Пропаданцы
Шрифт:
И всё же она переживала и вскоре не выдержала сама, принялась вопить во весь голос, подстрекая Артёма побыстрей закончить с игрушками и врезать этим амбалам по-настоящему!
А тот яростно крутился между двумя детинами, которые пытались его всерьёз укокошить. Но вся его ярость (видела Рита) не более чем та, спортивная, которую она всегда легко угадывала в нём… Хохот в толпе при каждом удачном ударе, не смертельном — обороняющемся; выкрики, поддерживающие именно Артёма («Двумечник! Бей их, двумечник!»); охи и ахи, едва парню приходилось уклоняться от прямого удара — вся эта боевая музыка настолько захватила Риту,
И — девушка завизжала от внезапного толчка назад, в самую гущу толпы. Позиция неудобная. И в руках волчок. Болезненно вскрикнул рядом Текер, начал падать — с чем-то непонятным в спине, чего там быть не должно.
Рита тоже падала — но её роняли специально, между телами тех, кто не успел шарахнуться в стороны. Это она успела понять. Как успела почувствовать, что её сейчас, взяв под мышки, потащат вглубь толпы. А значит — плечи на опоре. Шороха — отбросила от себя, поджала ноги, резким движением катнулась вбок — и ногами, через «берёзку» назад, ударила назад, по тому человеку, который, как предполагала, тащил её.
Тот охнул, и Рита уже собралась вскочить на ноги. Но здесь, в толпе, где неразбериха, тот оказался не один. Едва под ногами что-то охнуло, как в девушку вцепились с другой стороны. Громадный тип, похожий на медведя, закрывший своей фигурой даже уличное освещение, сцапал брыкающуюся Риту в объятия, сковывающие движения, и элементарно понёс её беглым шагом, наверное одним только свои весом расшвыривая всех, кто стоял на его дороге.
И вдруг он дёрнулся и остановился. На голову Риты, уронившей «бандану», плеснуло чем-то влажным, из-за чего она брезгливо сморщилась. А потом взвизгнула и выпрыгнула из ослабевших рук. «Медведь» постоял немного и рухнул. Меч в его спине закачался. Девушка обернулась и завизжала:
— Ты!! А если б меня проткнул?!
— Не проткнул же! — рявкнул Артём, сам на взводе.
Он быстро подошёл к ней с одним мечом и чуть не бросил её на себя. Девушка уткнулась в его грудь и разрыдалась. После первого слёзного взрыва она успокоилась сразу, лишь когда услышала под ногами тихое «хехеканье». Шорох жив и здоров!
Парень не возражал против плача на своей груди. Быстро вынул второй меч из спины «медведя» и тоже брезгливо осмотрелся, обо что бы вытереть. Рядом, как чёртик из шкатулки, появился старик-хозяин и кивнул на лавку. Подошли его запыхавшиеся охранники, велели отдать оружие и повторили приказ идти в лавку. Оказалось, что туда занесли раненого Текера. Ещё выяснилось, что для разбирательства вызвана городская стража.
Уже внутри хозяин твёрдо сказал, что все разговоры со стражей он берёт на себя.
— Где Текер? — резко спросил Артём. Он стоял, высоко задрав голову, и, не дождавшись ответа, повернулся куда-то в сторону.
Хозяин удивлённо склонил набок голову («Несть числа нашим способностям!» — мрачно подумала девушка) и поспешил за ним. Охотник лежал в углу, противоположном оружейному, опять-таки за ширмой, на скамье. Даже при свете свечей было видно, что он покрыт смертной бледностью. Сама чувствительно побледнев от ужаса, Рита медленно подошла ближе и, присев на колени рядом со скамьёй, беспомощно оглянулась.
— Врача! Вызовите врача!
— За целителем анакс Пэйоном послали, — сумрачно проговорил хозяин лавки. — Но… — Он тяжело
— Он ещё жив! — с суеверным страхом запротестовала девушка, глядя, как постепенно белеют губы Текера, который дышал слишком часто.
Ошеломлённая Рита словно плыла в кошмарных волнах. Сначала её пытались похитить. Потом Артём метнул меч в одного из похитителей. А теперь — умирает Текер. И мгновенно озверела: и всё — из-за одного желания этого гада похвастаться! Было бы чем! Так ведь чужим умением! Даже она, ничего не соображающая в магии, поняла, что это тот маг помогает Артёму драться!
— Всё из-за тебя! — процедила она сквозь зубы, со злобой глядя на него снизу вверх.
Кажется, он хотел сказать что-то в своё оправдание.
— Целитель анакс Пэйон!
Рита быстро встала и отошла чуть от скамьи. Чтобы не мешать.
— Что произошло? — спросил возникший будто из тьмы Пэйон.
— Его ударили ножом из толпы, — негромко доложил один из охранников. — Там была банда похитителей. Анакс Артём убил одного из них. Но раньше Текера ударили ножом под левую лопатку.
— Света побольше! — скомандовал целитель.
Рита притаилась, боясь, как бы её не выгнали из закутка, прикрытого ширмами. С надеждой вглядываясь в лицо Пэйона, несмотря на его бесстрастие, она сразу уловила покорность судьбе и скривилась снова заплакать.
— Это… — прошептала она. — Плохая примета — закончить день так, как закончили сегодня его мы… Плохая…
Пэйон вздохнул, и плечи его опустились.
— Нет, — строптиво сказал Артём. И все взглянули на него. Слишком жёсткий голос в помещении с умирающим. А он, будто никого не замечая, снял толмачей со своего уха и с надгубья. И теперь его понимала только Рита. — Ты не остановишь меня. И мне плевать, что я не должен это делать. Это ты виноват в том, что я ухватился за оружие и оставил своих друзей без своей защиты! Ты виноват, послав меня драться, чтобы вспомнить собственные ощущения. И теперь ты не хочешь подпускать меня к тому, кто умирает из-за твоего легкомыслия? Иди к чёрту! Понял?
А дальше началось поразительное действо для всех: для Риты, для Пэйона, который при первых звуках незнакомой речи обернулся на парня; для хозяина и для одного из охранников лавочки. Артём медленно, словно пробиваясь сквозь невидимую для всех остальных преграду, пытался идти к Текеру. Но его не пускали! Он продвинулся всего на полшага, когда Пэйон резко дёрнулся обернуться на раненого охотника.
Оборвав на полувздохе самого себя, целитель закрыл Текеру глаза.
Рита подняла ладони к губам. Не надо плакать… Не надо… Сразу заболели все мышцы, не вовремя вспомнившие как тело проволокли по каменистой мостовой…
— Отстань от меня! — закричал Артём, обеими ладонями упираясь в невидимую для всех преграду. — У меня самого есть силы! Понял? Отстань! Дай мне только пройти к Текеру — и ты мне даром не нужен! Пусти, св…!
Он чуть не упал на колени, когда его и в самом деле «отпустили», а потом быстро восстановил равновесие и, вернув на место толмачи, чуть не умоляюще обратился к Пэйону:
— Вы же знаете, что у меня сила! Вы же слышали, как я нечаянно разрушил коридор в казарме! Ну пожалуйста! Просто наложите руки на сердце Текера! Пожалуйста! Ведь только попробовать! Вам это ничего не стоит, анакс Пэйон!