Пропаданцы
Шрифт:
Шорох дёрнулся было с рук Риты бежать к хозяину, но снова успокоился.
Кирос сощурился на некроманта, замедлил шаг, а потом, заспешив к брату, и вовсе бросил скелет повелителя мёртвых. Тот свалился лицом вниз — и Рита расслышала отчётливый треск: кажется, сломались лицевые кости? А Тэрон быстро побежал по ступеням навстречу ему… Артём и Рита остановились, глянули друг на друга, вздохнули.
— Судя по всему, нам оказана великая честь — охранять ценный объект, — скептически сказал Артём и, оглядевшись, присел на ближайший придорожный бордюр. — Иди сюда, посидим, пока они там поговорят.
Она присела рядом, прижавшись к нему вместе
— Я думала, он здесь сразу вскочит и драться начнёт, — сказала девушка, задумчиво глядя на фальшивого Хэймона, который не делал и попытки подняться на ноги.
— Насколько я понял, в этом мире не только слова заклинаний играют большую роль. Но и клятвы. Что они станут делать, чтобы закрыть портал? Неужели будут апеллировать к своим богам, ссылаясь именно на клятвопреступление? Кажется слишком легковесным… Хм… Клятвопреступление…
— По-моему, это везде так, — ответила Рита, ёжась и прижимаясь к нему тесней. — У нас тоже в Библии предостерегают клясться, если не уверен, что сумеешь выполнить то, что обещал. Блин, что они там застыли, а? Хоть бы обнялись. Родные же…
Братья и впрямь как встали в пяти-шести ступенях друг от друга, так и закаменели. Ни Тэрон не собирался больше спускаться, ни Кирос — подняться.
— Интересно, а они не поссорились перед этим? — Артём, не глядя, распахнул свой меховой плащ и прикрыл полой Риту. — Иди ко мне, здесь теплей… Киросу сейчас трудно общаться из-за этого — из-за того, что он потерял реальность нескольких недель. Если поссорились незадолго до появления портала, то он не представляет, как подойти к брату, да и вообще не представляет, что они сейчас просто обязаны помириться. Обняться… А может, у них в этом мире такого нет — при встрече? И вообще… Тэрон ещё слаб — он ведь до сих пор с меня так тянет, что я устал уже лопать за двоих. Может, он боится к брату подходить из-за этого? Помнишь, как Мэнтор учил, что сильный со слабого снять жизненные силы может и не желая того?
Но старший из братьев уже побежал по ступеням наверх и, на радость двум наёмникам, стиснул младшего, всё ещё тощего и костлявого, в объятиях! Постояв немного так, оба разомкнули объятия и сели на одну ступень портика.
— Ну, кажется, мы успеваем вовремя вернуться домой, — хмыкнул Артём.
— Держишься за свою работу?
— Ты знаешь, сколько человек с нашего курса работают не по специальности? А сколько вообще не работает? — Парень помолчал. — Я привык, что у нас дома сплошные трудоголики. Знаешь, мне даже странно было приходить к кому-то из наших и не видеть на стенах часов. Или будильников на полках. У нас дома в каждой комнате часы.
— И ты не побоялся сделать предложение мне, так легко распрощавшейся с работой? — усмехнулась она из-под полы его плаща.
— Не сумеешь вернуться — найду ещё работу. На полставки. Прокормлю — не беспокойся, — ответно ухмыльнулся Артём. — У нас в семье и это нормально.
Ответить ему она не успела. Братья сбежали к ним по каменной лестнице.
— Значит, я не зря вас заставил сюда прийти? — тяжело глядя на них сверху вниз, спросил Кирос. — Вы сумели не только убить остатки Дэймона, чтобы заставить повелителя мёртвых растеряться — и чтобы я пришёл в себя… И послать смерть так сильно, что не пришлось снимать остатки иллюзий, наложенных на меня повелителем мёртвых… Оказывается, вы те,
— Что надо сделать? — Первым поднялся Артём.
Второй поневоле (ворча в душе, что приходится выходить из тепла его плаща) встала Рита, выпустив из плаща Шороха, который не возражал побегать на воле. Правда, к хозяину он так и не подошёл… Плаща Артём с плеча Риты убирать не стал. Просто взял её за талию, и они вместе стали подниматься к храму, куда пошёл Тэрон. За ними шёл Кирос, в великой задумчивости волоча повелителя мёртвых по всем ступеням, отчего, суховато постукивая, подпрыгивал череп, на который с ужасом оглядывался Шорох. Причём Рите всё казалось, что волчок испытывает странное впечатление: по своей природе он вроде должен обгавкать этот череп, но ведь от него всё-таки сильно несёт страшным мёртвым миром!..
Всё оказалось очень просто.
Повелителя мёртвых, который не мог пошевелиться из-за переломанных костей, в ловушку которых он и был пойман, швырнули на алтарь. И некромант начал быстро готовить воскурение стихийным богам.
Вокруг жертвенного алтаря располагались четыре стола. У одного из них встала Рита. Ей досталось задание в нужный момент зажечь свечу — то есть она отвечала за стихию огня. Тэрон сказал, что по силам ей это больше подходит. Рядом, у соседнего стола, встал Артём. Как самый сильный изо всех, он должен был порезать себе кисть, чтобы добыть кровь. Его стихия — жидкость, вода. Сам же Тэрон встал у стола с флюгером, похожим на игрушечный, собираясь вызывать стихию воздуха. На свой стол Кирос водрузил камень с мостовой — его стихией всегда была земля… Шорох забился под скамью у стены и поблёскивал оттуда глазами.
Судя по тому, как начали подрагивать губы Артёма, не только Риту, несмотря ни на что, насмешило начало ритуала. Сначала Кирос, обращаясь к небу, видному через круглое отверстие в потолке храма, рассказал, что с ним было. Потом — рассказал о себе, как был обманут, Тэрон… В конце уже Киросовой истории Артём с Ритой стали серьёзными, переживая его слова — слишком тяжело пришлось каждому из братьев… Повествование обоих о личных мытарствах и мытарствах родного города закончились страстным обращением братьев кверху:
— Вот сколько клятв было! Всё ли клятвы были верны? Ведь боги стихий когда-то договаривались с людьми о верности и о соблюдении сказанного слова! Взываем к вам, боги стихий! Возмездия не сдержавшим слова клятвы!
Кирос взял в руки камень. Рядом с Тэроном раскрутился флюгер. Артём прикусил от напряжения губу и надрезал себе кожу, выдавливая кровь. От волнения Рита с таким чувством прочитала заклинание вызова огня, что вспыхнула не только та свеча, что стояла перед ней, а все свечи храма.
Наёмники, как и братья, тоже уставились в круглое отверстие, с замиранием сердца ожидая, что вот-вот из этой дыры в потолке как шарахнет молнией в повелителя мёртвых и спалит его ко всем чертям!.. Но ничего громкого и величественного не произошло. Нет, само по себе-то произошло нечто, но было оно каким-то обыденным и даже деловитым.
Главное действо случилось с повелителем мёртвых: его медленно подняло с алтарной поверхности, он повис в воздухе, а затем выплыл из храма. Братья и наёмники поспешили за ним — Шорох наотрез отказался следовать за людьми.