, что дальше делать. Толпа одобрительным гулом поддержала это предложение и все дружно двинулись в центр.

Вся инфраструктура поселка, не считая трех маленьких магазинчиков, разместилась в одном единственном админи-стративном здании. Там обосновались: поселковый совет, небольшой медпункт и почтовое отделение.

Продвигаясь все ближе к центру, «южане», так условно назывались жители южной части центральной улицы, соответственно жители северной части назывались «северяне», наводняли свои ряды все новыми членами из числа людей присоединившихся по ходу движения.

Подобравшись к самому центру, «южанам» стало ясно, что «северяне» пришли к такому же выводу. Их огромное сборище уже собралась перед административным зданием. Постепенно, две большие группы слились в один большущий балаган.

Публика собралась весьма разношерстная – от сварливых домохозяек и пенсионеров, до местной интеллигенции в лице дачников, обменявших свои квартиры в каменных джунглях на уютные коттеджи в тихом живописном местечке.

Гул на улице стоял, как в пчелином рою. Такого многочисленного собрания поселок, наверное, не знал за всю свою историю. Естественно, никакого регламента работы собрания небыло, и о каком-то определенном порядке деятельности сборища речь не шла. Все происходило само собой – спонтанно. Но все, конечно, ждали просто по привычке, что сейчас кто-то должен исполнить роль «авторитетного вожака», и как обычно водится – толкнуть речь.

Роль этого самого авторитетного вожака сейчас возложила на свои хрупкие плечи глава местного поселкового совета – Светлана Владимировна Онищенко. Она, статная женщина бальзаковского возраста, имела многолетний опыт работы на этой должности и, как сама думала, довольно неплохо с ней справлялась.

Выступать перед публикой ей было не впервой. Хорошо поставленный голос и великолепная дикция, выработанная за годы работы, качественно отличали ее от остального контингента. Лучшего кандидата на эту роль было не сыскать. К тому же, Светлана Онищенко – представитель власти. Поэтому она считает себя просто обязанной действовать первым номером. Вот только что говорить, Светлана Владимировна толком не представляла, и поэтому очень сильно волновалась.

Наконец, собравшись с духом она вышла на порог. Гул толпы немного приутих. Сглотнув ком в горле, местная начальница заговорила: