Пропавшая нимфа
Шрифт:
Потом сообщил о трупе коротконогого толстяка, который был убит как раз перед нашим спуском в подвал. В полной тишине расписал, какую штуку мне пришлось выкинуть, чтобы уйти из клуба, доложил и о моем свидании с Корли на Лонг-Айленде.
Для того чтобы осветить все подробности этого визита, перечислить людей, которых я там увидел, объяснить, что бандой руководит, как оказалось, вовсе не мистер, а миссис Корли, также потребовалось некоторое время.
Затем я перешел к изложению гипотезы Беатрис Корли, принявшей меня за одного из соратников Ломакса, и о сделке пятьдесят на пятьдесят, которую она
Осман-бей изумленно ласкал свою бороденку, глядя на меня. Селина оставалась все в том же положении: стояла скрестив руки на груди и наклонив голову.
– Это… это удивительно, мистер Бойд, – глухо пробормотал Осман-бей. – Такая невероятная история… но, очевидно, правдивая. Придумать ее было бы невозможно. Да, вам пришлось через многое пройти, выполняя мое поручение, и я благодарю вас. Откровенно говоря, у меня мозги набекрень от всех этих сопоставлений. Теперь, будьте так добры, изложите ваши выводы.
– Их несколько. Ведь с моей подозрительностью трудно поверить в совпадения.
– Совпадения, – повторил он, нахмурившись. – Какие совпадения, мистер Бойд?
– Последовательность событий… Между моим вторжением в уборную Лейлы и появлением Джулиуса Керна прошло как раз столько времени, чтобы Ломакс успел начать со мной суровый разговор.
– Все это очень запутано, – пробормотал Осман-бей. – Объясните, пожалуйста, подробнее.
– Понимаете, Керн прибыл в самый подходящий психологический момент. Я стеснял Ломакса совершенно явно. А Джулиус откровенно прижал его к стенке, открыто демонстрируя свою неприязнь. Когда он закончил высказываться, было похоже, что Ломакс даже забыл о моем присутствии. И отнять оружие у него ничего не стоило. Помешать мне мог только Джулиус, но он воздержался. Совпадение? Частично, – продолжал я терпеливо. – Затем Керн позволил запереть его в шкафу вместе с Ломаксом, что тоже никак не вяжется с его личностью. Совпадения, как я уже говорил, заключаются в синхронизации событий. Я не верю, что Джулиус Керн случайно появился в раздевалке в самый подходящий момент.
– Теперь я начинаю кое-что понимать, – заметил Осман-бей, медленно покачивая головой.
– Кому было известно, что я собирался вчера вечером в «Оттоман» разговаривать с Лейлой Зентой?
Он задумался на некоторое время, и вдруг его щеки задрожали от негодования.
– Вы обвиняете меня в…
– Ни вас, ни тем более себя. В комнате тогда был еще один человек. Вспоминаете?
– Вы хотите сказать?.. – Он выпучился на прекрасную рабыню, по-прежнему стоящую с опущенной головой.
– Да, это Селина. Кто же, кроме нее?
– Неужели?
Осман-бей чуть не задохнулся:
– Я пригрел змею на груди.
Едва сдержав улыбку, я подумал, что мало кто захочет пригреться на его груди, если дело этого коснется.
– Могу набросать вам картину в целом, – предложил я. – Вы говорили мне, что были излишне болтливы с Лейлой Зентой. Сообщили ей, что осуществляете связь между Европой и Нью-Йорком, помогая переправить сюда некоторые товары, которые нельзя провозить через таможню. Лейла передала это своему приятелю Фрэнку Ломаксу. Затем к Ломаксу обратился Джулиус Керн,
– Точно, – смущенно подтвердил Осман-бей.
– Отсюда и начались все мои неприятности. Джулиус знал, что в посылке на двести тысяч долларов драгоценных камней. Ломакс для него – лицо второстепенное, которое никогда не осмелится влезть в дело и исполняет роль обычного посредника. Операцией руководили вы, но о вас он ничего не знал, потому решил подсунуть вам какого-нибудь человека, который стал бы сообщать ему о каждом вашем шаге. Точно? Тогда он навел необходимые справки и узнал от Лейлы, что вы питаете слабость к женщинам, особенно к исполнительницам танца живота. Потом ему совсем нетрудно было втянуть вас в карточную игру, продуть тысячу долларов, разыграть комедию на тему отсутствия денег и предложить взамен эту девку, которая, как он утверждал, является настоящим виртуозом.
– Змеей, которую я пригрел на своей груди, – уточнил Осман-бей с горечью.
Селина неожиданно подняла голову. Лицо ее было взволнованно.
– Умоляю вас, выслушайте меня, – попросила она дрожащим голосом. – Не делайте поспешных выводов!
– Тебе, дорогая, придется немедленно ответить на ряд вопросов, – сообщил я мягко. – Например, рассказать, кто такой патрон, о котором говорил Джулиус.
– Не знаю, – тут же ответила она.
Я схватил Селину за руку и так вывернул ее за спину, что девушка упала передо мной на колени.
– Селина, милая, – пригрозил я, – пойми, мне лично совсем не будет больно, даже если я буду вынужден сломать тебе руку.
– Нет! – застонала она. – Нет, умоляю вас!
– Тогда отвечай на вопросы. Начнем сначала. Кто такой патрон?
– Большой Макс, – раздался с порога металлический голос. – Большой Макс Морел, Бойд.
– Спасибо, Джулиус, – ответил я несколько принужденно.
– А теперь отпусти девчонку, иначе я рассержусь.
В комнату вошел Джулиус Керн. Пистолет в его руке смотрелся так же безупречно, как и костюм на нем.
Я отпустил Селину. Она поднялась.
– Все в порядке? – спросил ее Керн.
– Он сделал мне больно, Джулиус. Он действительно сделал мне больно, ужасно больно, – захныкала она, как маленькая девочка, с которой плохо обошлись. – Я… у меня что-то сломано там… внутри.
Белесый шрам Керна задергался.
– Ничего, дорогая. Он за это заплатит.
– Только действуй решительно, Джулиус, это же касается меня, – посоветовала Селина.
– Ладно.
Керн с угрозой посмотрел на Осман-бея:
– Слушай, жирная свинья, Селина останется здесь. Сейчас я выйду и ровно через минут вернусь. Если ты осмелишься даже взглянуть на нее, я тебе…
– Нет, умоляю вас! – завопил Осман-бей. – Клянусь на Коране, что не сделаю ей ничего плохого. Даю вам слово…
– Я вернусь, – повторил Керн. – А теперь, Бойд, давай-ка сюда твою пушку.
– Пожалуйста. Но она не заряжена.
– Проверю, – буркнул он. – Брось ее на ковер и подтолкни ногой к девушке.
Я послушался, и мой «магнум» оказался рядом с Селиной, которая поспешно наклонилась и схватила его.