Проклятый Отбор
Шрифт:
Ломала эту комедию я исключительно потому, что вспомнила о своей младшей сестре, которую кружил в объятиях длинноволосый мужчина.
Я понятия не имела, кто это был, оставались ли до сих пор там влюбленные и разрешены ли подобные встречи на Отборе. Но на всякий случай решила отвести от них удар. Вспомнила наивное лицо Анаис Легер и пожалела единокровную сестру.
Кто знает, к каким неприятностям приведет, если король узнает, что младшая из Легеров встречается за его спиной с другим? Ведь влюбленные такие идиоты — с них станется еще и целоваться возле садка с дохлыми рыбками!..
Поэтому,
Хакан Ассалин заинтересовался, так что довольно скоро разговор перекинулся на моего дядю. Всесторонне обсудив проблему строительства акведуков — горные обвалы и скалистая почва, в которую рабочим приходилось буквально вгрызаться, — мы незаметно перешли к нашим с дядей путешествиям. Я рассказала ему о бесславных поисках давно уже вымерших драконов, затем о впечатляющей поездке на Огненные Острова и куда менее впечатляющем бегстве от извержения.
Король же, в свою очередь, поведал мне о своем студенческом путешествии в Агрону — да-да, как раз во время вспыхнувшего вооруженного конфликта между ней и Тарой, во время которого он так некстати оказался между двух воинствующих армий…
Внезапно я поняла, что мы стоим в тени огромного розового куста, который пахнет до одури сладко, а вокруг нас деловито жужжат пчелы. Стоим и разговариваем. Иногда я смеюсь, потому что правитель Трирейна оказался отличным рассказчиком. Мне интересно слушать его умные речи, а Хакан Ассалин с явным нетерпением ожидает ответы на свои вопросы и нисколько не крутит королевским носом от того, что перед ним отвергнутая дочь Расмуса Легера.
Тут речь снова зашла о нашем путешествии на Огненные Острова, и я добавила:
— Ваше величество, вы ведь в курсе того, что выбросы серы — довольно неприятный знак? Он вполне может свидетельствовать о том, что вулкан вот-вот проснется. Именно так и произошло с Кракараном. Сперва была сера, затем кислотные озера, а потом мы не успели и глазом моргнуть, как уже сидели на борту корабля под дождем из пемзы, молясь всем Богам, чтобы успеть унести оттуда ноги…
Вместо ответа король потянулся к розовому кусту. Я уставилась на крепкое мужское запястье, покрытое темными волосками, отстраненно подумав, что Хакану Ассалину не чужды мужские забавы с оружием. Впрочем, я читала об особенностях воспитания мальчиков в Трирейне — их с раннего детства растили как будущих воинов.
— Спасибо, — улыбнувшись, взяла из его рук благоухающий цветок, на стебле которого король заблаговременно обломал шипы.
Оказалось, это довольно приятно, когда за тобой ухаживают!.. Со мной ничего подобного раньше не случалось. Нет, вовсе не потому, что у меня были какие-то изъяны во внешности, наоборот, мужчины довольно часто обращали на меня внимание. Но они так сильно проигрывали по сравнению с моим дядей, что все их попытки привлечь к себе внимание вызывали у меня лишь искреннее недоумение.
Зато Хакан Ассалин оказался совсем дрогой породы,
— Не стоит об этом беспокоиться, Эйвери! — произнес он уверенно. Затем поинтересовался: — Я могу называть тебя по имени?
– Вы обладаете неограниченной властью в Трирейне, ваше величество, — пожала я плечами, — так что можете называть меня, как вам заблагорассудится.
Он снова улыбнулся.
— Эйвери, я забочусь о благополучии своих подданных. В последних отчетах о состоянии вулкана нет ничего, что бы свидетельствовало о его пробуждении. Мои маги проинспектировали вершину и склоны, и признаков приближающегося извержения они не обнаружили. По крайней мере, на нашем веку этого точно не произойдет, — добавил король уверенно.
Впрочем, слепо верить его словам я не спешила. Дядя научил меня всегда полагаться на науку и здравый смысл.
— По дороге в летний дворец я почувствовала подземный толчок, — возразила ему. — Извозчик сказал, что это обычное дело в Коррине и что вас трясет давно и с завидной регулярностью. А теперь еще и этот выброс серы…
— Ингор довольно беспокоен в последние дни, — согласился со мной Хакан Ассалин. — Но в наших летописях уже упоминались подобные беспокойные периоды, после которых вулкан засыпал на долгие столетия.
Я открыла рот, снова собираясь ему возразить — им, в Трирейне, не стоит быть столь беспечными и полагаться на древние летописи, а королевским магам не помешает раскрыть глаза! — но сказать так ничего и не успела.
Потому что в груди появилась знакомая тяжесть. Голову сдавило, и я не сразу поняла, то ли это я временно оглохла, то ли насекомые, до этого жужжавшие и трезвонившие свои песни, замолкли, дожидаясь…
И они дождались.
Земля под ногами вздыбилась, подкинув меня в воздух. От неожиданности я охнула и потеряла равновесие, но уже в следующую секунду очутилась в мужских объятиях.
Дальше действовал король, а вовсе не я.
Это он прижимал меня к себе, выставив магическую защиту, потому что за первым толчком последовал еще один. Нас снова подкинуло, на что я охнула, а склон горы закачался куда сильнее, чем раньше.
С него, сорвавшись, в нашу сторону покатился гигантский валун, но не долетел, остановленный заклинанием Хакана Ассалина. В следующую секунду с его руки сорвалась молния, превратив камень в труху.
Затем все успокоилось.
Вновь застрекотали насекомые, но откуда-то сверху, мерзко шурша, продолжали сбегать каменные змейки оползней. К тому же с Первого Уровня доносились испуганные женские голоса, перемежавшиеся истерическими рыданиями.
— Спасибо, — сказала я королю. Попыталась отстраниться, а то уж очень по-хозяйски он меня обнимал. — Вы бы отпустили меня, ваше величество! Уже все закончи…
Не договорила, потому что нас встряхнуло еще раз. Правда, третий толчок был небольшим, но я снова вцепилась в темную королевскую рубашку. И все потому, что с дядиной подачи испытывала благоговейное уважение к разрушительным силам природы.
Понимала — противостоять им выше человеческих сил, и от этого мне было порядком не по себе.