Пропавшие
Шрифт:
— Иногда ты говоришь загадками египетских богов, — сказал Бойд.
— Египетских богов? — Лотти изучала отпечатки пальцев на доске.
— Как бы иероглифами. Ну, знаешь, язык символов, — попытался объяснить Бойд.
Лотти вздохнула. На этом этапе она согласилась бы на любой знак, указывающий им правильное направление. Хоть что-нибудь, чтобы заполнить эти пустые фрагменты. Она изучала фотокопии татуировок Сьюзен Салливан и Джеймса Брауна.
— Интересно, могут ли это быть древние символы? — Лотти сравнила татуировки Брауна и
— Это кресты в кругах, — прокомментировал Бойд.
— Нет, это не кресты, — ответила Лотти. — Возможно, они связаны с ритуалом или какой-нибудь сектой. Интересно, есть ли и у третьей жертвы, которая на самом деле была первой, татуировка?
Она набрала личный номер Джейн Дор. Патологоанатом ответила сразу же.
— Полагаю, было бы слишком — ожидать, что у нашей последней жертвы тоже была татуировка?
— Я провела тщательный осмотр внешности, но не обнаружила ни одной татуировки, — ответила Джейн Дор деловым тоном. — Я скоро начну проводить вскрытие. Направлю вам свой предварительный отчёт, как только закончу.
— Есть что-нибудь по анализам ДНК? — спросила Лотти. — Мне нужно убедиться, что это и правда отец Ангелотти.
— Я говорила вам, что на сравнение анализов ДНК могут уйти недели. Не стоит чрезмерно на это надеяться. Найдите кого-то, кто мог бы опознать тело.
Ещё один тупик. Лотти надеялась, что жертвой был отец Ангелотти, а иначе она окажется в глубоком дерьме, уже сообщив епископу, что это пропавший священник.
Лотти снова посмотрела на тату. Может, отец Джо сможет пролить на них свет. Неортодоксальное поведение, требующее помощи от потенциального подозреваемого, но какого черта?
«Просто закопаю себя ещё глубже».
Лотти ударила колокол во второй раз. В конце концов сгорбленная маленькая монахиня открыла дверь.
— Я бы хотела поговорить с отцом Джо, пожалуйста, — сказала Лотти, поняв, что наклоняется к монахине.
— Я не глухая, знаете, — ответила та, — и его называют отец Бёрк.
Лотти вообразила старую монахиню в ее расцвете сил, выбивающую жизнь из испуганной молодежи в школе.
Она держала дверь закрытой.
— Прошу прощения, я хотела сказать, отцом Бёрком, — исправилась Лотти. — Он на месте?
— Уже нет, — ответила женщина в платке, закрывая дверь.
Лотти сунула ногу в дверной проём, надеясь, что ей не раздавят ногу.
— Что значит уже нет? Я разговаривала с ним вчера.
— Его тут нет. Он уехал, — сказала монахиня властным тоном.
— Есть кто-нибудь, с кем я бы могла поговорить о том, почему он уехал? — спросила Лотти, пытаясь побороть охватывающий её страх. Отец Джо был важен для их дела, хоть она сама и не верила, что он мог совершить преступление.
— Я не могу вам помочь. Вам придётся поговорить с епископом Коннором.
Лотти отскочила, когда деревянная дверь захлопнулась, и замок врезался в засов. Она шагнула под сильный ветер и направилась по тропинке,
Будет Бойду потеха. «Задал стрекача», — скажет он. Инстинктивно Лотти понимала, что было что-то большее. Она попробовала дозвониться отцу Джо на мобильный — выключен. Ей отчаянно нужно было найти его.
Выдыхая тёплый воздух на свои замёрзшие руки, Лотти жаждала закурить и представила Кэти, курящей травку. Ей нужно было сделать что-то конструктивное. Например, разобраться с дочерью.
Глава 40
Четверо мужчин сидели за длинным столом с чашками кофе в руках. Каждый из них был взволнован, подозрителен к остальным, беспокоился и боялся.
Том Рикард заговорил первым:
— Ну и?
— Нам не стоит встречаться таким образом. Кто-нибудь может увидеть нас, — сказал Майк О’Брайен, нервно стряхивая перхоть со своих плеч. — И мне нужно вернуться в банк прежде, чем кто-то заметит моё отсутствие.
— Критическая дата приближается. Мы должны быть уверены в том, что делаем, — сказал Джерри Данн. — На заседании совета такое не пройдёт.
— Я должен быть уверен, что вы одобрите разрешение на планирование, — сказал Рикард, указывая пальцем на Данна. — Нужно, чтобы это строительство продолжалось, иначе я стану банкротом.
Данн выпрямился на стуле, разглаживая складки на своих безупречных брюках в тонкую полоску:
— Я знаю, как это важно для всех нас.
Рикард внимательно посмотрел на мужчин и не в первый раз задумался, почему он позволил себе принять участие в сделке. В руках Джерри Данна, Главы Окружного совета, была судьба планирования, О’Брайен маневрировал банковскими деньгами, а епископ Коннор поддерживал долю в проекте после продажи.
— Сегодня утром до меня дошли слухи. Что там насчёт священника, найденного мёртвым? Ни много ни мало на заднем дворе Джеймса Брауна? — Рикард кивнул епископу. — Вам что-нибудь об этом известно?
— Нас это не касается, — ответил епископ Коннор.
— Ради нашего же блага, надеюсь, что это так, — сказал О’Брайен.
— Мы зависим от тебя, держи контроль над деньгами, — сказал Рикард, заметив дрожь в руке другого.
О’Брайен поднял чашку, начал быстро пить и закашлялся.
— Мне нужно немного воды, — сказал он, подавившись.
— Мне нужен ещё один выходной, — сказал Данн и опрокинул свой кофе.
— Вам всем нужно успокоиться, — сказал епископ Коннор, пока тёмная жидкость растекалась по столу.
Лотти выключила двигатель, остановившись у многоэтажного особняка из красного кирпича.
Образ её дочери с парнем, курящим травку, вставал перед глазами каждый раз, стоило ей попытаться собраться с мыслями. Вместо того, чтобы терзаться весь день, и чтобы избежать вопроса о поспешном отъезде отца Джо из Рагмуллина, она решила поговорить с Рикардами о незаконной привычке их сына и источнике его наркотиков.