Пролог
Шрифт:
последний из краснопоясных, не говоря уже об одном из лучших Мастеров войны. И все
же… была в этой бочке меда непременная ложка дегтя, а именно – как лучший за всю
историю Ордена Пчелы Мастер войны… ну-у… или один из лучших… оказался в столь
бедственном положении?! Каким таким образом очутился любимый руководитель в роли
сломанной тряпичной куклы?!.. – а очень простым – понадеявшись на свою невидимость и
неуязвимость, встал он прямо на пути следования
приголубить его своими «Черными Когтями»… а этот хрен с горы, как показали
дальнейшие события, прекрасно мудрого руководителя видел, и сам приголубил его так, что тому показалось, будто попал он под груженый самосвал!
Первым делом, после поражения Голиафа, Шэф извлек из его глазниц
дырокольный болт и свой «Черный коготь». Для того чтобы вытащить болт никаких
усилий не потребовалось – верховный главнокомандующий выдернул его, как морковку
из грядки, а вот с «Черным когтем» пришлось повозиться – он застрял так сильно, что для
его экстракции главкому пришлось упереться ногой в обезьянью голову, но… дело
мастера боится! – инородных предметов в голове «водолаза» не осталось. Затем Шэф
выполнил операцию не то чтобы уже привычную для Дениса, рутинную, и не
вызывающую никаких эмоций – нет к такому, наверно, привыкнуть трудновато, но и
всплеска эмоций данная процедура у Дениса не вызвала, так… – легкую брезгливость, что
ли… – любимый руководитель молниеносным движением отсек буйну голову «водолаза»
от его, не менее буйного, туловища. Инцидент можно было считать исчерпанным.
– Стрелы остались? – поинтересовался главком, не глядя на Дениса, таким
равнодушным тоном, как будто ответ его интересовал постольку – поскольку, так… для
порядка спросил, чтобы нижним чинам служба медом не казалась. Денис в ответ помотал
головой, но сообразив, что любимый руководитель на него не смотрит, ответил:
– Нет.
Шэф несколько секунд стоял не двигаясь, а потом медленно повернул голову к
Денису и того повергла в изумление метаморфоза, произошедшая с верховным
главнокомандующим – на него смотрел старик с потухшим взором, обострившимися
чертами лица и прозрачной, пергаментной кожей, покрытой сетью глубоких морщин.
Наваждение длилось всего мгновение, но в памяти Дениса отпечаталось накрепко – уж
больно страшен был любимый руководитель в этот момент – то ли Кащей Бессмертный, то ли вампир тысячелетний… Денис испуганно моргнул и… морок пропал – перед ним
снова был юноша по имени Шэф – обладатель красивого, резко очерченного лица,
блестящих, веселых глаз и упругой, гладкой
глубочайшее, невыразимое словами, разочарование:
– Опять эта сволочь… – ш’Эссар, выйдет сухим из воды…
Денис понимал, что никакой его вины в том, дыроколы остались без боеприпасов,
нет. Что если бы он не предпринял «бессмысленного» обстрела «водолаза», во время
которого были расстреляны последние болты, они бы с Шэфом сейчас уже тусовались в
Вальхалле у Одина… или в Фольквангре у Фрейе, или еще где – на Полях Счастливый
Охоты, в сопровождении валькирий и разных прочих гурий, или кого еще там, но…
осадочек остался… Ведь мог же он успеть оценить обстановку: главкома, сидящего на
спине «водолаза» с «Черными когтями» в руках и сообразить, что не нужно пулять
последнюю стрелу, что любимый руководитель и сам справится – папа может, но бык
лучше… – мог… но не сообразил… вернее – не успел сообразить. Палец раньше нажал на
курок, чем мозг, проанализировал обстановку и отдал приказ: «Не стрелять!» И это
напрягало… немного, но напрягало.
– И что теперь делать? – с трудноуловимым, но все же присутствующим, оттенком
вины в голосе поинтересовался Денис.
– Да ничего… в первый раз что ли… – Шэф угрюмо замолчал, а потом неожиданно
добавил, – про него слухи ходили – что заговоренный… я не верил… – он опять замолчал, и когда Денису показалось, что фраза закончена, добавил, – …раньше… Ладно, пока есть
время давай с этой обезьяной разберемся потщательн ей…
С этими словами, мудрый руководитель широко размахнулся и нанес мощнейший
удар «Черным когтем» в грудь поверженного противника. Другого итога, после
безрезультатного обстрела, было трудно ожидать, но все же компаньоны были в
очередной раз неприятно поражены, когда кинжал из «Карбона-12» – самого прочного их
известных на Тетрархе материалов, отскочил от плаща «водолаза» не оставив на нем ни
малейшей царапины.
– На свете много есть вещей, о друг Горацио, которые не снились нашим
мудрецам! – неразборчиво пробормотал себе под нос любимый руководитель, но Денис
услышал.
– А кто это, вообще? – он кивнул на голову обезьяны, которую Шэф поставил на
огрызок шеи так, что казалось, будто она растет прямо из пола.
– Хэзэ…
– Что еще за «хэзэ»? – переспросил Денис. Он еще не вполне отошел от горячки
боя и своего чудесного спасения, и вследствии этого логическое мышление у него