Проклятый

Завгородняя Анна Александровна

— Ребенком, отдавшим приказ убить тебя и твоего брата, — выплюнул слова, как обвинение воин и так же резко выпрямился.

— Он изменился, — сказала я.

— Как же! — только и проговорил Сигурд в ответ.

Я встала с камня, приблизилась к мужчине, которого как мне казалось, я когда-то любила. Моя рука легла на его плечо.

— Коннор убьет Трора? — повторилась я.

— Думаю, да, — ответил Сигурд не оборачиваясь, но его спина под моей рукой заметно напряглась. А затем он повернулся ко мне и вдруг обняв принялся целовать мое лицо, шею, волосы.

— Я

люблю тебя, Кири. Будь со мной, и я все сделаю для тебя, только не отталкивай меня! — шептал он и горячие губы обжигали кожу, но я оставалась холодна.

— Нет, — я отпихнула мужчину, — Отпусти меня. Я должна увидеть Трора.

Сигурд замер. Его дыхание сбилось, и он пристально рассматривал меня, как будто видел впервые, а затем его взгляд метнулся куда-то мне за спину. Я оглянулась назад и увидела, как к берегу спускается король, а за ним лавиной стекает его огромное войско.

— Трор! — вспыхнуло у меня в голове и оттолкнув руки Сигурда, пытавшегося меня удержать, я побежала в сторону ворот. Кто-то из королевской дружины хотел было меня перехватить, но король не позволил.

— Я сдержал свое слово! — крикнул он мне вдогонку, пока я продиралась мимо его людей, работая локтями. Надо мной кто-то смеялся, кто-то бросил мне во след какую-то гадость, но я не слышала их, торопясь вернуться во двор.

Когда я прошла через ворота, там уже никого из людей Коннора не оказалось. Трора я увидела сразу и бросилась к нему.

Он лежал на земле. Глаза мужа были закрыты, и я упав рядом предположила самое худшее. Окинула его взглядом и в ужасе разревелась увидев, что люди Коннора сделали с его ногами.

— Трор, — сдерживаться больше не было сил, и я заревев упала на его грудь, всю в крови и тут он глухо застонал. Я тут же вскинула голову, не веря своим ушам, вытерла прорвавшиеся слезы, шепотом позвала мужа по имени, но он только снова застонал и пошевелился. Боль от сломанных ног заставила его широко распахнуть глаза и сжать зубы.

— Трор, — я коснулась его лица рукой.

— Кири, — прошипел он сквозь стиснутые зубы.

— Потерпи немного, — я вскочила на ноги, — Только дождись, я вернусь! Я скоро!

Я заставила себя оставить мужа и побежать мимо горящих домов в сторону леса, к калитке, по которой ушла Асса и не только Асса. Где-то там в лесу должна была быть Джит. Я молила богов, чтобы старуха успела убежать до того, как воины Коннора принялись убивать все людей в поселении. Только она могла мне помочь. Мне и Трору.

Мрачный лес встретил меня тишиной. Я вступила на тропинку и углубляясь в чащу до хрипоты стала звать Джит. Она должна была выжить, говорила я себе. Времени пересматривать трупы в поисках знахарки у меня не было, и я отчего-то была уверена, что старуха жива. Я верила в это ради Трора. И когда из-за дерева вышла Джит, я едва не бросилась ей на шею. Следом за женщиной из леса показались и несколько наших рабов.

— Джит! — пробормотала я, — Там, в поселении Трор, ему нужна твоя помощь!

Старуха только кивнула.

— Там

уже безопасно, — сказала я испуганным рабыням, — Они уплыли, идемте с нами, вы нам нужны!

Джит взяла меня под локоть, дернула за собой.

— Пошли к Трору, а эти, — она махнула рукой на девушек, застывших у деревьев, — Сами вернуться.

И мы почти побежали вниз, туда, где столбы дыма обозначали догорающее поселение.

— Он по-прежнему не хочет меня видеть? — спросила я Джит, когда женщина вышла из комнаты внука. Знахарка подняла на меня тяжелый взгляд и молча покачала головой.

— Почему? — задавалась я вопросом уже который день. После того, как мы вернулись в поселение и Джит причитая, перевязала израненные ноги Трора, закрепив их деревянными лубками, вернулись несколько рабов, среди которых были и мужчины. Положив вождя на носилки, используя под низ уцелевшую дверь одного из домов, мы перенесли его в поместье Инне. Нескольких рабов я оставила присмотреть за уцелевшими строениями, среди которых по счастью оказались и курятник с коровником. Амбар также не пострадал, но жилые дома почти все сгорели.

Всю дорогу я шагала рядом с мужем, вглядываясь в его белое лицо. Трор все это время находился без сознания, а Джит только вздыхала, глядя на нас обоих.

— Коннор наговорил столько всего, что я даже не знаю, верить ли его словам, — призналась я позже, когда мы оказались под защитой дома Инне, а оставшийся присматривать за имением слуга отправил половину рабов похоронить наших мертвых.

Джит сидела у окна, Трор спал на кровати. Старуха влила ему в рот маковую настойку и кажется боль ненадолго отступила. По крайней мере он почти не стонал. Я сидела рядом с мужем и осторожно гладила его руку. Старая знахарка проследила за моими действиями глазами.

— Коннор не солгал, — наконец ответила женщина, — Трор и правда его сын. Я знала об этом, Исгерд сама призналась мне в том, кто настоящий отец мальчика. Кажется, Ульф тоже догадывался, но он слишком любил свою жену, а когда у них родилась Льялл, Ульф простил моей дочери ее грех.

Я промолчала о том, что Ульф и сам Трор оказались повинны в смерти моих родных. Я не хотела, чтобы кто-то кроме нас с Трором знал об этом. Я сказала себе, что люблю Трора и я смогла простить его.

— Ты его любишь? — спросила так, словно утверждала.

— Да, — сказала я.

Женщина улыбнулась.

— Не волнуйся. Все будет хорошо у вас обоих, — она положила руку на мое плечо, но как оказалось, она ошиблась. Прошло время, в поместье вернулись Инне и люди Трора. Сперва кормчий порывался последовать за Коннором и отомстить королю, но после поговорив с Трором он отказался от этой идеи. Мы с Джит и Льялл оставались в поместье Инне, пока наше отстраивали и приводили в порядок. Единственное, что беспокоило меня, это то, что Трор, придя в сознание не разрешил Джит пустить меня в его комнату, почти срываясь на крик, сказав, что не хочет больше видеть меня.