Пропащие девицы
Шрифт:
– Как?.. Прямо по телефону? – девушка откинула со лба прядь волос. Ее губы растянулись в дурацкой ухмылке.
– В следующий раз я обязательно сделаю это, когда ты будешь рядом, – пообещал Крис, начав медленно перебирать струны своей гитары.
Уильямс включила громкую связь и откинулась на спинку дивана, чувствуя себя совершенно по-идиотски особенной и неповторимой девушкой, для которой Крис Мартин написал песню. До этого для нее никто не делал ничего подобного. И это можно было бы назвать ее собственным маленьким счастьем, если бы перед глазами у нее до сих пор не стоял Том. Том и его холодный, полный ненависти
И пока Крис пел о девушке, которая покинула Лондон, Робин думала лишь о том, как сильно ей повезло иметь в своей жизни такого друга, как тот парень, который в Лондоне остался.
Комментарий к Глава 24. Пропащие ребята
Музыка и фотографии тут: http://bit.ly/24D605x
========== Глава 25. С наилучшими пожеланиями ==========
– Патриция Бэйтман. Мне нужна Патриция Бэйтман, – в офисе появился парень в костюме с поникшим на одну сторону тщательно выбритым ирокезом. Он так неловко мялся в своем новом официальном прикиде, что было видно – тот нему совершенно непривычен.
– Мисс Бэйтман никого не принимает до обеда, – к нему подскочила Минни Марно, преграждая путь в кабинет начальницы.
Утром та обозленной фурией влетела в свои владения, срываясь по телефону на одного из несчастных, которые занимались оформлением ее праздничной вечеринки, и перед тем как захлопнуть дверь сказала ассистентке, что не желает видеть у себя в кабинете ничего, кроме корреспонденции, особо важной корреспонденции. А все поздравления должны быть отложены до обеда, чтобы не прерывать рабочий процесс.
Если было что-то, что Патти ненавидела больше Джека Уайта, так это корпоративные дни рождения и все из них вытекающие. Она не собиралась и не хотела быть с подавляющим большинством людей, с которыми работала, милой, а уж тем более заводить дружбу и пить, чтобы они на следующий день, вдохновленные своей алкогольной смелостью, обращались к ней как к лучшей подружке, только потому что вчера она не выцарапала им глаза за пьяные выходки.
И теперь она была даже благодарна нерасторопным организаторам за утренний скандал, который позволил ей тактично откосить от милых обнимашек и поздравляшек в самом начале дня. Ей просто необходимы были эти часты тишины и спокойствия, чтобы собраться с мыслями.
За несколько предыдущих дней опять произошли события, заставившие ее усомниться в том, что ей казалось непоколебимой если не истиной, то хотя бы правдой. Концерт Massive Attack после чертовой вечеринки, которая обернулась ебаной катастрофой, после которого она вернулась домой в просто таки отличном настроении. И дело было совершенно не в количестве выпитого дешевого вина или танцах на дорогущей обуви, просто в компании Бена ей стало так спокойно и хорошо, что, вернувшись домой, она поняла, как неправильно было после всего произошедшего в Лондоне оставить Лето вот так, дать ему уйти в обиду, отпустить, не поговорив. То ли Патриция Бэйтман, то ли выпитое вино решили позвонить Джареду в начале второго, чтобы извиниться, и попали на его голосовую почту, с которой долго и основательно поболтали, но в итоге в лучших традициях жанра стерли сообщение, так и не отправив. Он получил короткое сообщение со словом «прости» и просьбой перезвонить, когда найдется время для кающейся Бэйтман.
А на следующее утро появились ее фото с Беном Аффлеком. С Беном Аффлеком, обнимающим ее за талию и целующим
Ответ был симметричным: интернет заполонили фотографии, где Джаред Лето обнимает Холзи. После этого вряд ли стоило ждать какого-то личного сообщения, потому Патриция очень удивилась, обнаружив у себя на рабочем столе объемный конверт, подписанный музыкантом. Было сложно представить себе, что заставило его выбрать столь официальный способ о чем-то сообщить. Разве что таким образом он возвращал ей…
За дверью стало непривычно шумно, и это отвлекало. Отвлекало и раздражало. Патти отложила конверт и поднялась из-за стола, готовясь поубивать к чертям эту кучку засранцев, не способных оставить ее в покое даже в гребаный день рождения.
– Что здесь, мать вашу, происходит?!
Все, как по команде, замерли в нелепых позах, изображая напряженный и сосредоточенный труд.
– Минни?
Девушка вздрогнула, будто ее ушатом холодной воды окатило, и начала, заикаясь, оправдываться, что они не виноваты и ничего не могли сделать.
– Мисс Бэйтман…
Услышав имя начальницы, приободрился лишь парень в костюме. Он улыбнулся так, словно освобождение из-под стражи и снятие серьезных обвинений теперь только дело времени, и выступил вперед, заводя песню-поздравление.
– С Днем рожденья, Патти Бэйтман, с Днем рожденья тебя, – прохрипел он последние строчки, не замечая, как все вокруг инстинктивно отпрянули подальше, а сама виновница торжества, отлепившись от дверного косяка и сжав кулаки, сделала шаг в его сторону.
Парень протянул перед собой квадратный тонкий конверт, словно щит, и нечто в пластиковой упаковке, напоминающее искусственную розу. Патриция, уставившись на упакованные столь очаровательным способом красные стринги, которые к тому же воняли дешевой клубничной жвачкой, которая обычно просто крошилась во рту, остановилась, растеряв былой запал. Съедобные трусы из секс-шопа сбили бы с мысли любого. Она вырвала из его рук подарки, приказала ему выметаться, пока его не выпроводила отсюда охрана, и захлопнула за собой дверь.
– Вот же говнюк! – воскликнула девушка, прочтя короткие несколько строк на оберточной бумаге «Обязательно воспользуйся моим подарком сегодня, потому что твоя шикарная задница этого заслуживает. Макс».
Она в нетерпении разорвала упаковку и достала оттуда пластинку Слэша “Apocalyptic Love” с автографами каждого из приглашенных музыкантов. Патти чуть не завизжала от восторга, рассматривая арт-бук с автографами Оззи Озброна и компании в сопровождении с небольшими пожеланиями. Засранец Макс Уильямс знал толк в хороших подарках. Тогда, в Нью-Йорке на концерте Myles Kennedy and the Conspirators, они оторвались, как в старые добрые времена, а уже после устроили в номере того дешевого до одури мотеля такую «апокалиптическую любовь», что даже клопы побежали жаловаться на шум администратору. И в пожеланиях тоже. Патти была совершенно не прочь повторить нечто такое же безумное, и потому смело потянулась к конверту от Джареда.