Прокурор идет на суд
Шрифт:
Мы, полицейские, привыкли иметь дело с людьми, которые маскируются. Нам приходится смотреть на человека с усами и думать: а как он будет выглядеть без усов? Подойдите сюда и посмотрите на фотографии еще раз.
Бриден, все еще пожевывая табак, отказался:
— Мне нечего смотреть на них еще раз. Я их видел. Я не говорю, что вы ошибаетесь. Я не говорю, что вы идете по ложному следу. У вас свое мнение. У меня свое. Это не Джон Берк — не он, если вы спрашиваете меня.
Рэнсом покраснел. Он начал говорить что-то еще, но тут полицейский
— Артур Уайт, — объявил полицейский.
Уайт быстро выступил вперед.
— Доброе утро, джентльмены!
Шериф Брэндон обратился к нему:
— Уайт, вы работаете в банке. И живете рядом с Джоном Берком. Вы ведь хорошо его знали, не так ли?
— Ну, близкими друзьями нас не назовешь, однако…
— Я знаю, но вы часто встречались.
— Да, конечно.
— Вы видели его в банке?
— Да, несколько раз.
— И внимательно на него смотрели?
— Да, конечно.
— Он всегда носил усы и очки с толстыми стеклами?
— Да.
— Закройте глаза и попытайтесь представить, как бы он выглядел без усов и очков.
Уайт послушно закрыл глаза и минуту спустя сказал:
— Думаю, что знаю точно, как изменилось бы его лицо.
— Хорошо. Взгляните на эти фотографии, — важно вступил в разговор Рэнсом, — и опознайте это тело как тело Джона Берка, потому что, без сомнения, это он.
Его опознала его собственная жена. Его опознала Элла Диксон, и я тоже знаю, что это он.
Уайт шагнул вперед, закивал головой, остановился у стола и взглянул на фотографии. Склонил голову на один бок, на другой, потом закрыл пальцами сначала верхнюю часть лица, изображенного на одной из фотографий, потом рот. Он переводил взгляд с фотографии на фотографию. Затем выпрямился и заявил:
— Мне все равно, кто говорит, что это Джон Берк.
Человек на этих фотографиях не Джон Берк.
В наступившей тишине было слышно, как очередной плевок табачной жвачки Бридена долетел до края плевательницы.
Все как раз выходили из канцелярии, когда подъехала машина и сидевший в ней Джордж Лоулер из «Лас-Алидас ламбер компани» сказал окружному прокурору:
— Я хотел бы говорить с вами, мистер Селби.
Селби извинился и подошел к автомобилю.
— Город взбудоражен последними событиями, — сказал Лоулер.
Селби кивнул, понимая, что Лоулер нервничает и потому пытается сказать какие-то вежливые слова, прежде чем начать разговор о том, что его беспокоит.
Тот взволнованно продолжал:
— Человек по имени Милтерн приехал сюда из Лос-Анджелеса и утверждает, что те десять тысяч долларов, которые лежат у нас в сейфе, принадлежат ему.
На чем основаны его притязания? — спросил Селби.
— Он говорит, что эти деньги Берк должен был уплатить ему, что они уложены в конверт и…
— Где он сейчас? — перебил Селби. — Я хочу поговорить с ним.
— Пьет Кофе в «Голубом свистке». Его адвокат — Сэм Роупер.
Селби сказал:
— Поезжайте
Селби вернулся к сбившейся маленькой группе, стоявшей перед тюрьмой, и сообщил Рексу Брэндону:
— Милтерн, биржевой маклер из Лос-Анджелеса, сейчас в «Голубом свистке». С ним Сэм Роупер. Они пытаются вытребовать десять тысяч долларов, которые находятся в сейфе «Ламбер компани». Я думаю, сейчас самое удобное время порасспрашивать Милтерна.
Глаза Брэндона сузились.
— Если Сэм Роупер — его адвокат, — сказал он, — лучше бы беседовать с Милтерном, когда Роупера не будет рядом. Роупер ненавидит даже землю, по которой ты ходишь, и, будь уверен, постарается, чтобы его клиент не сказал ничего важного для тебя.
— Я знаю, — успокоил его Селби, — и заранее делаю на это скидку. Милтерн — очень важный свидетель, и я хотел бы неожиданно показать ему фотографии и увидеть его реакцию, прежде чем пойдут слухи, что личность убитого — спорный вопрос.
— Я понял тебя, — сказал Брэндон.
— Давай сядем в нашу машину и поедем. Как насчет Рэнсома? Возьмем и его?
— Если он хочет, пусть едет.
Селби подошел к Рэнсому.
— Мы хотим опросить еще одного свидетеля, Билл.
Не хотите ли к нам присоединиться?
Три должностных лица сели в служебную машину.
Шериф Брэндон повел ее к «Голубому свистку». Лоулер, дожидавшийся их у входа, указал на Милтерна, сидевшего с Роупером за столом.
Милтерн сидел лицом к двери. Это был человек лет сорока трех, бесцветный, прилизанный, с широко открытыми, бесхитростными глазами на лунообразном лице. Увидев мужчин, шагающих через зал, он бросил какое-то замечание Сэму Роуперу.
Роупер, бывший окружной прокурор округа Мэдисон, которого победил в последней избирательной кампании Дуг Селби, не принадлежал к тем, кто способен прощать или забывать. Он был высокий, костлявый, с приподнятыми скулами — самая выдающаяся деталь на его лице — и тонким, широким, плотно сжатым ртом.
Над скулами с подозрением смотрели на мир маленькие, черные, блестящие глазки. Роупер не стеснялся использовать служебное положение для личной выгоды.
Он отличался врожденной подозрительностью к людям, которая так характерна для тех, кто сознает какую-либо слабость в своем собственном характере, или в образовании, или в моральном облике.
Селби не мешкая приступил к делу:
— Доброе утро, Роупер. Лоулер говорит, вы заявляете права на десять тысяч долларов, которые были найдены в сейфе «Ламбер компани».
Роупер еще сильнее сжал губы:
— Да, и заявляю это от лица клиента, мистера Милтерна, — ответил он.
Роупер не сделал попытки представить своего клиента, но Селби, не обратив внимания на его бестактность, первым протянул руку:
— Рад познакомиться, мистер Милтерн. Я — Селби, прокурор округа Мэдисон. Это шериф Рекс Брэндон и начальник полиции Рэнсом.