Прокурор Брише

Шаветт Эжен

– Возьми, – проговорил молодой человек, подавая пакет.

Управляющий повертел его, ища адрес.

– Надписи нет, не ищи, потому что если ты потеряешь это письмо, то особа, которой оно адресовано, может пострадать. Но все то, что я не написал, я доверю тебе как честному человеку.

Колар поклонился.

– Ты знаешь дом маркизы де Бражерон?

– Да.

– Письмо это к ней. Отдай ей прямо в руки.

– Хорошо, я пойду, – сказал Колар, направляясь к двери.

Но Лозериль

остановил его.

– Нет, – сказал он, – не ходи пока, может быть, и совсем не понадобится: если игра наша скоро окончится, то я буду свободен и, разумеется, лишнее писать той особе, когда я сам явлюсь к ней.

– Ну конечно.

– Письмо надо отнести только в том случае, если игра наша слишком затянется.

– Я понимаю.

– И если в полночь я не выйду отсюда, то ты снесешь его маркизе де Бражерон.

– Хорошо, так я буду ожидать вас в передней.

– Да. И когда я буду выходить, отдашь его мне.

– Слушаю, господин Лозериль.

– Теперь ты можешь идти.

Колар отворил дверь.

– Ах да, я забыл, – сказал Лозериль, – постарайся так запереть, как было… два раза поверни ключ. Я хочу посмеяться над капитаном, он как-то уверял меня, что никогда не теряет головы при проигрыше.

Управляющий уже переступил порог, как вдруг внизу лестницы послышались тяжелые шаги.

– Это капитан идет, – прошептал Колар на ухо молодому человеку.

– Он встретится с тобой.

– Конечно.

– Досадно. Мне бы не хотелось, чтобы этот болтун знал, что у меня есть особа, которую надо предупреждать, если я не возвращусь вечером домой, – сказал Лозериль, стараясь скрыть, почему он действительно не желал встречи между управляющим и Аннибалом.

Управляющий довольствовался этим объяснением и тотчас же отвечал:

– Да, это правда, пусть лучше он не знает, что я приходил к вам.

И, вернувшись опять в комнату, Колар пошел в противоположный угол, как бы надеясь найти другой выход.

– Куда ты идешь? Разве тебе хочется встретиться с капитаном? – с удивлением вскричал молодой человек.

Этот вопрос привел в себя старика, и он едва слышно пробормотал:

– Я совсем растерялся и сам не знаю, что делаю.

– Да, кажется, что так; я думал, ты хочешь спрятаться за кресло, которое стоит в том углу.

– О! – вскричал управляющий. – Я придумал. Будьте спокойны, этот проклятый великан не встретит меня.

– Что же ты сделаешь?

– Я спрячусь на чердак и сойду только тогда, когда он уже будет здесь.

– Ну отлично, уходи скорей, да не забудь запереть дверь на ключ.

Колар поспешно скрылся, но не забыл запереть – замок щелкнул два раза. После его ухода Лозериль весело вскричал:

– Ну наконец-то! Простодушный старик и не догадывается, что он поможет мне отомстить,

если уж не удастся спастись.

Но в ту же минуту он вспомнил, как старый управляющий направился было в другой угол комнаты и как он быстро остановился, словно поняв свою ошибку, и потом стал уверять, что действовал под влиянием испуга.

«Странно! – подумал Лозериль. – Старик так уверенно шел, как бы зная наверно, что там есть выход. Надо посмотреть, может быть, и я найду его».

Молодой граф подошел к стене и начал рассматривать обои, но нигде не было ни малейшего отверстия или неровности. Он уже хотел постучать в стену пальцем, но шум шагов медленно поднимавшегося Фукье напомнил ему об угрожающей опасности.

«Надо действовать решительно», – подумал Лозериль, становясь против входа.

Аннибал подошел к двери и уже повернул ключ.

– Настала минута борьбы с этим разъяренным быком, – прошептал молодой человек, меняясь в лице.

Дверь отворилась, и на пороге показался капитан. Он тоже ждал нападения и держал шпагу наготове. Но при виде своего вооруженного пленника он грубо расхохотался.

– Что это вы делаете, мой милый граф, со шпагой в руке? Кажется, вы здесь были одни.

– Я не знал просто, как убить время, ожидая вас, мой дорогой Аннибал; а позвольте вас спросить, зачем вы вынули свою шпагу?

– Я имею привычку чертить на песке круги, когда думаю о чем-нибудь.

– Ах да! Правда, вы ведь и ушли для того, чтобы подумать. Могу ли я узнать, любезный капитан, результат этих дум?

– А вам очень хочется знать, дорогой граф? – проговорил Аннибал, делая какую-то странную гримасу.

– Все, что касается вас, интересует меня.

– Это и вас касается.

– Тем более я хочу знать.

– Если вы непременно желаете, то я вам скажу мое решение: я хочу пополнить мою вторую дюжину.

– Дюжину чего?

– Дюжину людей, которых я имел честь убить на дуэли. Еще только прибавить одного, и у меня будет ровно две дюжины. Эта фантазия явилась как-то случайно, точно зубная боль. И я уверен, что не усну спокойно, если лягу в постель, не исполнив того, что задумал. Но я надеюсь, что вы будете так любезны и дадите мне спокойно провести ночь.

– Так это вы меня хотите убить на сон грядущий?

– Именно вас… и так как я хочу лечь пораньше, то вы, вероятно, не станете меня задерживать.

И с этими словами Аннибал встал в оборонительную позу. Но Лозериль, вместо того чтобы последовать его примеру, неестественно расхохотался.

– Ну как вы ни спешите добраться до постели, а все же дадите мне время предложить вам один вопрос.

– Конечно, спрашивайте что хотите.

– Почему вы выбрали именно меня для пополнения вашей дюжины?