Проклятый
Шрифт:
Рофтон, тем временем, продолжал говорить:
— Только для начала, придется его усмирить. Помощник ему также не помешал бы.
Мне показалось, что Рагнар вздумал шутить, но это совершенно на него не походило. Я непонимающе уставился на советника короля.
— Прошу прощения? — скрестив руки на груди, я так и стоял посреди зала.
— Я говорю о том, что все происходящее, сказывается на тебе отрицательно, Маккивер, — и не позволив мне ответить, Рагнар обратился к Лайнелу. — Ваше Величество, позвольте представить Александра Редмонда.
Редмонд. Ну конечно! Сынок главы
— Господин Рималли, — юноша склонил голову в знак почтения. — Мой отец взволновал случившимся и просит передать, что вы можете рассчитывать на его поддержку и любую помощь. Он прислал меня, в надежде, что я смогу быть вам полезен.
Много толку от юнца, у которого еще молоко на губах не обсохло. Если он и может быть полезен, так это только своему отцу: лживому и скользкому негодяю, которому передаст всю информацию.
— Да, — Рагнар похлопал парня по спине. — Ты очень кстати, Алекс. Лайнел, — советник обратился к королю. — Думаю это хорошая возможность, доказать, что Орден и заклинатели способны сотрудничать, как никогда ранее. Я слышал, что ты неплохо обучен, и предлагаю тебе временно выступить в роли охранника принцессы Катерины.
Не знаю, как я выглядел со стороны, но чувствовал себя так, словно меня огрели пыльным мешком из-за угла.
— Что?
Я был настолько изумлен, что вопрос прозвучал тихо. На меня даже не обратили внимания.
— Королевской семье сейчас нужна любая защита, — продолжал советник. — А учитывая все события минувших дней, — его взгляд скользнул по мне. — Мы должны использовать любую возможность.
— Я почту за честь, оберегать жизнь принцессы, но... — мальчишка посмотрел на меня. Он был растерян.
— Как это понимать? — взорвался я.
Мои надзиратели заметно напряглись и даже Эдгар, который был полностью погружен в себя, поднял голову.
— Вот об этом я и говорю, — хмуро отозвался советник. — Ты как с цепи сорвался!
В чем-то он был прав. Я слишком остро на все реагировал, особенно в последние дни.
— Я до сих пор не могу вернуть свои силы! Магия, которую я потратил на то, чтобы вырубить тебя, чуть не отправила меня к праотцам.
Обычно Рагнар был сдержан и немногословен. Так значит, это ему я обязан головной болью? Не думал, что Рофтон обладает такой мощью.
— Рагнар прав, тебе нужно вернуть самообладание. Быть может отдохнуть. Напарник — это очень хорошая идея, он сможет защитить, и прикрыть спину в случае... — сказал Лайнел, но я оборвал его на полуслове.
— Какой из него защитник? Я сломаю ему хребет одной левой. В конце концов, он инквизитор!
Мое возмущение граничило со злостью, которая переполняла чашу терпения. Орден испокон веков преследовал и убивал тех, кто обладал магией. С каких пор инквизиторы стали стражами? На какой-то миг мне показалось, что меня разыгрывают.
— Как раз то, что он инквизитор, покажет нашему врагу, что Орден и заклинатели едины перед ним. — Рофтон выдержал мой взгляд. — Но
Последние слова прозвучали как приговор. Рагнар достал из кармана два тонких как поволока, браслета. Зря я раньше времени обрадовался тому, что меня не заковали в цепи. Вот и оковы.
— Сам наденешь? — голос заклинателя был жестким.
Он протянул руку ладонью вверх, на которой лежали два титановых кольца.
— Лишние жертвы нам сейчас не нужны, — проговорил Лайнел.
Ничего другого мне не оставалось. Я взял браслеты и защелкнул их на запястьях. Металл стал холодным и литым. Готов поклясться, все в комнате вздохнули с облегчением.
— Удалось выяснить, кто это был?
Я решил сменить тему. Меня лишили сил и приставили в напарники смазливого хлыща. Единственным способом отвлечься было переключиться на неизвестного заклинателя, устроившего бедлам, последствия которого придется расхлебывать еще очень долго.
— Нет, — советник даже не посмотрел в мою сторону.
— Что он забрал? Что это было?
Лайнел неуверенно посмотрел на Рагнара, а затем перевел взгляд на меня.
— Ничего особенного, просто кусок камня, — он говорил спокойно, но в голосе читалось напряжение.
— Кусок камня? Ничего особенного? — я готов был вновь взорваться. — То есть из-за «ничего особенного» столько жертв? Из-за «ничего особенного» они тут все разнесли и угрожали принцессе?
Король закрыл глаза. Он не собирался отвечать.
— Мы сами во всем разберемся, — монотонно отозвался Рофтон. — Ты можешь идти, Гаррет. Тебе стоит отдохнуть.
Он увлек инквизитора в сторону и больше не обращал на меня внимания. Его примеру последовал и Рималли. Лайнел подошел к Эдгару, и они покинули зал. Недолго думая я направился следом, и мои надзиратели решили не отставать. Я резко остановился.
— Сделаете еще хоть шаг, — пришлось выдержать паузу, чтобы совладать с очередным приступом гнева. — Ноги переломаю, — добавил я уже спокойнее, и вышел.
— 9 —
Август, 2010 год
Базель-Штадт. Беттинген
Алекс ненавидел Беттинген. Он не понимал, как люди могут жить в этом городе. Но они жили и удивлялись тому, насколько часто болеют и рано умирают. А все потому, что их окружали те, о чьем существовании они даже не подозревали. Ему казалось, что даже воздух — тяжелый и влажный, здесь пропитан магией, отравлен ею. Солнце редко выглядывало из-за туч и прогревало землю. От постоянных дождей стояла сырость. Фасады старых зданий покрывал толстый слой мха и плесени. Деревья и цветы росли лишь в тех садах, где за ними постоянно ухаживали. Там, где люди не сдабривали почву, из земли торчали высохшие и покореженные деревяшки. Магия высасывала из природы все соки и убивала. Так было везде, где жили заклинатели. Особенно если они жили на одном месте слишком долго. Магия требует платы. Она отнимает не только жизненные силы самих магов, но и забирает силы из пространства и у простых людей.